Евгений Нестеренко - [6]
На концертной эстраде также проявляется большое артистическое дарование Нестеренко: пластический рисунок и мимика его лица неотделимы от вокала. В каждом романсе, в каждой песне он рисует точный запоминающийся образ: будь то умудренный опытом жизни герой песни Г. Свиридова Джон Андерсон или обаятельный, чуть комичный Финдлей из того же цикла на стихи Р. Бернса. Богатство выразительных средств певца поражает. В исполняемых романсах, особенно в вокальных циклах, перед слушателем словно проходит ряд живых образов: любящих и страдающих, нежных и комичных, а подчас и сатирических. Артист мгновенно перевоплощается на наших глазах — то в остропародийного «итальяномана» из «Райка» Мусоргского, то в незадачливую жертву «хулигана Федулова» из цикла сатирических романсов Шостаковича на тексты из журнала «Крокодил». Но при всем том Нестеренко ни на йоту не нарушает границ хорошего вкуса: свобода и естественность сценического поведения никогда не переходят у него в развязность и «заигрывание» с залом.
Концертный репертуар Нестеренко огромен. Он включает в себя романсы Глинки, Даргомыжского, Чайковского, Рахманинова, Бородина, вокальные циклы Баха, Бетховена, Шуберта, Брамса, Мусоргского, Свиридова… Руководствуясь высокими принципами музыкального просветительства, артист стремится последовательно воспитывать слушателей, возвышать их. Он никогда не забывает об идейной и художественной цельности своих концертных программ. Неоценимую помощь приносит ему в этом отношении давний творческий союз с пианистом-концертмейстером, доцентом Московской консерватории Евгением Михайловичем Шендеровичем. Этот высокопрофессиональный музыкант, умный и чуткий художник умеет в процессе совместных поисков трактовки многое подсказать и посоветовать певцу, а на концертной эстраде полностью слиться с его индивидуальностью. Единство творческих воззрений и многолетний опыт совместной работы выработали крепкое «чувство локтя», поразительный по тонкости взаимопонимания ансамбль, создающий в зале атмосферу легкого и непринужденного музицирования, ощущение сиюминутности творчества.
«Моцарт и Сальери» (вверху слева), «Иван Сусанин» (вверху справа).
«Октябрь» (внизу слева), «Война и мир» (внизу справа).
Вполне понятно, что в концертном репертуаре Нестеренко центральное место занимает русская классика. Это и тематические циклы, посвященные композиторам «Могучей кучки», и монографические программы из произведений Чайковского и Рахманинова, вокальные циклы Мусоргского «Песни и пляски смерти». «Без солнца» и редко исполняемый «Раек». Но творческое общение с создателями современной музыки — тоже одна из давних традиций русской вокальной школы, и Нестеренко неуклонно следует ей. Убежденный и активный, страстный и последовательный пропагандист современной музыки, он постоянно включает в свои концертные программы произведения Шостаковича и Свиридова, зачастую посвящая творчеству этих композиторов целое отделение или даже весь концерт. И естественно, что именно Нестеренко стал первым исполнителем многих произведений современных авторов. Огромным событием в музыкальной жизни стала премьера Сюиты для баса и фортепиано на слова Микеланджело Буонарроти Шостаковича, которая писалась в расчете на уникальный дуэт Нестеренко — Шендерович и в самом тесном контакте с исполнителями.
Теснейшие творческие узы связывают певца со Свиридовым, и ныне он считается одним из лучших интерпретаторов вокальной лирики этого мастера.
Много внимания уделяет Нестеренко и зарубежной классике. Интересно, что на всегда актуальный для певцов вопрос: на каком языке — в переводе или в оригинале — исполнять произведение, Нестеренко не отвечает однозначно. Все зависит от того, насколько данное произведение знакомо публике. Придавая большое значение пониманию слушателем каждого слова, он очень взыскателен к качеству перевода, к его соответствию подлиннику. Нередко он сопоставляет несколько вариантов перевода, а если ни один из них не устраивает его, берется за перо сам, как это было, например, при подготовке баховской программы.
Необходимо отметить закономерность и последовательность, с которыми Нестеренко пропагандирует камерное творчество русских и советских композиторов, малоизвестное зарубежной публике, во время своих гастролей.
Одно из выступлений Евгения Нестеренко за рубежом состоялось в итальянском городе Верчелли в рамках большого музыкального фестиваля, где Нестеренко был также в качестве члена жюри Международного конкурса вокалистов имени Виотти. Концерт (его программа была составлена целиком из произведений Мусоргского, что довольно необычно для европейской публики) стал кульминацией этого праздника, привлекшего многочисленных слушателей из разных стран Европы, в том числе молодых певцов.
Газета «Ла Сессиа» писала, что «Евгению Нестеренко, считающемуся сейчас лучшим басом в мире», Мусоргский весьма близок по духу. «Певец доказал, — пишет далее рецензент, — что его слава вполне закономерна и что он не утрачивает ее при переходе от оперного жанра к камерному. Нам редко доводилось слышать столь совершенное в интонационном отношении пение».
