Голубая ниточка на карте - [3]
— Нет, она сама сказала — Зина Вольтовна.
— Ну, смотри, Ромка, как бы током не шарахнула. Ха-ха-ха!
— Теперь понятно, почему Фанера такая бешеная.
— Ребята, вы же эту женщину совсем не знаете.
— Мы зато Фанеру знаем. Ой, ха-ха-ха!
И вдруг все трое замолчали, потому что заговорило теплоходное радио. Сначала в нём что-то треснуло, потом зашуршало, потом заскребло и неожиданно чистый басовитый голос теплоходного радиста объявил:
— Внимание, работает радиоузел теплохода «Волжанин». До отправления теплохода в рейс осталось пятнадцать минут. Через пятнадцать минут наш теплоход отправится в рейс. Просим провожающих попрощаться с отдыхающими.
— А нам не с кем прощаться, Шур, айда на палубу. До свиданья, Никнитич… Ой… Никита Никитич. Извините.
Пряча улыбку в усы, учитель молча кивнул. Он знал, что все ребята в школе за глаза зовут его Никнитичем.
Мальчишки выбежали из каюты. Потом рыжая голова Ромки опять показалась в дверях.
— Вы не обижайтесь, ладно? А? Вот когда скажешь «Никита Никитич», вы далеко-далеко и просто учитель, да? А когда «Никнитич», то вы совсем свой и рядышком.
— Ладно, ладно, иди, говорун.
— А можно все время буду звать вас Никнитичем?
— Только не на уроке.
— Ну, что вы! Конечно! Спасибо!
Голова исчезла.
В этом бедовом говорливом рыжем Ромке было что-то простодушно-симпатичное.
«Хорошо, что он дружит с Шуром», — улыбчиво подумал Никита Никитич.
Глава 2. Плывём!
Теплоход давно шёл по Чебоксарскому морю. Позади уже было общее собрание — знакомство туристов с командой судна, где выступали капитан, и начальник маршрута, и культурник, и врач, и директор ресторана, и другие работники теплохода. Позади был и ужин, где каждому туристу определили его постоянное место в ресторане. Шур очень волновался при этом. Он боялся, а вдруг с ними за один столик посадят Лилию с бабушкой? Тогда он не сможет ничего есть. Никнитич заметил это волнение, но пока не смог понять, отчего оно. Но с ними рядом оказалась седая угрюмая женщина из их коридора. Звали её Марией Степановной. Ещё вертлявый парень Оська, который всё время оборачивался к соседнему столику, куда посадили его товарища по каюте, а ему, Оське, там уже не хватило места. И миловидная девушка Лия.
Когда она произнесла своё имя, Шур взволнованно заморгал.
— Как? Ли…лия?
— Не Лилия, только Лия. А у меня подружка есть, так та вовсе Ия.
— Всего две буквы?
— Да. Она меня провожала.
Шур зашевелил губами, что-то беззвучно произнося себе под нос.
— Что ты там сочиняешь, дружок? — поинтересовался Никита Никитич.
И Шур, сам удивляясь своей смелости, вдруг произнёс:
— Лилля, Лия, Ия и я — это весёлая наша семья! Ой? — и сразу же покраснел.
— Классно! — рявкнул Оська так, что на него зашикали. — Только не весёлая, а туристская.
Шур уже не мог произнести ни слова от смущения. Характер у него был ужасно скромный.
— Может, ты будущий Евтушенко? — сказала Лия.
А Шур ещё больше залился краской. Он спиной всё время чувствовал, что в противоположном конце ресторана сидит Лилия с бабушкой. Её не видно, не слышно, но она здесь. Через несколько столиков от него.
Всё это было уже позади. А сейчас Шур и Никита Никитич со своей шлюпочной палубы смотрели на Волгу. Оба грустные. Даже очень. Они стояли лицом к пологому левому берегу, который теперь был далеко-далеко. Перед глазами море воды. Огромное. Наше. Чебоксарское море. Шур то и дело прикладывал к глазам бинокль, который висел у него на шее.
— Дед, ты погляди-погляди, что же это? — взволнованно говорил Шур и совал ему бинокль.
— Не надо, дружок, я и так вижу.
Они оба смотрели на одно и то же.
Из воды здесь и там торчали чёрные вершины уже мёртвых деревьев, которые были затоплены водой прямо на корню.
— Да что же они наделали?! Какое имели право! — не унимался Шур, видимо, подразумевая под словом «они» тех, кто дал распоряжение затопить деревья.
— Видишь ли, дружок, существуют определённые нормы…
— Какие ещё нормы?
— Определённое число деревьев на гектар, при котором имеют право производить затопление.
Шур этого понять не мог.
— Они же живые были! Весёлые, зелёные! Листьями шевелили, с ветром играли! А их… под воду. А сколько, может, рядом с ними стоят, только пониже и не видны!? Что же это, дед, а?
