Зеленый блокнот - [7]
— Я прочел ваше объявление во вчерашней газете, — сказал он, выкладывая блокнот на стол.
— Только во вчерашней? — спросил Жан де Биз, хитро прищуриваясь.
Он раскрыл блокнот и сосчитал банковские билеты, щелкая ими между пальцев. Марсель смутился и почел дальнейшее притворство ненужным.
— Нет, — проговорил он, — не только…
— Почему же вы ждали до сих пор? Если бы вы пришли раньше, то получили бы больше!
Вместо ответа Марсель спросил:
— А вы, сударь, почему вы сейчас предлагаете меньше, чем вначале? Ваш блокнот что, подешевел за несколько дней?
— Да нет, сударь, это вы продешевили, — ответил Жан де Биз.
— Как это?
— Ну, конечно! Ваш поступок имел бы большую нравственную ценность, если бы вы его совершили сразу же после того, как нашли блокнот. Вполне справедливо, что и вознаграждение тогда было бы большим!
За разговором он пододвинул четыре тысячи франков посетителю. Марсель сунул их в карман, покачивая головой:
— Ничего не понимаю! Так ведь там же были какие-то важные для вас сведения!
— Нет.
— А что же означают все эти формулы, цифры, имена?
— Ничего. Просто писал что взбредет в голову… Ради забавы… Люблю, знаете ли, разыграть случайного счастливца…
Марселю вспомнились бессонные ночи, и мысль, что его одурачили, привела его в отчаяние.
— Этого не может быть! — пролепетал он. — Вы от меня что-то скрываете! Разве вы не жалели, что потеряли блокнот?
— Я его не терял! — сказал Жан де Биз.
— Что?
— Я нарочно обронил его.
Наступило молчание. Паркетный пол начал уходить из-под ног Марселя. Задыхаясь и чувствуя, что вот-вот упадет, он промямлил:
— Нарочно?.. Как так, нарочно?..
— О! очень просто, — сказал Жан де Биз, откидываясь на спинку стула. — Перед вами — филантроп. Я хочу помочь людям открыть для себя ощущение радости при совершении честных поступков. Ради этого я и предлагаю награду за первый добрый поступок. Точно так же делают укротители хищников, поощряя своих питомцев куском мяса за хорошую работу. И так, время от времени — раза три — четыре в году, я подбрасываю блокнот с деньгами в каком-нибудь людном месте и через газету предлагаю за его возврат крупное вознаграждение. Возвращают по-разному: кто в тот же день, кто через неделю, а кто, как вы, через полтора — два месяца… Чтобы ускорить их решение я то повышаю, а затем постепенно понижаю сумму вознаграждения. Вы первый уйдете без барыша. Но я не сомневаюсь, что для вас тоже наша встреча окажется благотворной. Поначалу блокнот приносят в надежде заполучить вознаграждение, затем корыстные мотивы отходят на второй план, и человек безотчетно усваивает привычку поступать по совести при любых обстоятельствах…
Пока изливалась это медоточивая речь, Марсель думал о своем загубленном отпуске, о свихнувшихся детях, о жене, которая тешилась теперь с другим! Если бы не блокнот, ничего бы этого не случилось! А виновник всему — перед ним… Он улыбается, он доволен собой, он набит деньгами! Полюбуйтесь! Не часто увидишь такого умника, который, причинив столько зла, верует, что творит добро! Влепить бы ему пощечину, плюнуть в лицо, прикокошить этим пресс-папье. В порыве буйной ненависти Марсель дернулся и уже представлял, как расправляется с гадиной, когда тот, преисполненный благодушия, произнес:
— Как бы то ни было, мне бы не хотелось, чтобы вы унесли неприятное воспоминание от нашей встречи. Прошу вас принять небольшую компенсацию.
Он протянул ему пять стофранковых билетов.
— Это лучше, чем ничего.
Гнев Марселя пал, срезанный под корень.
— Благодарю вас, — сказал он.
И после секундного размышления добавил:
— Вы так и дальше будете сеять деньги?
— О, да! — воскликнул Жан де Биз, — результаты прямо-таки ободряющие! А блокнот, который вы вернули, я завтра же опять «потеряю».
— В каком месте? — притворяясь безразличным, спросил Марсель.
Жан де Биз погрозил пальцем и молча проводил его до двери.
На следующий день утром Марсель незаметно положил четыре тысячи франков в кассу мастерских Плоша и Дюклоарека. Затем, сказавшись больным, он вышел из конторы и отправился купить себе искусственную бороду, накладной резиновый нос и очки с темными стеклами. Сделав себя неузнаваемым, он занял позицию в двадцати метрах от дома 50 на авеню Фон и стал подкарауливать Жана де Биз. Так он протоптался в тумане более трех часов. Наконец Жан де Биз показался на пороге. Но его ждал длинный черный автомобиль. Он сел, и через секунду машина мощно и легко тронулась с места. Застигнутый врасплох, Марсель бросился вслед, прижав локти к туловищу, но быстро отстав, остановился, запыхавшись. Немного переведя дыхание, он двинулся в путь и до самой темноты бродил в Булонском лесу, заложив руки за спину, вперив взгляд в землю. Блокнот не находился.
