Блеск - [11]
— Это принц Баварии. — Бак склонился к давней подруге и доверительно зашептал: — Он ненадолго прибыл в Нью-Йорк. Говорят, что скоро объявят о его помолвке с этой малюткой, которая сейчас стоит рядом с ним — француженка, на вид не больше шестнадцати — но её матушку, графиню, беспокоит страсть принца к путешествиям, и поэтому они везде следуют за ним по пятам.
Пенелопе пришлось приподняться на носочки атласных туфелек, расшитых жемчугом, и вытянуть шею, чтобы увидеть это создание. Сквозь море нарядов и потных лиц она заметила не одну француженку, а двоих, ни одна из которых не отличалась высоким ростом. Дама постарше с равнодушным видом обмахивалась веером, а младшая, в ожерелье из жемчуга и бриллиантов, с обожанием глазела на широкие плечи своего спутника. Что-то в её нежной коже и больших карих глазах напомнило Пенелопе о Диане Холланд, и она ощутила приступ гнева.
— Когда мы отдыхали во Флориде, он тоже был там, но я ни разу его не видела.
— Можно догадаться, какой красотой в молодости отличалась графиня.
— Да, — согласилась Пенелопа, но только после того, как мельком оглядела впавшие щеки и чересчур накрашенное лицо пожилой леди. Принц улыбался каким-то подхалимам с терпеливым презрением, которое Пенелопа сразу же узнала, поскольку сама часто к нему прибегала. Она почувствовала общность с этим мужчиной, потому что он так явно возвышается над окружающими, совсем как она сама. Затем принц поднял глаза и окинул её взглядом. За последние несколько месяцев Пенелопа привыкла держаться в напряжении, но при виде человека определенно своего круга она смягчилась.
— О… Миссис Шунмейкер.
Отвлекшись от принца, Пенелопа обернулась и увидела Аделаиду Ньюболд, в девичестве Уитмор. Новоиспеченная жена слегка улыбнулась, проходя мимо, и без остановки проследовала далее непримечательной бледно-лиловой тенью.
— И что это было? — Пенелопа сумела не повысить голос, но в нём и без того слышалась еле сдерживаемая ярость. Её, Пенелопу Шунмейкер, унизила девица, которая вышла замуж довольно поздно, причем за человека, гораздо менее значимого в обществе, чем Генри, и эта выходка до того возмутительна, что поверить в неё было почти невозможно. — Неправильно, что все они считают мисс Брод такой утонченной и воспитанной и в тоже время строят мне противные рожи. Думаешь, это разумно? — Бак молчал, пока она медленно переводила на него взгляд. — Так как?
— Возможно… — Бак сжал мясистые губы. Пухлые щеки угрожали заслонить его глаза. — Возможно, они полагают — конечно же, ошибочно, — что ты слишком быстро вышла в свет после твоей… болезни. В отсутствие мужа, то есть, это могло тебе навредить.
Бак выразился очень осторожно, но для ушей Пенелопы его слова прозвучали глупо и бессмысленно.
— Я хочу пить, — бросила она. — Принеси мне воды.
Она не стала смотреть Баку вслед, а сразу же с горделивой целеустремленностью двинулась через гостиную второго этажа нового дома Каролины Брод. Свет свечей играл на ткани её красного шёлкового платья, а кружева нижних юбок пенились вокруг изящных ног. Изысканно одетые гости, должно быть, внезапно обрели остатки разума, поскольку с почтительным видом отошли, уступая ей дорогу. Пенелопа вышла на середину залы, где стояла хрупкая девушка, напомнившая Пенелопе Диану Холланд, но быстро отвернулась от европейки.
— Представьте себе, за весь вечер никто ни разу не пригласил меня на танец! — воскликнула она, обращаясь к принцу Баварии. Пенелопа растягивала гласные на американский манер, а в её голосе отчетливо прозвучала нотка, подчеркивающая абсурдность заявления.
Принц на самом деле был необыкновенно высоким, как поняла Пенелопа, оказавшись рядом с ним, а его кожа светилась как редкий драгоценный фарфор. Он с любопытством оглядел незнакомку, и его лицо дрогнуло.