Никита Никитич ничего не ответил, только вздохнул. Чёрные, голые ветки тянулись из воды к небу, будто моля о защите. Большинство вершин почему-то было направлено к Чебоксарам. И Шур выкрикнул:
— Дед, ты видишь, они же шлют нам проклятия!.. А может, помощи просят, а?
Никита Никитич не возражал, молчаливо думал: «На дрова сейчас зелёный лес рубят. А сколько дров пропало под водой. Всё наша торопливость. Показуха! Скорей-скорей! Чтоб досрочно. А зачем? Кому нужно раньше, если оно плохо?! Сдадут объект за неделю до срока и рады, и шуму на весь свет. Ура! Ура! А через несколько дней глядь! Объект уже на ремонте. На полгода. Зато во весь голос поуракали! Эх…».
— Здрасьте, Никита Никитич! — звонкий девчачьий голосок прервал мысли учителя.
— Здравствуй, Лилия. И ты с нами плывёшь?
— Да, мы с бааб в люксе «а». Вот наши окна.
— С кем… ты?
— С бааб. Я так бабушку зову.
— А-а…
Никита Никитич заметил, каким напряжённым стало вдруг лицо у Шура, когда одноклассница вышла на палубу. И руки задрожали, держа бинокль. И слишком уж долго он не отрывает его от глаз. А впереди кроме волн, бегущих одна за другой, ничего нет. Что он так усиленно разглядывает?
![Знакомая варежка](/storage/book-covers/73/73d7f0e62bd918db40a1b8e838357af8f9188616.jpg)
Удивительные приключения были у героев книги «Знакомая варежка». Они попадают в трудные, порой смешные положения, но наблюдательность и находчивость выручают их всюду.Содержание:Знакомая варежка (Рассказ)Про Герку и чудных (Повесть)О маленьких волшебниках и Петькиных друзьях (Повесть-сказка)Удивительное происшествие (Повесть-сказка)
![Про Герку и чудных](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![О маленьких волшебниках и Петькиных друзьях](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Удивительное происшествие](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Тумас и Трассель](/storage/book-covers/db/db3e416ee98c301187065c9ccb65ca4293a0b5ce.jpg)
Тумасу шесть, он сидит на веранде и ждет своего лучшего друга — лохматого смешного пса по имени Трассель. Обычно Трассель прибегает к Тумасу утром и они играют весь день напролет. Но сегодня Трасселя все нет и нет. Что, если с ним что-то случилось? Тумасу строго-настрого запрещено выходить из дома одному, но он все равно отправляется на поиски друга.
![Отёсовцы](/storage/book-covers/69/6975fe406d91ba7581cb83b81f46f75596dda8ff.jpg)
Переиздание повести погибшего во время блокады ленинградского писателя В. Валова. Повесть посвящена детям, помогавшим красным партизанам в борьбе с белогвардейцами во время гражданской войны.
![Повести](/storage/book-covers/3d/3dd33b9764abc0debf1ed5159927bcdba066812e.jpg)
Электронная книга не имеет прямого печатного аналога. В нее включены две приключенческие повести Игоря Всеволжского, опубликованные в годы Великой Отечественной войны. Повесть «Зеленая стрела» печаталась в газете «Пионерская правда» в №№ 31-40 за 1944 г., а повесть «Собака полковника» в журнале «Пионер» за 1945 г. (№№ 1-6). Название книги и обложка сделаны нами. Сохранена орфография печатных изданий с одним исключением — использован твердый знак — V_E.
![Все сказки Ганса Христиана Андерсена](/storage/book-covers/d4/d4489e67e8fd679e08e5affe3295ff3a11080e5c.jpg)
Впервые в России — полное собрание сказок Ганса Христиана Андерсена в одной книге! В этой книге собраны все сказки всемирно известного датского писателя, переведенные на русский язык за последние 150 лет. Проиллюстрированы они лучшими произведениями из букинистических изданий XIX–XX веков и дополнены жизнеописанием и личной перепиской автора. «Жизнь — прекраснейшая из сказок», — утверждал Ганс Христиан Андерсен. Его сказки — неотъемлемая часть и детского, и взрослого мира. Они актуальны для любого возраста.
![Рецепт идеального праздника](/storage/book-covers/08/089d5f1624cc70afa96ca83b2c4c34ba2fe4b500.jpg)
В волшебной долине единорогов и праздники всегда совершенно волшебные. На празднество в честь дня рождения Авроры, королевы долины, пригласили всех-всех, даже Аишу и Эмили, девочек из нашего мира, и добрых подруг Авторы. Но кто-то хочет сорвать праздник. Блёстки, которыми собирались осыпать именинницу, превратились в жижу, а прекрасные подарки в нарядных коробках оказались испорчены… Аиша и Эмили намерены разобраться и всё исправить. В конце концов без приключений не бывает идеального дня рождения!