— Лишь бы нам найти метеорит — и все проблемы отпадут.
Дон застегнул скафандр и взял шлем.
— Пошли!
— Сколько уже больных? — спросил Курикка.
— Когда цифра перевалила за 60, я перестал считать. Сейчас больны более половины людей на борту, и еще трое умерли.
Замолчав, он пошел вперед, к лифту. Шестерни подъемного механизма натужно запели, поднимая их к оси вращения корабля. Сила тяжести становилась все меньше и меньше, и, когда лифт остановился, они, паря, выплыли из дверей. Дон следовал сзади, двигаясь значительно медленнее старшины, который уже давно привык к невесомости и теперь легко управлял своим телом, лишь изредка касаясь направляющих поручней. Когда Дон нагнал его, тот уже открывал шлюз трюма.
— Мы войдем в трюм как можно ближе к месту попадания метеорита. Пробоина, которую мы заваривали стальными плитами на палубе С, находится отсюда всего футах в тридцати. Правда, тогда мы не входили в трюм и делали все со стороны палубы. Сейчас мы попробуем проследить траекторию его полета отсюда, изнутри. Мы не знаем, насколько глубоко этот камень проник в трюм, известно только, что оттуда он не выходил.
— Не выходил внутрь барабана. А что если он вышел не сквозь палубы, а через стенку трубы? Как нам это узнать?
— Никак, — мрачно ответил Курикка. — Нам остается только надеяться, что он застрял там. Приготовьтесь, я включаю автоматику.
Они захлопнули крышки на шлемах. Двери шлюза закрылись, и насосы начали откачивать воздух. Когда откачка закончилась, вспыхнула зеленая лампочка, и наружная дверь автоматически открылась. Они выплыли в темноту огромного трюма.
Это был какой-то кошмарный мир света и теней, и едва они отдалились от шлюза на несколько футов, как Дон потерял ориентацию и заблудился. В трюме, лишенном воздуха, темные участки могли оказаться как тенями, так и предметами, и узнать, что это, было невозможно до тех пор, пока не дотронешься рукой или не осветишь этот участок. Фонарь крепился на шлеме, но пользоваться им было неудобно. Дон ухватился за поручень и попытался сориентироваться. Старшина же спокойно плыл в стороне, освещая путь своим фонарем. В шлемовых телефонах Дона раздался его голос:
— Поначалу будет трудно, но потом привыкнете.
— Тут нет ни верха, ни низа. Когда я начинаю двигаться, появляется головокружение и я теряю ориентацию.
— Вы не исключение, сэр. Так бывает всегда, когда впервые выходишь из корабля. Чтобы избавиться от этого, сосредоточьтесь на одном предмете и постарайтесь не обращать внимания на остальное. Давайте я буду медленно двигаться впереди, а вы следуйте за мной. Смотрите только вперед, прямо на меня, чтобы ваш фонарь все время освещал мне спину. Если захотите посмотреть в сторону, то не косите глаза, а поворачивайте всю голову — тогда луч будет светить туда, куда вы хотите посмотреть. Готовы?
— Как никогда в жизни. Пошли.
Курикка поплыл вперед, перебирая ручки, которые были укреплены вдоль направляющей. Свободного пространства было мало: по обе стороны от них все было заставлено огромными контейнерами, причудливо выступающими из темноты. Дон добрался до поперечной направляющей и двинулся вдоль нее. Над головой нависла какая-то твердая поверхность, и он навел на нее свой фонарь.
— Посмотрите, — сказал старшина, указывая на рваную дыру в металле, которая была закрыта блестящей металлической плитой. — Вот где он прошел. А это — заплата, которую мы наложили со стороны палубы.
Они повернули головы, и круги света от фонарей сошлись на поверхности алюминиевого контейнера, находившегося в нескольких футах от них. На его стенке виднелся черный диск дыры.
— Он? — спросил Дон.
— Да. Но до того как вскрывать контейнер, давайте убедимся, что метеорит внутри. Побудьте здесь, в одиночку я это сделаю быстрее. Нужно обследовать его стенки.
Старшина был прав — это заняло совсем немного времени. Дон только успел посветить своим фонарем в дыру, но ничего, кроме темноты, внутри не увидел.
— Я обнаружил выходное отверстие! — раздался голос старшины. — Сейчас покажу.
Метеорит прошил контейнер насквозь и зарылся в находящийся рядом тюк, один из многих, которые были закреплены сетью из синтетических волокон.
— Одежда, — сказал старшина, прочитав надпись на ярлыке. — Нам повезло. Слои ткани внутри должны были замедлить метеорит и остановить его. Он, вероятно, застрял там. Возьмите свой нож и режьте сеть. Мы вытащим этот тюк.
Резать сеть было нетрудно, но вот вытащить плотно зажатый со всех сторон тюк оказалось невозможным.
— Придется освободить их все, — сказал Курикка, разрезая веревки, — а затем разбросать.
Как будто оживая, освобождаемые тюки начинали колыхаться и всплывать, сталкиваясь друг с другом, разлетаясь в стороны. Очень скоро вокруг уже плавали десятки тюков, они толкали космолетчиков со всех сторон, преграждали им путь. Теперь, когда нужный тюк оказался свободен, Дон и Курикка оттащили его в сторону. Старшина перевернул его и посветил фонарем.
С противоположной стороны оказалась выходная дыра.
— Займемся следующим: метеорит прошел дальше, — сказал он.
Плавающие тюки заполнили все пространство вокруг, мешая им двигаться. Во втором же слое они оставались плотно зажатыми.