Элементали - [3]

Шрифт
Интервал

Но видимо, в планы Теры это не входило. Она старательно училась и радовала своими успехами учителей. Мэтью в первую очередь делал ставку на сыновей, но способной к учебе оказалась именно Тера. Ей легко удалось поступить в один из лучших в стране колледжей и с блеском его окончить, после чего Мэтью ничего другого не оставалось, как взять кредит на образование именно для своей младшей дочери. Остальные Батлеры добровольно и без лишних уговоров уступили. И сделали это очень охотно, хотя Мэтью не видел, чтобы Тера их упрашивала. У нее был странный взгляд, всезнающий, можно даже сказать тяжелый, гипнотизирующий, порою Тере даже не надо было тратить слов, чтобы добиться своего. Просто посмотреть. И она получала все, что хотела.

Шли годы. Мнение Мэтью о младшей дочери менялось по мере того, как она взрослела. Тера всегда знала, чего она хочет. Она без колебаний, интуитивно отметала все лишнее, видя перед собой одну только цель. Но кто знает, что это была за цель? Похоже, и сама Тера этого пока не знала. Она просто не разменивалась на мелочи. Молодежные вечеринки, походы в кино, долгие разговоры с подружками по телефону, – все это ее не интересовало. Да и подружек у Теры не было, равно как и парней. Она была сама по себе, надежная, как скала, неулыбчивая, всезнающая, и рядом со своими ровесницами кажущаяся даже не старшей их сестрой, а, скорее матерью.

У Мэтью иногда возникало чувство, будто все, что происходит с Терой, предопределено заранее. Уж больно легко и уверенно она шла по жизни и была в семье Батлеров словно чужой. Ни на кого из них не похожая, очень уж умная и какая-то значительная. Ей суждено покорить большие вершины, а не жить интересами маленького рекламного агентства, хотя какое-то время Мэтью надеялся, что растит себе помощницу.

Что ж, большой человек должен выйти на заданную орбиту, а орбита эта гораздо выше, чем провинциальный городок, в котором живет семья Батлеров и едва сводит концы с концами их маленький бизнес. Взялась бы за него Тера, дела наверняка наладились бы. Но она не собирается возвращаться в родной город после того, как получит университетский диплом. В конце концов, на младшую дочь Мэтью махнул рукой. Ну не хочет она замуж, не собирается рожать детей, не интересуют ее маленькие женские радости. И рекламный бизнес не интересует. Взгляд у Теры такой, будто она смотрит мимо тебя. Не куда-нибудь, а в будущее. Интересно, что она там видит?

Дочь уехала в столицу, и с тех пор виделась Тера со своей семьей редко. Хотя деньгами всегда помогала. И дела у Мэтью действительно наладились благодаря ней. Девушка выучилась на юриста и как-то очень уж быстро нашла работу. Причем, работу высокооплачиваемую, в солидной юридической компании. Но и там Тера Батлер надолго не задержалась. Ее приглядел перспективный темнокожий сенатор и сделал своей помощницей. Вскоре уже Тера отвечала за его избирательную компанию. Писала сенатору речи, согласовывала график его встреч, заботилась об имидже. Нет, ничего личного. Мужчины Теру по-прежнему не интересовали, а она их. Ничего, кроме работы. Но зато работу эту Тера делала с блеском. Сенатор, не раз, ласково приобнимая ее за плечи, называл «душкой» и незаменимой. Хотя «душка», – это явно было не про Теру.

Она и сама удивлялась тому, как легко складывается ее политическая карьера. Когда была способна чему-то удивляться. Времени у нее катастрофически не хватало, график у сенатора был напряженным, а планы грандиозные. Когда поутру Тера наспех и без особого удовольствия причесывала свои густые непослушные волосы, похожие на мотки колючей проволоки, в зеркале отражалось широкое, некрасивое лицо, цвета эбенового дерева. Черные лоснящиеся щеки, тяжелый подбородок, мясистые губы. Но Тера не чувствовала при этом недовольства, хотя любая другая женщина легко пришла бы в отчаяние. Тере же нравилось ее лицо. Она даже что-то припоминала… Какие-то видения проносились в затуманенном дыханием стекле, пока Тера причесывалась, и они не имели ничего общего с этой, земной жизнью.

