Английский язык с У. С. Моэмом. Театр - [49]
разумеющееся; to take for granted —бытьслишкомсамонадеянным,
позволять себе слишком много); by his manner (по его манере /поведения/),
friendly but casual (дружеской, но обыденной; casual —небрежный,
несерьезный,легкомысленный), you might have thought (можно было
подумать: «вы могли бы подумать») they had been married for years (что они
уже были женаты /долгие/ годы). But he showed great good nature (но он себя
вел очень великодушно: «показывал великую/отличную добрую натуру») in
allowing Julia to make love to him (позволяя Джулии ухаживать за ним).
principle ['prInsIp(q)l] casual ['kxZVql] trifle ['traIf(q)l]
"I could not love thee, dear, so much, loved I not honour more," he quoted.
He felt sure that when they were married they would bitterly regret it if they
had lived together before as man and wife. Julia was proud of his principles.
He was a kind and affectionate lover, but in a very short while seemed to take
her a trifle for granted; by his manner, friendly but casual, you might have
thought they had been married for years. But he showed great good nature in
allowing Julia to make love to him.
She adored to sit cuddled up to him (она обожала сидеть, прижавшись к нему;
to cuddle — прижимать, крепко обнимать, прижиматься друг к другу) with
Мультиязыковой проект Ильи Франкаwww.franklang.ru
129
his arm round her waist (его рука на ее: «вокруг» талии), her face against his (ее
лицо рядом: «напротив» его), and it was heaven (и это было райским
блаженством; heaven — небеса, небо, царство небесное, рай) when she could
press her eager mouth (когда она могла прижать с готовностью свои губы:
«рот»; eager — жадно стремящийся, энергичный) against his rather thin lips (к
его довольно тонким губам). Though when they sat side by side like that (хотя,
когда они сидели рядышком вот так; side by side — бок о бок, рядом, на одной
линии) he preferred to talk of the parts they were studying (он предпочитал
разговаривать о ролях, к которым они готовились: «которые они изучали») or
make plans for the future (или строить: «делать» планы на будущее), he made
her very happy (он делал ее очень счастливой). She never tired (она никогда не
уставала; to tire —уставать,утомлять, надоедать,наскучить) of praising
his beauty (восхвалять его красоту). It was heavenly (это было божественно),
when she told him (когда она говорила ему) how exquisite his nose was (какой
изящный у него нос) and how lovely his russet, curly hair (и какие /у/ него
прекрасные каштановые кудрявые волосы), to feel (чувствовать) his hold on
her tighten a little (/как/ его объятия сжимают ее чуть сильнее; to tighten —
сжимать, напрягать, натягивать, усиливать) and to see the tenderness in his
eyes (и видеть нежность в его глазах).
"Darling (дорогая), you'll make me (ты сделаешь меня) as vain as a peacock
(таким же тщеславным, как павлин)."
"It would be so silly (это было бы так глупо) to pretend (притворяться, что) you
weren’t divinely handsome (ты не так божественно красив)."
waist [weIst] prefer [prI'fq:] praise [preIz] russet ['rAsIt]
She adored to sit cuddled up to him with his arm round her waist, her face
against his, and it was heaven when she could press her eager mouth against
his rather thin lips. Though when they sat side by side like that he preferred
to talk of the parts they were studying or make plans for the future, he made
Мультиязыковой проект Ильи Франкаwww.franklang.ru
130
her very happy. She never tired of praising his beauty. It was heavenly, when
she told him how exquisite his nose was and how lovely his russet, curly hair,
to feel his hold on her tighten a little and to see the tenderness in his eyes.
"Darling, you'll make me as vain as a peacock."
"It would be so silly to pretend you weren't divinely handsome."
