Большая реставрация обеда - [21]

Шрифт
Интервал

Кое-какую недвижимость можно бы было продать, да кто, извините, купит?! Когда тебя объявили врагом отечества… Кто согласится стать соучастником заговора супротив императора? Ведь ты посягаешь на то, что причитается Нерону по завещанию. «Да как же так, братец?! – воскликнет император. – Я все сделал: справил суд, довел человека до самоубийства, а ты, хороший такой, хочешь оттяпать у меня виллу?!» И посланники от Нерона будут незамедлительно. Так называемые «хирурги», что помогали нерешительным гражданам вскрыть себе вены. «Не можешь – научим! Не хочешь – заставим!»

Рекомендация Нерона: «Мы не должны казнить своих граждан, потому что убить – значит простить!»

Что же случилось с Гаем Петронием Арбитром? А ничего особенного – он впал в немилость и свел счеты с жизнью. Эка невидаль! Да сотни граждан были вынуждены поступить аналогичным образом. И каких граждан! Философ Сенека, поэт Лукан, оплот римской нравственности – Тразея Пет… Поглядывая с вершины истории на древние беды, мы ужасаемся, но не очень. Две тысячи лет человеческих гнусностей мешают нам сопереживать по-настоящему. Помилуй боже, случались за это время и добродетельные поступки. Но кто же сейчас говорит о добродетели? Мы повествуем об эпохе Нерона. И, с точки зрения античной истории, эпизод с Петронием ничем не примечателен. Ну, был такой римский деятель по имени Гай или Тит. Был принят в ближайшее окружение императора, считался соратником Нерона по части развлечений и даже на этом поприще сыскал себе славу «законодателя изящного вкуса»…

Мой неисторический дед любил полистать газеты сорокалетней давности, списанные из городской библиотеки. Брал пожелтевшую от времени годовую подшивку, читал и возмущался: «Эх, твою мать, посмотрите, что Розенкранц делает!» А что ужасного мог вытворять Розенкранц на том свете?! «Он тридцать лет как лежит в гробу! – сообщал я. – И только от воплей твоих – переворачивается!» – «Так ему и надо! – злорадно ухмылялся мой дед. – Пусть не думает, что можно приехать на ассамблею и выражаться подобным образом!» Я уточнял, что ни на какие ассамблеи покойный Розенкранц уже не приедет. Но дед, потрясая газетами, продолжал возмущаться, как будто история творилась при его непосредственном участии. И в данной повести мы будем придерживаться заразительной методологии моего деда…

Осенью 1482 года в Милане был опубликован текст, названный «Сатириконом», принадлежащий перу некоего Петрония Арбитра. Итальянские издатели предупреждали, что рукопись полностью не сохранилась и публикуется «как есть». Этот фрагмент, словно «пожеванный крокодилами», еще в 1422 году обнаружил Поджо Браччолини во время своего путешествия из Англии в Рим. Тот самый Поджо, которого любезные потомки обвинили в подделке «Анналов» Корнелия Тацита. Да-да! Тот самый Браччолини, что рылся по всем книгохранилищам, куда его заносила судьба и специальные экспедиции в духе плутовского романа. Большой знаток античной стилистики, Поджо Браччолини мог сподобиться на исторический труд типа Тацитовой «Летописи» и на сатиру в манере Петрония Арбитра, как, например, «Фацеции». В монашеской рясе, ради удобства, наш Поджо Браччолини шарил, считай, по всем монастырским библиотекам и в широкие рукава нередко запихивал предметы своих изысканий. Ничто человеческое не было чуждо Поджо Браччолини, однако в подделке «Сатирикона» его никто не обвинял.

Чуть позже, в Париже или Кельне, никто доподлинно не знает – где именно, Поджо Браччолини обнаружил еще один фрагмент «Сатирикона», который окрестил «Обедом Трималхиона». И в целом Литература обогатилась «пятнадцатой», «шестнадцатой» и, возможно, «четырнадцатой» главой Великого романа. Наиболее полное собрание фрагментов было опубликовано после 1650 года. И всё. На этом находки закончились…

Если не считать подделку лихого французского лейтенанта по фамилии Нодо, который вдруг обнародовал самый полный текст «Сатирикона», якобы обнаруженный в Праге, наверно во время пивной экспансии по местным кабакам. Этот «полный текст» с первого взгляда «опознали» как стряпню из полковой кухни месье Нодо, и далеко не лучшего качества. (Однако какие в те времена были грамотные офицеры!) И мы упоминаем об этой нелепице с единственной целью – дабы подчеркнуть древность вышеупомянутой подделки, которая относится к 1692 году…

