Затонувшие города. От Черного моря до Бермудского треугольника - [6]
Город Ис занимает важное место в бретонских мифах. Считается, что Ис может возродиться, когда в нем отслужат мессу. По другим преданиям, каждые сто лет воды расступаются, и в это время можно увидеть легендарный город город.
Для мировой общественности Кер-Ис был открыт виконтом Теодором Эрсаром де ла Вильмарке, который в середине XIX века опубликовал балладу «Затонувший город Ис» в своем сборнике бретонских народных песен «Барзаз Брейз».
Легенда о затонувшем городе Свитязь
Легенды - удивительные, таинственные. Одна из них повествует о том, что на том месте, где сейчас находится озеро, стоял когда-то город Свитязь. Одна из легенд о древнем городе Свитязе гласит: исчез город потому, что жители в нем были слишком негостеприимные.
Отличался город достаточно строгими нравами: не принимали здесь чужих. И большинство нищих из околиц города прекрасно знали об особенностях городка и не заглядывали сюда. Знали - могут прогнать, могут собаками затравить, а могут и убить. И уж во всяком случае, ни приюта, ни милостыни здесь ожидать было нельзя.
Однако ходили в те времена по дорогам белорусским не только местные нищие, у которых был дом, да только вот в доме ничего не было, но и жабраки, как их называли, те, у кого и дома-то не было. Выгоняли из дому за долги - и отправлялась вся семья с котомками по свету в надежде на добрых людей, которые и переночевать пустят, и накормят, а, может, и в дорогу что дадут. И ведь принимали - даже самые бедные помнили присказку - «от сумы да от тюрьмы не зарекайся» и следовали старому правилу - накормившего однажды в беде добрые люди не оставят. А Свитязь - здесь жители были не таковы. Даже собаки здесь по улицам не бегали: уходили из нехорошего места. Разве что те, что на цепях сидели, во дворах.
Негостеприимные были здесь люди, а на каждой двери висел обязательно замок. И это во времена, когда двери не только в деревнях, но и в небольших городах не запирались, разве что клямка набрасывалась, в знак того, что хозяев дома нет. И ведь никто не смел зайти, не то, чтобы взять чужое. Удивительная была земля - белорусская. Даже купцы, заключая договор, всегда заключали его лишь на словах. И на слово верили.
Появился в один из дней в городе Свитязь старый нищий. Видя незнакомца, местные плотнее запирали свои двери и окна, чтобы не подумал даже просить о приюте и милостыне. Однако нищий обычаев не знал, и решил, что даже в городе, где большинство людей столь негостеприимны, обязательно найдется добрая душа.
Прошел старик по центральным улицам, и выбрался на бедную окраину. Однако и здесь запирали перед носом его двери, и здесь никто не сочувствовал старому бедняку. Только одна вдова, что жила в хатке-развалюшке у самой городской стены, впустила его, когда совсем уже стемнело. Впрочем, единственное, что она могла предложить старому путешественнику - это место у холодной печки, где она сама вместе со своим малышом-сыночком ложилась вечером спать. Не было в доме никакой еды.
Но старик заглянул в старый мешок, где когда-то было зерно - и нашел три зернышка. И велел хозяйке смолоть их на ручной мельничке. Она решила, что старик потерял рассудок от голода и горя, но решила не перечить. А когда начала молоть - намолола три меры муки с трех зернышек.
Обрадовалась - ведь и самой будет что поесть, и странника накормить, и малышу можно немного затирки дать - тоже не голодный будет.
Старик тем временем вышел за городские ворота и насобирал немного хвороста, чтобы печь растопить. А, когда возвращался, увидели его другие местные, и увидели, что заходит он в дом ко вдове, и рассердились на женщину, что нарушила городскую традицию. Но решили подождать до утра, чтобы собрать городской совет.
Вдова тем временем приготовила затирки - сама досыта наелась, сыночка своего накормила, да и странника не забыла. И рядом с теплой печкой улеглись спать.
Утром же проснулись они от того, что собрался у домика народ, и требовал выбросить из города старика-попрошайку, а вдову строго наказать - утопить в речке, что неподалеку протекала. Вдова испугалась, заплакала, знала ведь - утопят, не пожалеют, и малыш-сыночек с голоду умрет. Тогда старик расправил плечи и велел ей брать сына на руки и идти за ним. И прошли они сквозь толпу, и никто их не увидел. А когда выходили за городские ворота, отряхнул старик пыль со своих лаптей и велел вдове уходить по дороге, не оборачиваясь. Она и пошла, но услышала за спиной плачь и крики. И позабыла наказ старика, и оглянулась, ведь прожила она в этом городе много лет. А, как оглянулась, то увидела, что город опускается под землю, и заливает его вода. И превратилась тут же в камень.
