Что такое Аргентина, или Логика абсурда - [76]

Шрифт
Интервал

– Ну, вот видишь. И слесаря твоего на месте тоже нет. Я еще досплю, ладно? А то ты такой сладкий сон сбила…

«Медведь какой-то в спячке», – раздраженно подумала я. «В любой момент можешь мне звонить, если какая помощь нужна, я располагаю временем», – вспомнила его же слова.

В одной руке я держала телефон, а другой помахивала всем проезжавшим машинам, пока вдруг не остановилось заказное такси. Таксист чудом согласился отвезти меня: оказалось, мне надо как раз туда, куда он ехал на вызов. Небо разверзлось особенно громким раскатом по этому счастливому поводу, и я, сложив зонт, втиснулась в маленькую машину, как в уютную сухую норку.


Когда в городе идет дождь, движение, и без того плотное и хаотичное, становится и вовсе непредсказуемым. Минут через пятнадцать езды в такси я поняла, что до той точки, куда оно меня за это время довезло, я бы быстрее дошла пешком. Продвижение вперед было минимальным, зато вербальное общение моего таксиста с другими водителями через приспущенное стекло было красочным, образным и эмоциональным. Вокруг все хлюпало, сигналило, ревело моторами, перекрывавшими переругивающихся шоферов, каждый из которых был уверен, что все остальные не умеют водить в дождь и лучше было бы им сидеть дома. В конце концов и в доказательство этому на светофоре в зад нашей машины въехал грузовик. Удар был несильным, в отличие от воплей моего разъяренного водителя. Совершенно забыв обо мне, он вылетел под дождь, чуть ли не с кулаками, и разразился тирадой с упоминанием мамы и сестры водителя грузовика. Ответ того был столь же длительным и опять же с перечислением многочисленных родственников и их половых органов. Я вышла из машины, раскрыла зонт и ушла, пока оба мужчины размахивали руками, кричали и рассматривали небольшую вмятину на бампере. Никто из них и не заметил, что исчез пассажир, он же свидетель ДТП. Мне повезло, и я вскочила в подъехавший автобус с запотевшими стеклами.


Когда идет дождь, автобусы, двигающиеся по отведенной им полосе, становятся наиболее быстрым способом передвижения, и вскоре я уже открывала дверь своим ключом под слегка стихающими каплями и светлеющим небом.

В доме никого не оказалось: ни слесаря, ни бригадира, ни других рабочих. Было очевидно, что они разделяли жизненную философию моего приятеля Карлоса, то есть им, скорее всего, и в голову не пришло выйти из дома и проделать все те ухищрения, через которые прошла я, чтобы добраться до окраины города. Я стала звонить по очереди слесарю, прорабу, ругая себя за то, что не сделала этого раньше. Ответ был одним и тем же.

– Так дождь ведь, – растерянно мямлили они, удивляясь моей непонятливости, а затем объясняли детально, что в их районе отключили свет, отменили автобусы, залило подвал в доме и в школе отменили уроки.

Я подумала, что если бы в Буэнос-Айресе шел дождь так же часто, как на комфортном северо-западе США, где без него не проходит и трех дней, то аргентинцы так бы и застряли на предыдущей ступени цивилизации, не сопровождая человечество в двадцать первый век. В этой мысли я укрепилась после поездки по северу Аргентины, где встретилась с формой и укладом жизни, очень отдаленно напоминающими о текущем тысячелетии.


Когда идет дождь в провинциях, люди радуются. Жизнь за пределами городов полностью подчинена урожаю: сое, пшенице, виноградникам, овощам, фруктам и табаку на севере. Чем ближе к экватору, тем жарче и суше. В провинции Хухуй (это название русские туристы произносят, каждый раз похихикивая над собственными же неприличными шутками, и даже географические справочники, включая Википедию, стесняются правильно его транскрибировать, называя Жужуем, что абсолютно неправильно, и в Аргентине вас не поймут)… так вот, в провинции Хухуй шаманы взывают к своим богам и производят языческие ритуалы, а старожилы собираются в круг и по очереди, напевно или речитативом, когда сольно, а когда подхватывая всем хором, как кружево, плетут голосами заклинания, вызывающие дождь. Все это я видела своими глазами на языческом карнавале в ущелье Умуака, куда, казалось, меня доставил не самолет «Аргентинских авиалиний», а летающая машина времени. Думала, что такого уже нигде нет, что все это осталось в черно-белых эпизодах из «Клуба кинопутешественников», что смотрела в детстве, или в фильмах о коренных жителях Анд. Но нет, участники этого кружка-сговора не были артистами, и их национальные, расшитые орнаментом одежды не были киношным реквизитом. Фольклор здесь почитают и бережно хранят, передавая из поколения в поколение. А на карнавал в начале февраля съезжаются со всей страны, чтобы вместе с местными жителями приплясывать под бомбо (традиционный аргентинский барабан, сделанный из сейбы, национального дерева Аргентины, и обтянутый кожей мехом наружу), звук от которого раздается по всей узкой долине, заключенной в разноцветные горы с двух сторон, под высоким небом насыщенного синего цвета.

Вино в обрезанных двухлитровых пластиковых бутылках из-под кока-колы передавалось из рук в руки, при этом не видно было, чтобы кто-то за него расплачивался. Потом мне объяснили, что вино и пиво здесь разливают бесплатно. Видимо, муниципальные власти, включившие бесплатно дешевый алкоголь в программу карнавала, правильно рассчитали, что эта достопримечательность мероприятия окупит себя, привлекая еще большее количество туристов, чем живописные пейзажи провинции.


