Живой товар: Москва — Лос-Анжелес - [10]
— Кто-нибудь еще будет?
— Нет, — пообещал Андрей.
— Вспоминал меня хоть иногда? — спросила Елена. — Ни одной телеграммы, ни одного звонка…
— Я тебе письмо написал, — сказал Андрей. — Должно быть, не дошло пока.
— Ты меня еще любишь? — вздохнула она, помолчав. — Андрюшенька, только честно.
— Очень, — привычно солгал он. — Нигде не задерживайся, жду тебя с нетерпением.
— Если голоден, загляни в холодильник, — не унималась Елена. — На перекус тебе хватит, а я с собой телятины привезу. С утра успела на рынок смотаться. Продержишься на сметане? Не напивайся без меня, в ясные очи твои хочу успеть посмотреть. Извелась, я, Андрей, тревожно как-то все было. И то уже мерещилось, а вдруг не захочется тебе в эту нашу кутерьму возвращаться? Или баба какая заморская приворожит.
— Это ведь сумасшедшие деньги, телятина с базара. На какие шиши роскошествуешь? — пожурил Елену Растопчин. — От детей отрываешь? Здоровы они, кстати?
— Да, и спрашивают про дядю Андрея. Я им сказала, что ты в Америке.
У двадцатипятилетней Елены было две дочки-близняшки. Они ходили в первый класс. Все трое жили у родителей Елены, в большой мрачноватой квартире (бывшей коммуналке) неподалеку от Чистых прудов. За девочками присматривала бабушка, которую язык не поворачивался так назвать. «Девушка, вы последняя?» — до сих пор обращались к ней в очередях. Родители Елены терпели Андрея как наименьшее из зол. Они не смели настаивать на его законном браке с их дочерью, но всегда подчеркивали, отчего не настаивают — да уж к чему вам такой довесок к Леночке, Андрей Павлович! Растопчин краснел, норовил поскорее ускользнуть от хлебосольных хозяев, от семейного стола.
Еще несколько лет назад (при том, что отношения Растопчина с родителями Елены в ту пору сильно осложнились). Андрей был вполне доволен и жизнью, и собой. Перспектив, захватывающих дух, он, конечно, и тогда уже не строил, но и сдавать завоеванные в обществе позиции не намеревался. К высоким постам в Союзе архитекторов Растопчин не стремился, однако, членом в Правлении состоял. Заказами его не обделяли, да и постоянный приработок от преподавательской «деятельности» оказывался достаточно весомым. Как архитектор Растопчин специализировался на малых формах, но, если перепадал заказ на добротный особняк, мог с блеском выполнить и его. Когда подули перестроечные ветры, Растопчин стал «выездным». Надумал сколотить небольшой капиталец, не мытьем, так катаньем добиться разрешения на покупку завалящей халупки где-нибудь под Анапой, (сохранив за собой квартиру в столице), немного поколдовать над этой халупкой, превратить ее в «Приют холостяка» и — лето на Черном море, зима в Москве, месячишко-другой в штатах, если пригласят, пару недель круизных «римских каникул», если подвернется путевка… Налаженный быт, стабильный заработок, упорядоченная смена впечатлений — что еще нужно человеку, который готовится разменять пятый десяток лет? Естественно, если он не бизнесмен, к примеру, или депутат, а тихий обыватель. Планам Растопчина не суждено было сбыться, по крайней мере в срок.
Почва уходила из-под ног обывателя. Рохлям, не умеющим плавать, Общество Равных Возможностей предоставляло уникальный шанс наловить в мутной воде перемен свой садок золотых рыбок. Впрочем, ловить или не ловить — личное дело каждого, на дворе стояла свобода, и было ее там, как говорится, выше крыши. Понятно, купаться в этой свободе, в этом бодрящем, с ледком и воронками, весеннем половодье приходилось всем без исключения. Растопчин не любил ни массовых заплывов, ни принудительного закаливания и попытался выйти сухим из воды — смыло бережок, смыло. Воронье, облепившее торчащие из воды верхушки деревьев, громким карканьем провозглашало очередную новую эру, а также здравицу за племя победителей. Домик под Анапой стал Андрею недоступен, как обычному смертному Китеж-Град. Рядом бушевал Кавказ, эмоции горцев перехлестывали через горные хребты. Недостаток элементарных вещей, спичек, лампочек, бензина доводил до бешенства даже флегматиков. За считанные годы все, что напоминало о комфорте, вздорожало в тысячу раз. Время летело стремительно, кошмарно, а кошмары, снящиеся обывателю, были в чем-то сродни страшной яви сталинских тридцатых, когда, засыпая в мягкой постели, ни в чем не повинный человек держал в подсознании — ты запросто можешь очнуться утром на голых нарах.
— Откуда что берется? — целовала Елена Андрея под утро. — Как съездишь в Америку, так пусть не десять, но пять лет сбрасываешь уж точно.