Сегодня уже неважно, что легенда эта сильно напоминает библейскую историю про Лота и жену его, что уходили из обреченного города. Местные жители уверены, что жизнь такова: в ней нередко повторяется то, что происходило когда-то. И повторяется там, где старый урок не выучили.
Говорят, и до сегодняшнего дня неподалеку от озера стоит камень, напоминающий женщину с ребенком на руках. И ходят к этому камню бездетные женщины, просить, чтобы появился у них ребеночек, и несчастная вдова всем старается помочь. Только вот если прикоснется к ней рука, смоченная водой из озера Свитязь, появляются на камне то ли слезы, то ли капли крови.
![Нашествие с неба, или Что видали вечерами семь десятков лет назад](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Хрестоматия по истории Таджикской ССР](/storage/book-covers/4c/4c8fabe9d58970c0cb9d715782381dd1493faf61.jpg)
Хрестоматия по истории таджикского народа представляет сборник отрывков из архивных материалов, исследований учёных, средневековых актов, официальных документов, воспоминаний очевидцев и пр. Они освещают отдельные моменты политической истории, разорение хозяйств при феодальных войнах, определённый круг социально-экономических вопросов, в частности, поземельных отношений и налоговой политики, а также историю народных движений против господствующих классов. Хрестоматия по истории таджикского народа рассчитана на учащихся и преподавателей истории средних школ для использования ими материалов книги не только на уроках, но и на внеклассных занятиях. В хрестоматию включены, следующие основные виды документов: 1.
![Армянские государства эпохи Багратидов и Византия IX–XI вв.](/storage/book-covers/ac/ac3ed3eaa09bd9c88dd10c1e4c2713508205af37.jpg)
В книге анализируются армяно-византийские политические отношения в IX–XI вв., история византийского завоевания Армении, административная структура армянских фем, истоки армянского самоуправления. Изложена история арабского и сельджукского завоеваний Армении. Подробно исследуется еретическое движение тондракитов.
![Византия в европейской политике первой половины XV в (1402–1438)](/storage/book-covers/84/842f5074ada69999b888fb3e37570140d9b9dee5.jpg)
В монографии освещаются отношения Византии и латинского Запада в эпоху турецкого завоевания. На богатом фактическом материале автор анализирует динамику византийской внешней политики в период между битвой при Анкаре и Ферраро-Флорентийским собором, ее преломление в политической и церковной истории Европы первой половины XV в. Адресовано специалистам, а также студентам исторических факультетов университетов.
![Моя биография](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Название критических книг Р. Б. Гуля — «Одвуконь» — отражает тот простой и трагический факт, что после 1917 года и последовавших за ним страшных событий гражданской войны русская литература «пошла одвуконъ»: одна ее часть осталась в стране «победившего социализма», а другая оказалась выброшенной на Запад, став литературой «русского зарубежья». «Я узнал до конца, что значат слова: „гражданская война“. Это значило, что я должен убивать неких неизвестных мне русских людей: в большинстве крестьян, рабочих.
![Алексей I Комнин. История правления (1081–1118)](/storage/book-covers/dc/dcac8aa4adf1410b5ddfb5b2936f2f79ef80c86e.jpg)
Книга французского историка Фердинанда Шаландона (1875–1921) посвящена периоду правления императора Алексея I Комнина (1081–1118), первого императора из династии Комнинов. Основанный на большом фактическом материале, этот труд до сих пор остается единственной сводной работой по начальному периоду правления Комнинов, и уже, поэтому заслуживает внимания. Будучи основателем новой династии, Алексей I дал византийской политике то направление, которое она сохраняла в продолжение всего XII века. Его царствование открыло новую эру в истории взаимоотношений между Востоком и Западом.
![Древние ольмеки: история и проблематика исследований](/storage/book-covers/4f/4fd47fba54cebfa2afb028804bf919f7714fc149.jpg)
В книге рассказывается об истории открытия и исследованиях одной из самых древних и загадочных культур доколумбовой Мезоамерики — ольмекской культуры. Дается характеристика наиболее крупных ольмекских центров (Сан-Лоренсо, Ла-Венты, Трес-Сапотес), рассматриваются проблемы интерпретации ольмекского искусства и религиозной системы. Автор — Табарев Андрей Владимирович — доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН. Основная сфера интересов — культуры каменного века тихоокеанского бассейна и доколумбовой Америки;.