Рекомендуем почитать
Псковская судная грамота и I Литовский Статут

Для истории русского права особое значение имеет Псковская Судная грамота – памятник XIV-XV вв., в котором отразились черты раннесредневекового общинного строя и новации, связанные с развитием феодальных отношений. Прямая наследница Русской Правды, впитавшая элементы обычного права, она – благодарнейшее поле для исследования развития восточно-русского права. Грамота могла служить источником для Судебника 1497 г. и повлиять на последующее законодательство допетровской России. Не менее важен I Литовский Статут 1529 г., отразивший эволюцию западнорусского права XIV – начала XVI в.


Краткая история династий Китая

Гасконе Бамбер. Краткая история династий Китая. / Пер. с англ, под ред. Кия Е. А. — СПб.: Евразия, 2009. — 336 с. Протяженная граница, давние торговые, экономические, политические и культурные связи способствовали тому, что интерес к Китаю со стороны России всегда был высоким. Предлагаемая вниманию читателя книга в доступной и популярной форме рассказывает об основных династиях Китая времен империй. Не углубляясь в детали и тонкости автор повествует о возникновении китайской цивилизации, об основных исторических событиях, приводивших к взлету и падению китайских империй, об участвовавших в этих событиях людях - политических деятелях или простых жителях Поднебесной, о некоторых выдающихся произведениях искусства и литературы. Первая публикация в Великобритании — Jonathan Саре; первая публикация издания в Великобритании этого дополненного издания—Robinson, an imprint of Constable & Robinson Ltd.


Индийский хлопок и британский интерес. Овеществленная политика в колониальную эпоху

Книга посвящена более чем столетней (1750–1870-е) истории региона в центре Индии в период радикальных перемен – от первых контактов европейцев с Нагпурским княжеством до включения его в состав Британской империи. Процесс политико-экономического укрепления пришельцев и внедрения чужеземной культуры рассматривается через категорию материальности. В фокусе исследования хлопок – один из главных сельскохозяйственных продуктов этого района и одновременно важный колониальный товар эпохи промышленной революции.


Спартанцы: Герои, изменившие ход истории. Фермопилы: Битва, изменившая ход истории

Спартанцы были уникальным в истории военизированным обществом граждан-воинов и прославились своим чувством долга, готовностью к самопожертвованию и исключительной стойкостью в бою. Их отвага и немногословность сделали их героями бессмертных преданий. В книге, написанной одним из ведущих специалистов по истории Спарты, британским историком Полом Картледжем, показано становление, расцвет и упадок спартанского общества и то огромное влияние, которое спартанцы оказали не только на Античные времена, но и на наше время.


Русские земли Среднего Поволжья (вторая треть XIII — первая треть XIV в.)

В книге сотрудника Нижегородской архивной службы Б.М. Пудалова, кандидата филологических наук и специалиста по древнерусским рукописям, рассматриваются различные аспекты истории русских земель Среднего Поволжья во второй трети XIII — первой трети XIV в. Автор на основе сравнительно-текстологического анализа сообщений древнерусских летописей и с учетом результатов археологических исследований реконструирует события политической истории Городецко-Нижегородского края, делает выводы об административном статусе и системе управления регионом, а также рассматривает спорные проблемы генеалогии Суздальского княжеского дома, владевшего Нижегородским княжеством в XIV в. Книга адресована научным работникам, преподавателям, архивистам, студентам-историкам и филологам, а также всем интересующимся средневековой историей России и Нижегородского края.


Разделенный город. Забвение в памяти Афин

В 403 году до н. э. завершился непродолжительный, но кровавый период истории Древних Афин: войско изгнанников-демократов положило конец правлению «тридцати тиранов». Победители могли насладиться местью, но вместо этого афинские граждане – вероятно, впервые в истории – пришли к решению об амнистии. Враждующие стороны поклялись «не припоминать злосчастья прошлого» – забыть о гражданской войне (stásis) и связанных с ней бесчинствах. Но можно ли окончательно стереть stásis из памяти и перевернуть страницу? Что если сознательный акт политического забвения запускает процесс, аналогичный фрейдовскому вытеснению? Николь Лоро скрупулезно изучает следы этого процесса, привлекая широкий арсенал античных источников и современный аналитический инструментарий.


Китай без вранья

Китай сегодня у всех на слуху. О нем говорят и спорят, его критикуют и обвиняют, им восхищаются и подражают ему.Все, кто вступает в отношения с китайцами, сталкиваются с «китайскими премудростями». Как только вы попадаете в Китай, автоматически включается веками отработанный механизм, нацеленный на то, чтобы завоевать ваше доверие, сделать вас не просто своим другом, но и сторонником. Вы приезжаете в Китай со своими целями, а уезжаете переориентированным на китайское мнение. Жизнь в Китае наполнена таким количеством мелких нюансов и неожиданностей, что невозможно не только к ним подготовиться, но даже их предугадать.


Швеция без вранья

Пора в Швецию, чтобы еще полгода вспоминать изысканность сюрстрёмминга, аромат гласмэстарсиля, вкус лютфиска, пряность истербанда, послевкусие елебрада.И как ты жил раньше без всего этого?Книга также издавалась под названием «Швеция и шведы. О чем молчат путеводители».


Индия без вранья

Пора в Индию, чтобы еще полгода смело опаздывать на встречи самому и не ждать вовремя других, а каждый уик-энд начинать с полюбившегося на всю жизнь масала-чая.


Франция без вранья

«Франция и французы» – это книга о Франции и французах, каждая страница которой наполнена юмором. Книга, обладающая послевкусием дорогого сотерна и приправленная пряным ароматом французского бри. В ее меню кроме основного блюда «Лувр-Версаль» можно найти восхитительный десерт в виде забавных историй и колоритных зарисовок с натуры, а также полезные советы, которые помогут понять, кто же эти французы на самом деле, как с ними ладить и что нужно делать, чтобы сойти за своего.Книга также издавалась под названием «Франция и французы.