Julia thought he was (Джулия думала так /что он был красив/), and she said it
because she liked saying it (и она говорила так, потому, что ей нравилось так
говорить), but she said it also because she knew (но она говорила так еще и
потому, что знала) he liked to hear it (что ему нравится слышать это). He had
affection and admiration for her (он испытывал привязанность и восхищение к
ней), he felt at ease with her (он чувствовал себя с ней легко: to be at ease —
чувствоватьсебясвободно,непринужденно,нестесняться), and he had
confidence in her (и он был в ней уверен; confidence —доверие,секрет,
уверенность), but she was well aware (но она хорошо осознавала) that he was
not in love with her (что он не был влюблен в нее). She consoled herself by
thinking (она утешала себя, думая; to console — утешать, успокаивать) that
he loved her as much as he was capable of loving (что он любил ее настолько,
насколько он способен был любить; capable —способный,одаренный,
способный на что-либо), and she thought that when they were married (и она
думала, что когда они поженятся), when they slept together (когда они будут
спать вместе; to sleep (slept) —спать,ночевать,разг.жить,иметь
любовнуюсвязь) her own passion (ее собственная страсть) would excite an
equal passion in him (возбудит равноценную страсть в нем).
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Знаменитый роман Моэма «Узорный покров» – полная трагизма история любви, разворачивающаяся в небольшом городке в Китае, куда приезжают бороться с эпидемией холеры молодой английский бактериолог с женой.Прекрасная и печальная книга легла в основу нового голливудского фильма «Разрисованная вуаль», главные роли в котором исполнили великолепные Наоми Уоттс и Эдвард Нортон.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
«Острие бритвы» — одно из лучших произведений Моэма. Не просто роман, но подлинная «школа нравов» английской богемы начала XX века, книга язвительная до беспощадности и в то же время полная тонкого психологизма.Сомерсет Моэм не ставит диагнозов и не выносит приговоров — он живописует свою собственную «хронику утраченного времени», познать которую предстоит читателю!
Круговорот жизни, чередование удач и несчастий, разлук и неожиданных встреч. Круговорот страстей и увлечений, зависти и дружбы, предательства и самоотверженности.Дочь священника, посвятившая себя юному поэту, аристократ, разрывающийся между чистой любовью к леди и плотской страстью к красивой официантке, жена уважаемого политика, ставшая жертвой хищного и циничного альфонса, — каждый из них, в сущности, хочет всего лишь быть счастливым. Кому из них удастся обрести счастье, а кто обречен на страдания? И какую цену даже самым «удачливым» придется заплатить за исполнение желаний?
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
В сборнике Рождественские повести – пять повестей и все они связаны, так или иначе, со светлым праздником Рождества. Однако только первая повесть целиком посвящена этому празднику. Действие второй повести происходит под Новый год, в четвёртой и пятой рождественские празднества даны лишь как эпизоды, в «Сверчке» Святки не упоминаются вовсе. Однако это не помешало сложиться мнению, что Диккенс «изобрёл Рождество», поскольку все повести объединены общим идейным замыслом и пропитаны общим настроением. Писатель облекает свои рождественские повести в форму сказки, щедро черпая из народного творчества образы призраков, эльфов, фей, духов умерших и дополняя фольклор своей неистощимой фантазией.
«В одном обществе, где только что прочли „Вампира“ лорда Байрона, заспорили, может ли существо женского пола, столь же чудовищное, как лорд Рутвен, быть наделено всем очарованием красоты. Так родилась книга, которая была завершена в течение нескольких осенних вечеров…» Впервые на русском языке — перевод редчайшей анонимной повести «Геммалия», вышедшей в Париже в 1825 г.
Франсиско Эррера Веладо рассказывает о Сальвадоре 20-х годов, о тех днях, когда в стране еще не наступило «черное тридцатилетие» военно-фашистских диктатур. Рассказы старого поэта и прозаика подкупают пронизывающей их любовью к простому человеку, удивительно тонким юмором, непринужденностью изложения. В жанровых картинках, написанных явно с натуры и насыщенных подлинной народностью, видный сальвадорский писатель сумел красочно передать своеобразие жизни и быта своих соотечественников. Ю. Дашкевич.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Собрание сочинений австрийского писателя Стефана Цвейга (1881 - 1942) — самое полное из изданных на русском языке. Оно вместило в себя все, что было опубликовано в Собрании сочинений 30-х гг., и дополнено новыми переводами послевоенных немецких публикаций. В десятый том Собрания сочинений вошли стихотворения С. Цвейга, исторические миниатюры из цикла «Звездные часы человечества», ранее не публиковавшиеся на русском языке, статьи, очерки, эссе и роман «Кристина Хофленер».