Жизнь и время Гертруды Стайн - [5]
Сохранилось мало сведений о религиозном воспитании детей. Первое поколение приехавших Стайнов, безусловно, было религиозным. Гертруда упоминает о своем деде с материнской стороны как о набожном человеке, из династии знаменитых раввинов. Мать описывает в дневнике еврейские праздники, посещение детьми еврейской школы по субботам. Там-то девочка и получила начальные познания в иудаизме. Ей было 8 лет, когда она с удивлением обнаружила, что в Ветхом Завете ничего не говорилось о вечной, загробной жизни.
Воспитатели и наставники в семье Даниеля религии не касались. И не удивительно, что говоря о юношеских годах, ни Лео, ни она не упоминают о каком бы то не было религиозном образовании или соблюдении религиозных правил.
В школе Гертруда была средней ученицей, ничем не примечательной, хотя довольно продвинутой для своего возраста. Предметы, которые вызывали или должны были вызывать интерес учеников, казались ей скучными. Единственным привлекательным занятием она находила грамматический разбор и построение предложений. Некоторые черты и привязанности, отмеченные в школе, удивительным образом проявились и во взрослые годы. Например, почерк был и остался никудышным. Однажды ее сочинение выиграло первое место, но для демонстрации в школе его переписала другая ученица. Впоследствии все свои литературные записи Гертруда делала на листочках ужасным почерком, и их приходилось переписывать.
Со смертью матери в доме все переменилось. Четырнадцатилетняя девочка уже начала понимать, что внешне проигрывает сверстницам — невысокая, плотно сложенная, с заметно избыточным весом, что с тревогой отметила в дневнике еще мать. Детство кончилось. Гертруда претерпела трансформацию, непосредственно ощутив связь с внешним миром. Свои 15 лет она посчитала переломным возрастом: «Пятнадцать лет действительно как средневековые годы: все открываешь впервые — ничего ясного ничего определенного ничего безопасного ничего не приходит и ничего не уходит; но все может произойти».
Майкл, получив степень бакалавра, возвращается назад и начинает работать у отца в компании. Отец полностью поглощен банковскими операциями. Хозяйство переходит в руки Берты и более-менее налаженная жизнь расстраивается. Никакой системы или порядка. Каждый ест, что хочет и когда хочет. Лео и Гертруда могли использовать время, как им заблагорассудится — могли пойти в оперу, гулять ночью, охотиться (Лео умел стрелять из ружья), а днем высыпаться и т. п.
В 1891 умирает отец. И как ни странно, его смерть лично Гертруде приносит облегчение: «Однажды утром мы не смогли разбудить нашего отца. Лео пролез в окно и оттуда выкрикнул, что отец лежит в кровати и он мертв; и мертв он был. Тогда-то наша жизнь, без отца, превратилась в приятную». В последние годы отец стал особо нервным, раздражительным, пытался устанавливать какие-то странные порядки в доме, на улице вел себя крайне эксцентрично. Противостояние его и детей выражалось в беспрерывных скандалах. В записных книжках, не предназначенных для чужих глаз, Гертруда упоминает несколько еще более тревожных фактов. Однажды отец попросил старшую дочь Берту лечь к нему в кровать для согревания. Она отмечает нечто подобное, случившееся с ней и братом отца Солом.
Гертруда не находит добрых слов об отце; по всей видимости, и он ощущал некоторую неприязнь к ней. В его глазах она была не той дочерью, какую хотелось бы видеть.
Извещая о смерти отца в письме к дяде Мейеру, первопроходцу, дипломатичный Майкл, теперь двадцатишестилетний, сор из избы не стал выносить:
Какой потерей стала смерть дорогого отца для нас, особенно для меня, ибо он был не только отцом, но и другом. Он оставил собственноручное завещание, назначив Мейера Эрмана… и меня душеприказчиком по Калифорнии, а вашего сына Майкла — душеприказчиком, без бондов, с правом продавать любую собственность без суда. Завещание сейчас в суде на утверждении… Дети все совершеннолетние, за исключением Лео и Гертруды; я назначен их опекуном.