Итак, все исторические и литературные соображения сводились к тому, что роман под кодовым названием «Сатирикон» был написан в эпоху Нерона и повествует об эпохе Нерона. Из этого времени был известен только один Петроний, заслуживающий внимания. «Законодатель изящного вкуса», о котором повествует Корнелий Тацит. Исследователи почесались и отождествили «Законодателя» с «Арбитром», поскольку приятнее иметь биографию автора, чем восхищаться романом, который был создан неизвестно кем. Отождествили, невзирая на то обстоятельство, что в латинском значении слова «аrbitre» больше от «наблюдателя», чем от «третейского судьи»…

Тацит (или Поджо Браччолини?!) пишет, что «Нерон стал считать приятным и достойным роскоши только то, что было одобрено Петронием». Одобрено так одобрено… «В печать и в свет – разрешаю!» Однако даже при беглом знакомстве с «Сатириконом» можно заметить, что автор не навязывает собственных вкусов, не дает характеристик и тем более – не служит «проводником» каких бы то ни было, как безнравственных, так и высокодуховных, идей. То есть не судит, а именно наблюдает. Не обличает, а смеется. И либо мы имеем на руках лицемерного скорпиона, либо – двух Петрониев, из которых один – «Арбитр», а другой – «Законодатель». Но почему же исследователи держатся за тождественность автора «Сатирикона» и римского гражданина из «Анналов» Корнелия Тацита? А все из-за последнего обеда… Ибо считается, что завещание Петрония Законодателя и есть «Сатирикон».


Еще от автора Иржи Грошек
Реставрация обеда

«Реставрация обеда» – второй роман Иржи Грошека, своего рода литературная автобиография, связанная с «Легким завтраком в тени некрополя» общими «персонажами», такими как хитроумный сюжет и неповторимый «грошековский» юмор. Вдобавок «Реставрация обеда» еще и роман-концепция. Автор приглашает вас посетить свою «творческую кухню» и понаблюдать, как весело готовятся котлеты по-пражски и чешско-моравские фрикадельки. Вот эти блюда и есть литературные рецепты, которые оборачиваются авторскими афоризмами на все случаи жизни.


Легкий завтрак в тени некрополя

Популярный роман видного чешского писателя, критика и кинематографиста, первый в предполагаемой трилогии. Книга стала в Чехии бестселлером, переведена на восемь европейских языков, готовится экранизация. Роман построен, как яркая мозаика, где бок о бок существуют императорский Рим и современная Прага, модный кинорежиссер и Валерия Мессалина…


Файф-о-клок

В этой книге всего понемногу: и бывших жизней, и грехов, и самоиронии, и литературных фокусов с разоблачением. А главное, «Файф-о-клок» – это действительно смешной сборник, состоящий из романа «Файф», пяти интервью с Иржи Грошеком и повести «Пять фацеций „а-ля рюсс“».


Помпеи нон грата

Современный русский писатель Иржи Грошек предлагает на суд читателя новый роман, щедро наполненный юмором, самоиронией и фантасмагорией. Исторические и культурные аллюзии воплощены автором в образе обаятельного писателя-неудачника. Все персонажи существуют в неком архиепическом пространстве места-времени, где в последний день перед извержением Везувия случаются странные и безусловно смешные истории, а древнеримские Помпеи превращаются в заброшенный российский городок на побережье Черного моря.


Рекомендуем почитать
Бобры

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Голубиные перья

Джона Апдайка в Америке нередко называют самым талантливым и плодовитым писателем своего поколения. Он работает много и увлеченно во всех жанрах: пишет романы, рассказы, пьесы и даже стихи (чаще всего иронические).Настоящее издание ставит свой целью познакомить читателя с не менее интересной и значимой стороной творчества Джона Апдайка – его рассказами.В данную книгу включены рассказы из сборников "Та же дверь" (1959), "Голубиные перья" (1962) и "Музыкальная школа" (1966). Большинство переводов выполнено специально для данного издания и публикуется впервые.


Наш Современник, 2003 № 03

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Ледоход

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Санька — добрая душа

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Ухожу, расставаясь с тобой…

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.