Дева озера - [58]
— Веснушки? — Эдона аж зашатало. Его раздражали все эти тайные притирки, которыми женщины пользуются, чтобы быть соблазнительными. Нет, он этого не потерпит!
— Я запрещаю это делать! — рявкнул Эдон.
— Но…
— Я же сказал: запрещаю!
Значит, принцесса не сбежала, она здесь, в башне, прихорашивается для него. Ему хотелось схватить ее, вытащить из ванны и отнести мокрую и такую красивую обратно в постель. Но… он не мог себе этого позволить. Тала улыбалась ему, и Эдон устыдился того, что так сильно ее желает. Овладев собой, он в душе поклялся, что если еще раз застанет ее в таком соблазнительном виде, то выгонит служанок из комнаты и овладеет ею тут же.
— Я вас правильно поняла, Эдон, вам нравятся веснушки? — тихо спросила Тала.
— Конечно, мне нравятся веснушки. Это самое чудесное ваше украшение, миледи.
Тала улыбнулась ему, и… мрачный, унылый день словно осветился солнцем.
Эдон с легким кивком развернулся и вышел в залу.
Не будь Тео слепым, его глаза насмешливо сверкнули бы, когда Эдон уселся рядом с ним за стол. Сегодня утром у эрла был такой же свирепый вид, как у голодного медведя, проснувшегося после зимней спячки.
— Чувствую, вы чем-то взбудоражены, милорд, — добродушно заметил Тео.
— Не приставай ко мне, жалкий вещун, — огрызнулся Эдон, разламывая поджаристую булку пополам. — Из-за твоих ложных гаданий меня мучили ужасные сны.
— Ложных гаданий! — Тео прижал широкую ладонь к груди. — Не моя вина, что вы переделываете события по своему усмотрению. Я всегда говорил, что пророчество — это сигнал к изменениям. Может, вы хотите сегодня заглянуть в мою чашу?
— Нет, — твердо ответил Эдон. — Мне надо посмотреть, как чинят стену и чем нам грозит река. Для одного дня этого достаточно.
— О, насчет наводнения не волнуйтесь, — заверил Эдона Тео. — Распоряжения уже отданы. Сегодня у нас лишь одна забота — ваша свадьба.
Эдона это не совсем успокоило. Оставалось много забот, связанных с Эмблой Серебряной Шеей. Надо отыскать Рига и узнать, нашли тело жены викинга или нет.
Эрл вздохнул и бросил взгляд на закрытую дверь по другую сторону залы. Сегодняшний день обещает стать самым длинным днем в его жизни. В этом он был совершенно уверен.
Глава восемнадцатая
Вода вновь наполнила Лим, но течение было слишком сильным, поэтому Эдон и Риг не могли перейти ее вброд и сократить таким образом путь в Арденнский лес, чтобы осмотреть, насколько он пострадал от пожара. Однако из-за сожженных деревьев и кустарника пройти по лесу стало легче.
Этим утром можно было увидеть развалины старого храма. Толстый слой черного пепла покрывал все вокруг. Охотничьего домика короля Оффы больше не существовало, а на дне ямы, где Эдон в последний раз видел Эмблу Серебряную Шею, сражающуюся с невидимыми врагами, стояла вода. Никакого тела они не обнаружили.
— Мне это не нравится, — сказал Риг, когда они с Эдоном повернули коней к роще. — Если эта ведьма выбралась из ямы, то такого может натворить, что…
— Если и выбралась из ямы, то угодила прямиком в огонь. Навряд ли ей удалось уцелеть.
Соображение Эдона было разумным, так как пожар уничтожил все на многие мили вокруг. Если бы не пошел дождь, долина горела бы до сих пор.
— Завтра можно послать сюда отряд, чтобы похоронить мертвых в роще.
— Да, — кивнул Эдон, развернул коня и свистнул, подзывая Сарину. — Возвращаемся в Варвик. — Перед свадьбой мне надо смыть с себя этот чадный запах.
В Варвике их ждал сюрприз: стражники короля Альфреда привезли на свадьбу трех младших лимских принцесс. Девочек сопровождала старая монахиня матушка Врен, оказавшаяся аббатисой Лойткойтского аббатства, к немалому изумлению Эдона.
Дождь постепенно утихал, и люди потянулись в Варвик. Никто не хотел пропустить обедню на празднике урожая, где будут присутствовать короли. И викинги и мерсиане пригнали с собой лучший скот и принесли первые плоды, чтобы их благословил епископ. Епископ Нельс собирался провести обедню за пределами часовни, тем более что к полудню дождь поутих.
Эдон занял подобающее ему место у алтаря. Риг и Мейнард стояли у него по бокам, а рядом с ними — Рашид, Эли и Торульф, одетые в национальные одежды. Учуяв что-то необычное, прибежала Сарина — выкупанная и вычесанная, с блестящей густой шерстью. Обнюхав всех, она остановилась около Эдона, одобрительно постукивая хвостом ему по ногам.