— Сволочь! — ворчал Марсель. — Гад! Куда ты его сунул?
В последующие дни он продолжил свои похождения.
…Метр за метром Марсель исследовал местность. Он уже более не удосуживался отфутболивать мяч. Небритый, угрюмый, бормоча ругательства, он пугал детей бессвязными фразами. Его прозвали «бродягой». Марселя бросила жена, немногим позже уволили из мастерских за беспричинные прогулы. Вместо того, чтобы искать другое место, он записался в безработные. И по сей день, по вечерам, в Булонском лесу, еще можно увидеть сгорбленного, рваного и потерянного человека, который бредет на подгибающихся ногах, разговаривает сам с собой, время от времени останавливается, окидывает недоверчивым взглядом тропу вокруг себя и тростью ворошит кучки опавших листьев.
![Антон Чехов](/storage/book-covers/f8/f84c898e969a1735f18b6974ff77c7a20a6023a4.jpg)
Кто он, Антон Павлович Чехов, такой понятный и любимый с детства и все более «усложняющийся», когда мы становимся старше, обретающий почти непостижимую философскую глубину?Выпускник провинциальной гимназии, приехавший в Москву учиться на «доктора», на излете жизни встретивший свою самую большую любовь, человек, составивший славу не только российской, но и всей мировой литературы, проживший всего сорок четыре года, но казавшийся мудрейшим старцем, именно он и стал героем нового блестящего исследования известного французского писателя Анри Труайя.
![Семья Эглетьер](/storage/book-covers/3d/3df93ae69a8b6e8ee41fcde582b560f43081fa1b.jpg)
Анри Труайя (р. 1911) псевдоним Григория Тарасова, который родился в Москве в армянской семье. С 1917 года живет во Франции, где стал известным писателем, лауреатом премии Гонкуров, членом Французской академии. Среди его книг биографии Пушкина и Достоевского, Л. Толстого, Лермонтова; романы о России, эмиграции, современной Франции и др. «Семья Эглетьер» один роман из серии книг об Эглетьерах.
![Алеша](/storage/book-covers/ac/acfb5a72b04b00df04aa6c5d4c287eddbdb759d9.jpg)
1924 год. Советская Россия в трауре – умер вождь пролетариата. Но для русских белоэмигрантов, бежавших от большевиков и красного террора во Францию, смерть Ленина становится радостным событием: теперь у разоренных революцией богатых фабрикантов и владельцев заводов забрезжила надежда вернуть себе потерянные богатства и покинуть страну, в которой они вынуждены терпеть нужду и еле-еле сводят концы с концами. Их радость омрачает одно: западные державы одна за другой начинают признавать СССР, и если этому примеру последует Франция, то события будут развиваться не так, как хотелось бы бывшим гражданам Российской империи.
![Иван Грозный](/storage/book-covers/01/0125e49549e51179c03d31e785c90433ce20fa8a.jpg)
Личность первого русского царя Ивана Грозного всегда представляла загадку для историков. Никто не мог с уверенностью определить ни его психологического портрета, ни его государственных способностей с той ясностью, которой требует научное знание. Они представляли его или как передовую не понятную всем личность, или как человека ограниченного и даже безумного. Иные подчеркивали несоответствие потенциала умственных возможностей Грозного со слабостью его воли. Такого рода характеристики порой остроумны и правдоподобны, но достаточно произвольны: характер личности Мвана Грозного остается для всех загадкой.Анри Труайя, проанализировав многие существующие источники, создал свою версию личности и эпохи государственного правления царя Ивана IV, которую и представляет на суд читателей.
![Моя столь длинная дорога](/storage/book-covers/f6/f61be1448968e583beddbdbaccf4947f409cc504.jpg)
Анри Труайя – знаменитый французский писатель русского происхождения, член Французской академии, лауреат многочисленных литературных премий, автор более сотни книг, выдающийся исследователь исторического и культурного наследия России и Франции.Одним из самых значительных произведений, созданных Анри Труайя, литературные критики считают его мемуары. Это увлекательнейшее литературное повествование, искреннее, эмоциональное, то исполненное драматизма, то окрашенное иронией. Это еще и интереснейший документ эпохи, в котором талантливый писатель, историк, мыслитель описывает грандиозную картину событий двадцатого века со всеми его катаклизмами – от Первой мировой войны и революции до Второй мировой войны и начала перемен в России.В советское время оригиналы первых изданий мемуаров Труайя находились в спецхране, куда имел доступ узкий круг специалистов.
![Федор Достоевский](/storage/book-covers/d6/d698077acf704b62365a8ac8ed8beca6b75f6bd7.jpg)
Федор Михайлович Достоевский – кем он был в глазах современников? Гением, величайшим талантом, новой звездой, взошедшей на небосклоне русской литературы, или, по словам Ивана Тургенева, «пресловутым маркизом де Садом», незаслуженно наслаждавшимся выпавшей на его долю славой? Анри Труайя не судит. Он дает читателям право самим разобраться в том, кем же на самом деле был Достоевский: Алешей Карамазовым, Свидригайловым или «просто» необыкновенным человеком с очень сложной судьбой.