Заклятие - [7]
…От порыва холодного ветра он вздрогнул и снова уставился в монитор. А затем продолжил отстукивать на клавиатуре:
Фоном служит пустынный гористый пейзаж. На сцене выложены муляжи черепов людей и животных. Время — поздний вечер. На заднике — узкий серп луны. Слышны свист и завывания ветра…
(Выходит Принц)
Принц (Оглядывается по сторонам, простирает вперед руки.): Где это я? (Поднимает голову и глядит на небо.) Уже глубокая ночь, взошла молодая луна, и я вслед за погребальной процессией вступил на кладбищенскую дорогу. Пустыня и безлюдье вокруг, нигде нет следов жилья, ветер воет и несет песок. (Прикрывает рукой глаза, случайно наступает ногой на кость и вскрикивает от неожиданности.) Ах, смотрите же! (В полной растерянности.) Вдоль дороги валяются белые человеческие и конские кости. Возможно, с древних времен здесь уже погибло несчетное множество людей. (С болью в голосе.) Нет, нет. Ланьна, Ланьна, куда же они завели тебя? Если ты услышишь мой зов, сможешь ли ты мне ответить?
Ну что еще написать после этого? У Ло Чжоу опять разболелась голова. Может, заставить дух Ланьна явиться? Пусть под сценой разместят какое-нибудь устройство, поднимется столб дыма, и в этой атмосфере ужаса явится Ланьна. А потом ее дух фальшивым голосом произнесет предостережение, пожалуется, что козни злых сил обратили ее в шаманку, что благовония пролиты и яшма разбита, но она все равно страстно любит принца. Только пусть он больше не ходит сюда, дабы не лишиться жизни.
В обшем, повсюду надо нагромоздить духов, чертей и привидений, только этим и можно привлечь внимание публики, иначе зрители преспокойно уснут в своих креслах. Но, если так поступить, люди скажут, что он списал это из «Гамлета» старика Шекспира! Там тоже есть принц, есть дух-привидение, принимающее реальный облик, разница только в том, что там вместо короля правит прекрасная королева. Тут Ло Чжоу глубоко задумался, не зная, как выйти из трудного положения и что же писать дальше.
Наконец он встал, размял занемевшие плечи, потом подошел к окну. Стояла темная ночь, он даже не мог разглядеть воду в Сучжоу, только смутно виднелись ивы, высаженные двумя рядами на дамбах вдоль берегов. Порыв ветра с реки освежил голову, и Ло Чжоу решил пойти погулять, подышать воздухом.
Через пять минут он вышел на берег реки. Зеленые ивы на дамбе улучшили настроение. Ло Чжоу полной грудью вдыхал свежий воздух.
Он вырос неподалеку от этих мест. В его детской памяти река Сучжоу оставалась вонючей сточной канавой с черной водой, хотя по ней без конца сновали туда-сюда всевозможные лодчонки и суденышки, доверху нагруженные арбузами или речным песком.
Зато сейчас он чувствовал себя прекрасно. Ло Чжоу поднял голову. Тьма ужасная, на небе ни звездочки, только в стоявших рядом высотных зданиях, заменяя звездный свет, ярко светились окна. После переезда сюда Ло Чжоу уже седьмой раз выходил ночью на прогулку вдоль берега реки. При этом у него неизменно — и непонятно откуда — появлялось ощущение, что он вот-вот допишет пьесу.
Здесь было очень тихо и спокойно. Ему всегда хорошо думалось в тишине, а потом эти мысли входили в его романы и пьесы. Но на сей раз то, что он увидел, обернулось каким-то жутким кошмаром.
Прежде всего ночную тишину разорвал грохот мотоцикла. Стоя под ивами на берегу, Ло Чжоу увидел, что по узенькой улочке к дамбе медленно подкатил мотоцикл. В темноте седока нельзя было разглядеть, зато было ясно, что мотоциклист явно не в себе. Насколько сильно он пьян, Ло Чжоу определить не мог, но поведение его было более чем странным.
Мотоцикл ехал все медленнее и медленнее. Наконец мотор совсем заглох. Однако мотоциклист, отталкиваясь от земли ногами, по-прежнему заставлял колеса медленно катиться вперед. Затем этот человек сдернул с головы шлем и бросил его наземь. Жесткий шлем звонко задребезжал, ударившись о твердую землю. Ло Чжоу вздрогнул от неожиданности. Вдруг мотоциклист откинулся так, что спиной лег на седло, и Ло Чжоу окончательно решил, что парень сильно пьян.
Появление этого человека прервало поиск вдохновения, которому предавался Ло Чжоу. На него снова обрушились беспокойство и неуверенность.
«Депрессия», — сказал он себе и вышел из тени деревьев, намереваясь пересечь улицу.
Мотоцикл по-прежнему стоял посреди мостовой. Ло Чжоу с невольным любопытством подошел, чтобы разглядеть мотоциклиста поближе. Он думал, что парень, наверное, заснул прямо в седле.
Ло Чжоу грубо просчитался. Мотоциклист внезапно выпрямился и сел прямо, глядя ему в лицо. Ло Чжоу стоял совсем близко, но в мутном свете уличных фонарей он с трудом различал черты лица седока. Парень был в черном спортивном костюме, волосы спутаны, по возрасту — одногодок Ло Чжоу. Лицо вспухшее, красное, взгляд какой-то мутный. Тяжелый перегарный дух. Действительно, пьян.
Ло Чжоу не собирался с ним возиться — пусть себе отоспится на своем мотоцикле, это все же лучше, чем разбиться на скорости в пьяном виде. Но тут парень цепко схватил руку Ло Чжоу.
Ло испугался, что нарвался на бандита, впавшего в белую горячку. Он попытался освободиться, но руки парня оказались очень сильными. Разжать пальцы не получалось: эти руки занимались не кухонной стряпней, а совсем другой работой. Ло Чжоу испугался и уже собрался было ударить захватчика другой рукой, но парень вдруг заговорил:
![Вирус](/storage/book-covers/db/dbceae59d30fb209fa43e6531350bb8f7c0b9bfc.jpg)
В китайском Интернете есть интересный сайт – «Блуждающие души древних могил». Вроде бы он посвящен китайской истории, но странное дело: многие посетители сайта кончают жизнь самоубийством. Что это – совпадение? Эпидемия нового компьютерно-биологического вируса? Герои романа «Вирус» расследуют случаи самоубийства, и перед ними открываются картины недавней истории Китая. Главная тайна заключена в гробнице императрицы Алутэ, тело которой сохранило нетленность, зато… лишилось головы… Современный Китай и древняя мистика, кровавые преступления и неизбежные наказания, страх перед призраками и ужас роковой мести…Цай Цзюнь написал несколько мистических триллеров – «Камышовое озеро», «Любовь к кошке», «Вирус» – и завоевал титул «китайского Стивена Кинга».