Свадебная процессия вышла из башни. Впереди шел Венн ап Гриффин с огромным распятием. За ним три его сестренки несли по корзиночке с полевыми цветами. Они бросили их под ноги невесте, поразительная внешность которой делала честь также и Элойе. Золотисто-рыжие волосы Талы были заплетены в косы и тщательно уложены венцом вокруг головы. Шелковое платье синего королевского цвета красиво обрисовывало все изгибы фигуры. У Эдона перехватило дыхание.
Запах сырой земли смешался с ароматным, таинственным запахом ладана, когда епископ обошел вокруг алтаря, благословляя собравшихся. До начала обедни все животные и плоды были благословлены. После этого епископ подозвал Эдона с Талой и произнес слова церемонии бракосочетания. Эдон поклялся любить, чтить и беречь Талу до конца своих дней и надел ей на палец кольцо валлийского золота со словами: «Этим кольцом венчаюсь с тобой».
![Поругание прекрасной страны](/storage/book-covers/9b/9b8980bf1ddd8f36b9ce8de56e16c5bade784297.jpg)
Судьба романа «Поругание прекрасной страны» в СССР была неоднозначной.В отличие от многократно переиздававшихся переводов других классических произведений эта книга мелькнула в начале 1960-х… а потом исчезла на дальних полках библиотечных хранилищ на долгие десятилетия.Но почему так случилось? Что заставило бдительных советских цензоров усмотреть политическую крамолу в невиннейшей на первый взгляд истории взросления валлийского паренька, чья юность пришлась на бурное для Великобритании начало XIX века?Этот маленький шедевр английской прозы, напоминающий лучшие романы Диккенса, впервые публикуется на русском языке без сокращений цензуры.
![Звезды над Занзибаром](/storage/book-covers/54/5415aee9f628c43815d850e25e849685380b94ec.jpg)
Принцесса Омана и Занзибара Салме была воспитана в соответствии со строгими обычаями предков, поэтому даже выйти на крышу своего дома, чтобы насладиться тишиной, прохладой и звездами, она могла только с закрытым лицом. Но оказалось, что под покровом ночи все люди одинаково скрыты друг от друга. Так они и познакомились: она стояла на крыше своего дома, а он — у окна в своем. В темноте Салме слышала только голос своего соседа Генриха Рюте, предпринимателя из Германии, и могла говорить откровенно. С каждым днем они становились все ближе друг другу и наконец решили увидеться…
![Маски сброшены](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Действие основных событий происходит в России 1854 году и охватывает временной промежуток в шесть месяцев. Однако за двадцать лет до описываемых событий случается следующая предыстория. Молодая барышня, разбитая и разочарованная изменой своего жениха, попадает на маскарад, где встречает неизвестного мужчину, с которым проводит ночь и в объятиях которого впервые познает страсть. Наутро она покидает его, не узнав даже его имени и едва разглядев его лицо. В 1854 году на светском рауте граф Владимир Вольшанский знакомится с княгиней Елизаветой Ворожеевой, к которой у него с первого взгляда возникает симпатия.
![Возрождение любви](/storage/book-covers/70/70925fbdfd0b552c8f5cb809ea35261bb5cdfee9.jpg)
Талантливая женщина – доктор Пейдж Рандольф считает, что депрессия, в которую ввергла ее семейная трагедия, неизлечима. Но неожиданные и странные обстоятельства круто меняют ее жизнь, которая вновь обретает и смысл, и цель, когда в сердце Пейдж вспыхивает новое и трепетное чувство.
![Дож и догаресса](/storage/book-covers/2c/2c2546745a39cd6d6a5be5e36eb21b15a48cc780.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.На картине, выставленной в берлинской Академии художеств, верно изображены престарелый дож Марино Фальер с юной супругой. Их печальную историю рассказывает зрителям таинственный незнакомец.
![Любовь и чума](/storage/book-covers/8e/8e0ffa5eb8e23a63c173e859cf5d860621ca4334.jpg)
Только любовь может совершить настоящее чудо. Даже в самые тяжелые, жестокие времена она дарит людям надежду. Даже тогда, когда мир вокруг погружен во тьму и хаос, она расцвечивает его яркими красками, делая жизнь прекрасной.«Любовь и чума» Мануэля Гонзалеса — самый трогательный роман о любви, для которой нет преград. Его можно сравнить с «Ромео и Джульеттой» Шекспира и «Любовью во время чумы» Габриэля Гарсиа Маркеса. Но мир, описанный Гонзалесом, гораздо более жесток и трагичен…Византия. XII век. Император Мануил хочет завоевать Венецию.