Енот Шрёдингера - [49]

Посыпались приказы и распоряжения, коммуникатор едва не расплавился от перегрузки, десятки курьеров разлетелись по столице, так как некоторые замыслы нельзя было доверить даже супернавороченной и сверхзасекречивающей связи.

Так продолжалось около часа, и вот, наконец, уставший но довольный енот вспомнил о подполковнике Ботанике:

– Извините, Пересвет Темучжинович, но эксперименты по управлению людьми с помощью технических устройств мы продолжать не будем.

– Да, я понимаю. Нам не дано предугадать, чем наше слово отзовётся.

– Замечательно сказано! Это из кого цитата?

– Не помню, но кто-то из русских классиков.

– Кстати, о русских, – встрепенулся Гоша. – Товарищ подполковник, вы имеете прямую связь со своим начальством?

Ботаник задумался. В принципе, если добраться до третьей планеты альфы Песца в этом мире, а там пройти через портал, то оттуда вполне можно связаться с министром обороны Земной Федерации. Кроме Сергея Кужугетовича, начальства у него нет. Разве что сам президент решит лично покомандовать скромным подполковником.

– Да, связь есть. Не мгновенная, но есть.

– Тогда я хотел бы обсудить вопрос эвакуации мирного населения планет Невада-Нова и Огайо.

– А-а-а… – растерялся Ботаник. – А зачем?

– В Российской Империи из них можно попытаться сделать нормальных людей, а здесь… Сержанту Фоснеру эти отбросы не нужны, а на мне лежит определённая ответственность.

– Вы говорите про толпу на площади?

– Нет, ни в коем случае не про них. На Майдан вышли ублюдки, избавившись от которых человечество станет здоровее и обретёт шанс на светлое будущее. Я именно про мирное население. Иеремия, будь он самым убеждённым пацифистом и филантропом, обязан устроить показательные репрессии против взбунтовавшихся планет, иначе его не поймут. Примут за слабость.

– Соглашайся, – еле слышно шепнул Таругин. – Всех заберём, даже ублюдков с площади.

– Зачем? – так же тихо ужаснулся Ботаник.

– Потом объясню.

– Лучше сейчас, Олег Витальевич. Не хотелось бы остаться крайним. Решение непростое, и принимать его должен…

– Сам Владимир Владимирович или сам император Михаил? – Таругин оттащил подполковника в сторону и пояснил чуть громче: – Не будем вмешивать империю. У нас самих после эпидемии народу не хватает. Сделают переселенцам психокоррекцию вредных привычек и личности, чуток подлечат и распределят по пустующим территориям. А потом всеобщая мобилизация. Про нашествие инопланетян не забыл?

– Про какое нашествие, Олег Витальевич? Не знаю ничего про такое.

– Узнаешь. Вот как третью звёздочку на погон получишь, так и узнаешь.

Енот, растопыривший уши в попытке подслушать разговор, уловил пару слов и заявил:

– Мне нужно срочно встретиться с Иеремией Фоснером и договориться о сроках наведения порядка на Неваде-Нова и Огайо. Товарищи, вам хватит трёх месяцев?

– Ты сначала договорись, а там посмотрим, – ответил Онодэра-сэнсэй. – Если что, эвакуацию прикроют мобильные редуты Российской Империи.

– А откуда они возьмутся, наставник? – удивился Гоша.

– А откуда они всегда появляются? Мобильные редуты всегда возникают из ниоткуда в самый нужный момент, и не думаю, что наша ситуация чем-то отличается от других. Так что дерзай, мой юный падаван! Флаг тебе в руки и барабан на шею.

Глава четырнадцатая, в которой почти ничего не происходит, но есть военные космические корабли

Сектор бывшего Содружества Демократических кланов. Борт патрульного фрегата «Хелена Боннэр». 1518 год от Великого Исхода

Военно-космический флот воспринял события на Белгике если не с энтузиазмом, то с вплотную с ним граничащими воодушевлением и одобрением. Все настолько настрадались от штафирок в кресле военного министра, что появление решительного лидера встретили дружным вздохом облегчения. А уж когда в прямой трансляции сержант Иеремия Фоснер был объявлен императором, то весь флот затаил дыхание в предвкушении приятных перемен. И они не замедлили наступить.

Во-первых, объявили о повышении окладов денежного содержания. Пока в два раза, но император не исключал их пересмотра в сторону увеличения. Во-вторых, огласили планы по сокращению личного состава многочисленных штабов. Теперь на каждую штабную крысу должно приходиться не менее двухсот военнослужащих боевых подразделений, а прежняя традиция с обратной пропорцией стала считаться вредительством и преступлением.

А ещё Иеремия Первый заявил, что Российская Империя больше не рассматривается в качестве потенциального противника. Даже наоборот, она является естественным союзником, удерживающим мелких хищников от нападения на молодую монархию. И теперь, когда приоритеты расставлены, а цели обозначены, стоит забыть о старых распрях.

Этому заявлению особенно обрадовались экипажи патрульных кораблей, больше всего страдающие от действий русских пограничников. Те постоянно вторгались в сопредельное пространство, а сейчас появился законный повод считать подобные случаи дружественными визитами союзной державы и ничего не предпринимать со спокойной совестью.

Разумеется, резкое изменение боевой и политической ситуации в лучшую сторону нельзя не отметить, и командир «Хелены Боннэр» коммандер Мохаммед фон Тирпиц приказал устроить команде небольшой праздник.