Слишком уж много Тере предстояло сделать, и она это чувствовала. Как чувствовала почти физически растущее напряжение во всем мире. Это началось в тот день, когда в южном штате вопреки всем законам природы повалил густой снег. Тера не могла этого помнить, ведь ее только что извлекли из материнского чрева при помощи кесарева сечения, но странным образом помнила. С этого момента что-то пошло не так. И это был знак. Существующий порядок вещей оказался нарушен: на юге, там, где росли пальмы и триста шестьдесят дней в году светило солнце, поднялась метель. И начался хаос. Это и был знак хаоса: невиданный доселе снегопад, и Тера это почувствовала. Ей надо было дождаться второго знака, чтобы окончательно в этом утвердиться.

И второй знак был ей дан…

Ближний Восток

Огромные колеса внедорожника утюжили барханы, поднимая маленькую песчаную бурю. Вкупе с дикой жарой это было похоже на конец света. Непривычный человек давно бы уже заблудился и умер от жажды, но для Биляла пустыня была родным домом. Она напоминала ему море, которое у Биляла почему-то ассоциировалось с родиной. С той стихией, которая нянчила его в своей колыбели, и из которой он появился на свет. Именно из воды, хотя настоящая родина Биляла на добрую половину состояла из песчаных барханов и мертвого камня.


Рекомендуем почитать
Тополиный пух: Послевоенная повесть

Очень просты эти понятия — честность, порядочность, доброта. Но далеко не проста и не пряма дорога к ним. Сереже Тимофееву, герою повести Л. Николаева, придется преодолеть немало ошибок, заблуждений, срывов, прежде чем честность, и порядочность, и доброта станут чертами его характера. В повести воссоздаются точная, увиденная глазами московского мальчишки атмосфера, быт послевоенной столицы.


Синдром веселья Плуготаренко

Эта книга о воинах-афганцах. О тех из них, которые домой вернулись инвалидами. О непростых, порой трагических судьбах.


Чёртовы свечи

В сборник вошли две повести и рассказы. Приключения, детективы, фантастика, сказки — всё это стало для автора не просто жанрами литературы. У него такая судьба, такая жизнь, в которой трудно отделить правду от выдумки. Детство, проведённое в военных городках, «чемоданная жизнь» с её постоянными переездами с тёплой Украины на Чукотку, в Сибирь и снова армия, студенчество с летними экспедициями в тайгу, хождения по монастырям и удовольствие от занятия единоборствами, аспирантура и журналистика — сформировали его характер и стали источниками для его произведений.


Ловля ветра, или Поиск большой любви

Книга «Ловля ветра, или Поиск большой любви» состоит из рассказов и коротких эссе. Все они о современниках, людях, которые встречаются нам каждый день — соседях, сослуживцах, попутчиках. Объединяет их то, что автор назвала «поиском большой любви» — это огромное желание быть счастливыми, любимыми, напоенными светом и радостью, как в ранней юности. Одних эти поиски уводят с пути истинного, а других к крепкой вере во Христа, приводят в храм. Но и здесь все непросто, ведь это только начало пути, но очевидно, что именно эта тернистая дорога как раз и ведет к искомой каждым большой любви. О трудностях на этом пути, о том, что мешает обрести радость — верный залог правильного развития христианина, его возрастания в вере — эта книга.


Годы бедствий

Действие повести происходит в период 2-й гражданской войны в Китае 1927-1936 гг. и нашествия японцев.


Полет кроншнепов

Молодой, но уже широко известный у себя на родине и за рубежом писатель, биолог по образованию, ставит в своих произведениях проблемы взаимоотношений человека с окружающим его миром природы и людей, рассказывает о судьбах научной интеллигенции в Нидерландах.