В самое ближайшее время мы переедем в Сан-Франциско, где я проживал с марта месяца и работал в должности первого помощника суперинтенданта Омнибус Кейбл Компани, входившей в корпорацию, где вице-президентом был дорогой Па…
В наследство Даниель оставил 480 акров земли, акции нескольких компаний… и долги, с которыми Майклу пришлось разобраться. С этим Майкл справился, продав небольшую компанию, которой отец владел.
Жизнь при Майкле потекла в совсем ином русле. Он установил теплые отношения со всей четверкой. Берта вела хозяйство, меньшим выдавались деньги на карманные расходы. Растратив их (на книги, обычно), они обращались к брату за помощью; тот «всегда вздыхал, но любил бывать с нами и брал нас на обед [в ресторан], но перед этим мы должны были сидеть и выслушивать его наставления».
Майкл быстро сделал карьеру, став менеджером отделения крупной компании. Кроме того, он искусно вложил деньги в различные проекты, включая покупку многоквартирных доходных домов.
В 1892 году большая семья распалась. Майкл и Саймон остались в Сан-Франциско, Лео, учившийся тогда в Беркли, переехал в Гарвард продолжать учебу, а Берта и Гертруда отправились в Балтимор к родственникам матери.
![Сергей Дягилев](/storage/book-covers/0b/0b1bd5db4ab011c4843b5b3f97a51db2ae672fe0.jpg)
В истории русской и мировой культуры есть период, длившийся более тридцати лет, который принято называть «эпохой Дягилева». Такого признания наш соотечественник удостоился за беззаветное служение искусству. Сергей Павлович Дягилев (1872–1929) был одним из самых ярких и влиятельных деятелей русского Серебряного века — редактором журнала «Мир Искусства», организатором многочисленных художественных выставок в России и Западной Европе, в том числе грандиозной Таврической выставки русских портретов в Санкт-Петербурге (1905) и Выставки русского искусства в Париже (1906), организатором Русских сезонов за границей и основателем легендарной труппы «Русские балеты».
![Скворцов-Степанов](/storage/book-covers/26/26bfcbd36b0a52ee736565052b28937aaeb62c37.jpg)
Книга рассказывает о жизненном пути И. И. Скворцова-Степанова — одного из видных деятелей партии, друга и соратника В. И. Ленина, члена ЦК партии, ответственного редактора газеты «Известия». И. И. Скворцов-Степанов был блестящим публицистом и видным ученым-марксистом, автором известных исторических, экономических и философских исследований, переводчиком многих произведений К. Маркса и Ф. Энгельса на русский язык (в том числе «Капитала»).
![Старшинов](/storage/book-covers/d6/d62884459f140e8eed2f45a5ac83ec113abf92e5.jpg)
Поэт Николай Старшинов (1924–1998) относится к людям незабываемым, чья биография вобрала в себя все приметы эпохи — ее величие, драмы, парадоксы и противоречия. Фронтовик, написавший о войне классические строки («Когда, нарушив забытье, / Орудия заголосили, / Никто не крикнул: «За Россию!..» / А шли и гибли за нее»), замечательный лирик, многолетний редактор молодогвардейского альманаха «Поэзия», неутомимый наставник нескольких поколений молодых поэтов, азартный собиратель народных частушек, непревзойденный рыбак, он и сегодня присутствует в литературной жизни светлой памятью о нем.
![Фостер](/storage/book-covers/c0/c03a02d9477626bf7809c696b3bf54f37e501bbd.jpg)
Эта книга об одном из основателей и руководителей Коммунистической партии Соединенных Штатов Америки, посвятившем свою жизнь борьбе за улучшение условий жизни и труда американских рабочих, за социализм, за дружбу между народами США и Советского Союза.
![«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания](/storage/book-covers/22/22607670947df19bc5c2f9bb901639090ebada0a.jpg)
Мария Михайловна Левис (1890–1991), родившаяся в интеллигентной еврейской семье в Петербурге, получившая историческое образование на Бестужевских курсах, — свидетельница и участница многих потрясений и событий XX века: от Первой русской революции 1905 года до репрессий 1930-х годов и блокады Ленинграда. Однако «необычайная эпоха», как назвала ее сама Мария Михайловна, — не только войны и, пожалуй, не столько они, сколько мир, а с ним путешествия, дружбы, встречи с теми, чьи имена сегодня хорошо известны (Г.