— Четыре поездки, двадцать лет долой, — посчитал Андрей. — Пацан! С кем ты связалась, Ленка?
— Не волнуйся. Приезжаешь — словно после ванны молодости, но потом стареешь здесь за год, как при нормальной жизни состарился бы за три.
— Но к тебе это не относится, — сказал Андрей.
— Через десять лет, когда мои дочечки вырастут, мне будет тридцать пять, сказала Елена. — Баба ягодка опять, — усмехнулась она. — Как ты думаешь, мы продержимся вместе так долго?
Снова она за свое, с грустью отметил Растопчин. Если загробный мир не существует, если посмертного наказания за грехи не последует, то к чему делать людям добро в ущерб себе?
![Вкус к убийству](/storage/book-covers/16/166ea4762fc784336e28baf4e7ffdd852291b005.jpg)
Сборник представляет творчество видных мастеров детективно-приключенческого жанра — таких, как Уильям Сэмброт, Уильян Нолан, Джек Ричи, Генри Слезар и др. Оригинальное сочетание детективной интриги и атрибутов литературы «ужасов», другие достоинства предлагаемых произведений, надеемся, будут оценены читателями.
![Страховой случай](/storage/book-covers/7d/7dbba2e422254e6a4ae6e00b1651fcbce0452b0f.jpg)
У предпринимателя Владимира Зотова вдруг начались проблемы с бизнесом. Чтобы исправить ситуацию, срочно понадобились большие деньги. И тут очень кстати Зотов знакомится с большим чиновником из Министерства обороны, который предлагает поучаствовать в сложной афере по продаже военного корабля в Китай на металлолом. Зотов соглашается, ведь цена вопроса – миллион долларов. Но добро и зло, честность и фальшь, преступление и наказание – все сплетается в тугой узел, выпутаться из которого оказывается совсем не просто…
![Один коп, одна рука, один сын](/storage/book-covers/ea/eae5aa0138ebbffc2d97b39a6385138eb24e7760.jpg)
Хрупкая, как яичная скорлупа, и твердая, как бетон, — вот две стороны ее натуры. Она может часами мучиться из-за царапины на автомобиле. А может легко переехать того, кто, по ее мнению, этого заслуживает.В сумочке любимый пистолет, «магнум» сорок четвертого калибра; она прекрасно выглядит в дизайнерском комбинезоне для беременных и туфлях на высоком каблуке. На пальце кольцо с бриллиантом за сто тысяч, на запястье часы «Патек Филипп».Красивая женщина, любящая супруга, мать, ждущая появления второго ребенка.
![Двойное золотое дно](/storage/book-covers/60/60f5a863ade4c14cbb78df5d0279e2580339217e.jpg)
Себе на беду согласилась Ксюша Панова помочь подруге,редактору городской газеты, и отправиться на журналистское задание: взять интервью у солидных мужчин, которые дают объявления в колонках знакомств.Объектом для изучения она выбрала Бориса Щербинина, владельца крупного завода.Но уже второе свидание с ним стало для Ксюши роковым: она нашла красавца-мужчину мертвым в машине...Естественно, следственные органы сразу подозревают в убийстве Ксюшу. А какие-то жуткие типы похищают ее и с пристрастием допрашивают, требуя какие-то деньги, бумаги и дискеты, принадлежащие убитому.
![Обреченные невесты](/storage/book-covers/05/05718af2cbc772aaecfe713800886c73ecf8b8d7.jpg)
Агент ФБР Брэд Рейнз охотится на серийных убийц много лет. Но ничего подобного он еще не встречал.На счету маньяка — уже четыре молодые красавицы.Их полностью обескровленные тела лежали в позе распятия. Более того, убийца каждый раз оставляет на месте преступления свою «визитную карточку» — подвенечную фату.Что пытается сказать убийца? Чего добивается? Все это пока остается загадкой для Брэда и его команды, ведущей дело Коллекционера Невест. Но он найдет ответы на вопросы — или погибнет во время поисков.Ведь у него — личный счет к Коллекционеру.
![Король и Злой Горбун](/storage/book-covers/6a/6a5d38f83ad0b04863219672dcfbd2beed4178ca.jpg)
В. Гриньков – автор ошеломляющей серии книг о подлинных телевизионных королях и о скрытой за голубым экраном мафиозной клановой борьбе за право безраздельной власти над сердцами и душами людей «Король и Злой Горбун» – роман из этой серии.Ни для кого не секрет, что сегодня все чаще убивают – ведущих телепрограмм, журналистов, продюсеров. Это раньше, в эпоху октябрьского переворота, брали банк, телефон, телеграф. Сейчас другое время. Информация и возможность ею распоряжаться – самое главное богатство. У кого в руках власть над телевидением – у того реальная власть в стране.