— Не могу поверить, — выдержав паузу, ответил он.
Пенелопа приподняла бровь и слегка вздернула подбородок, чтобы показать красоту своей лилейной шейки. Графиня и её дочь во все глаза смотрели на нахальную американку в неподобающе-красном платье. Без сомнения, они изучали её с типично европейским высокомерием, но в ту минуту их лица ничего не выражали.
Пока Пенелопа ждала, её уверенность росла так же, как и восторг от пребывания в центре внимания от того, что сделала что-то неподобающее. Затем принц взял её руку и запечатлел поцелуй с обратной стороны аляповатого обручального кольца, которое Пенелопе пришлось купить себе самой.
— Доставьте мне удовольствие первого танца, — ответил он на английском языке с лёгким иностранным акцентом.
Ни та, ни другой и не посмотрели в сторону француженок, когда принц, держа Пенелопу за руку, повел её в соседнюю залу. Некоторые из гостей мисс Брод всё ещё танцевали, но с благоговейным интересом расступились перед новой парой. По зале пронесся шепот. «Теперь все смотрят на меня», — поняла Пенелопа и слегка усмехнулась при мысли, что даже после всего случившегося завоевать внимание общества ей по-прежнему легко.
Принц снова бросил взгляд на её руку, прежде чем обнять Пенелопу за талию и уверенно повести в вальсе.
— Как жаль, что вы замужем, — сказал он голосом чуть более интимным, нежели положено после нескольких минут знакомства. Принц прижимал её к себе ближе, намного ближе, чем стал бы американец, но Пенелопа не стеснялась смотреть ему в глаза.
![Скандал](/storage/book-covers/f6/f65b610a8dbee4c8b18cc5273d568b9ccba800a1.jpg)
Прелестные сестры Элизабет и Диана Холланд безраздельно царят в высшем свете Манхэттена, блистая на коктейлях, благотворительных балах, обедах в узком кругу друзей-аристократов и торжественных ужинах.Но благополучие сестер оказывается иллюзорным, семье грозит банкротство, и Элизабет приходится сделать тяжелый выбор между долгом и чувством. Решив пожертвовать собой ради спасения семьи, Лиззи соглашается на свадьбу с нелюбимым. Однако накануне свадьбы карета с невестой переворачивается, и жизнь «золотой» девушки Нью-Йорка трагически обрывается в водах Гудзона… Но случайность ли это? Или кому-то на руку, чтобы Элизабет исчезла?
![Слухи](/storage/book-covers/24/24d5d706f39a86ac6d2f72014c38237c1117fe8c.jpg)
После таинственной и окруженной слухами гибели Элизабет Холланд, самой яркой звезды манхэттенского высшего света, взоры общественности обращаются к ее ближайшему окружению. Ее сестра Диана становится единственной надеждой и опорой родителей. Генри Скунмейкер постепенно приходит в себя после потери невесты и вдруг обращает внимание на Диану. Красавица Пенелопа Хэйз стремится прибрать к рукам все, что осталось после лучшей подруги, включая ее жениха. Бывшая горничная Элизабет понимает, что в городе, где царят деньги и высокое положение, самым ходовым товаром становятся сплетни.
![Зависть](/storage/book-covers/57/577c87140d90a938e560c77e0e30fcd82c40e54f.jpg)
Завистливые перешептывания. Старое соперничество. Новые предательства. Минуло два месяца, как мисс Элизабет Холланд вернулась в лоно семьи, и весь Манхэттен с нетерпением ждёт её возвращения в светское общество. Но когда Элизабет отказывается присоединиться к своей сестре Диане на балах, люди, пристально следящие за каждым шагом обласканной всеобщим вниманием семьи, снова начинают подозревать, что за дверями дома номер семнадцать в Грэмерси-парке не всё так ладно. Ближе к центру города живет Генри Шунмейкер с молодой женой Пенелопой, и об этой паре говорит весь Манхэттен.
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.