![Долг – Отечеству, честь – никому…](/storage/book-covers/dd/ddfe9b90b6ed22a4bfffc788c4ebcf4827396677.jpg)
Новая книга писателя и публициста Виктора Сенчи «Долг – Отечеству, честь – никому…» – не о войне и сражениях. Прежде всего, эта книга – о людях, воинском долге и «белых пятнах» Истории. Прежде всего эта книга – о людях, воинском долге и «белых пятнах» Истории. Предлагаемая работа является продолжением цикла историко-документальных расследований, посвящённых малоизученным фактам в биографиях известных людей. Овеянный славой командир бесстрашного брига «Меркурий» флигель-адъютант Александр Казарский; адмиралы Корнилов, Нахимов, Истомин; российский император Николай I; поэт Николай Гумилёв; герой Порт-Артура и Цусимы «Вятский Поддубный» Василий Бабушкин… В ряде материалов читатель познакомится с редкими архивными материалами, связанными с судьбами героев.
![Тридцать три урода](/storage/book-covers/d4/d4ab6b1d7d4d8fe38f8504a25a3007cd66fa4d2c.jpg)
Л. Д. Зиновьева-Аннибал (1866–1907) — талантливая русская писательница, среди ее предков прадед А. С. Пушкина Ганнибал, ее муж — выдающийся поэт русского символизма Вячеслав Иванов. «Тридцать три урода» — первая в России повесть о лесбийской любви. Наиболее совершенное произведение писательницы — «Трагический зверинец».Для воссоздания атмосферы эпохи в книге дан развернутый комментарий.В России издается впервые.
![Песочные часы](/storage/book-covers/68/68f1f9b489d7cc54e6f80faac24e2080f01da2ee.jpg)
Автор книги — дочь известного драматурга Владимира Масса, писательница Анна Масс, автор многих книг и журнальных публикаций. В издательстве «Аграф» вышли сборники ее новелл «Вахтанговские дети» и «Писательские дачи».Новая книга Анны Масс автобиографична. Она о детстве и отрочестве, тесно связанных с Театром имени Вахтангова. О поколении «вахтанговских детей», которые жили рядом, много времени проводили вместе — в школе, во дворе, в арбатских переулках, в пионерском лагере — и сохранили дружбу на всю жизнь.Написана легким, изящным слогом.
![Писательские дачи. Рисунки по памяти](/storage/book-covers/94/9454c1b3476d433310ddb6ddf18f3b3c406f762b.jpg)
Автор книги — дочь известного драматурга Владимира Масса, писательница Анна Масс, автор 17 книг и многих журнальных публикаций.Ее новое произведение — о поселке писателей «Красная Пахра», в котором Анна Масс живет со времени его основания, о его обитателях, среди которых много известных людей (писателей, поэтов, художников, артистов).Анна Масс также долгое время работала в геофизических экспедициях в Калмыкии, Забайкалье, Башкирии, Якутии. На страницах книги часто появляются яркие зарисовки жизни геологов.
![Как знаю, как помню, как умею](/storage/book-covers/01/0105259bdd5d43bb62f4be5c7ec3c9b01f7bc8c3.jpg)
Книга знакомит с жизнью Т. А. Луговской (1909–1994), художницы и писательницы, сестры поэта В. Луговского. С юных лет она была знакома со многими поэтами и писателями — В. Маяковским, О. Мандельштамом, А. Ахматовой, П. Антокольским, А. Фадеевым, дружила с Е. Булгаковой и Ф. Раневской. Работа театрального художника сблизила ее с В. Татлиным, А. Тышлером, С. Лебедевой, Л. Малюгиным и другими. Она оставила повесть о детстве «Я помню», высоко оцененную В. Кавериным, яркие устные рассказы, записанные ее племянницей, письма драматургу Л. Малюгину, в которых присутствует атмосфера времени, эвакуация в Ташкент, воспоминания о В. Татлине, А. Ахматовой и других замечательных людях.