Йун Габриэль Боркман - [8]
Эрхарт (ежась, точно от боли). Нет, это невыносимо! (Озирается.) Где моя шляпа? (Элле.) Ты знаешь эту вещь, которую играют там, наверху?
Элла Рентхейм. Нет. Что это за вещь?
Эрхарт. "Danse macabre". "Пляска смерти". Ты не знаешь "Пляски смерти", тетя?
Элла Рентхейм (со скорбной улыбкой). Нет еще, Эрхарт.
Эрхарт (матери). Мама... я прошу тебя... очень прошу... позволь мне пойти!
Фру Боркман (сурово смотрит на него). Оставить мать! И ты хочешь?
Эрхарт. Я же возвращусь... может быть, завтра!
Фру Боркман (страстно, взволнованно). Ты хочешь уйти от меня! Тебя тянет к чужим! Да еще к кому... к кому!.. Нет, и думать не хочу!
Эрхарт. Там теперь так светло! Столько огней! Столько молодых, веселых лиц! Там музыка, мама!
Фру Боркман (указывая на потолок). Здесь, наверху, тоже музыка, Эрхарт.
Эрхарт. Да, именно эта музыка здесь - она и гонит меня из дому.
Элла Рентхейм. Ты не радуешься, что твоему отцу удается хоть немножко забыться?
Эрхарт. Нет, радуюсь, от всей души радуюсь. Только бы меня не заставляли слушать!
Фру Боркман (внушительно). Соберись с силами, Эрхарт! Крепись, мой мальчик! Не забывай своей великой миссии!
Эрхарт. Ах, мама, оставь эти фразы! Я не гожусь в миссионеры!.. Спокойной ночи, милая тетя! Спокойной ночи, мама! (Быстро уходит в переднюю.)
Фру Боркман (после короткого молчания). Пожалуй, все-таки ты скоро опять приберешь его к рукам, Элла.
Элла Рентхейм. Ах, если бы я могла надеяться!
Фру Боркман. Но тебе не удержать его надолго, увидишь!
Элла Рентхейм. Что же, ты помешаешь?
Фру Боркман. Я или та, другая.
Элла Рентхейм. Так лучше она, чем ты.
Фру Боркман (медленно кивая). Я это понимаю. И скажу то же самое: лучше она, чем ты.
Элла Рентхейм. Куда бы это в конце концов ни привело его?..
Фру Боркман. Да, и это почти безразлично... по-моему.
Элла Рентхейм (перекидывая пальто через руку). В первый раз в жизни мы, сестры-близнецы, одного мнения... Спокойной ночи, Гунхильд. (Уходит в переднюю.)
Музыка доносится еще явственнее.
Фру Боркман (стоит с минуту неподвижно, затем вздрагивает, съеживается и невольно шепчет). Опять волк завыл... больной волк. (Стоит с минуту и вдруг бросается ничком на ковер, ломает руки и с отчаянием шепчет.) Эрхарт, Эрхарт!.. Будь верен мне! Вернись и помоги своей матери! Не то мне не вынести больше этой жизни!
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Большая, некогда парадная зала в рентхеймовском доме. Стены обиты старинными выцветшими гобеленами, изображающими охотничьи сцены и пастушков и пастушек. У стены налево пианино, подальше двустворчатые двери. В левом углу задней стены дверь под обои. У стены направо, посередине, большой резной дубовый письменный стол, на котором разложено множество книг и бумаг. У той же стены, впереди, диван, стол и стулья. Вся мебель в строго выдержанном стиле
ампир. На столах горят лампы.
Йун Габриэль Боркман, заложив руки за спину; стоит у пианино и слушает игру Фриды Фулдал, которая доигрывает последние такты "Dense macabre". Боркман среднего роста, крепко сложенный мужчина. Ему лет под шестьдесят; важная осанка, тонко очерченный профиль, пронизывающий взгляд, курчавые волосы и борода подернуты сильной проседью. Одет в черный, не совсем модного покроя костюм, носит белый галстук. Фрида Фулдал - хорошенькая бледная девушка лет пятнадцати, с несколько усталым и напряженным выражением лица. Скромное
светлое платье. Музыка кончается. Молчание.
Боркман. Можете догадаться, где я в первый раз слышал подобные звуки?
Фрида (взглянув на него). Нет, господин Боркман.
Боркман. В рудниках.
Фрида (в недоумении). Да? В рудниках?
Боркман. Я сын рудокопа, как вы, верно, знаете. Или, может быть, вы не знаете этого?
Фрида. Нет, господин Боркман.
Боркман. Сын рудокопа. И отец брал меня иногда с собою в рудники... Там, в глубине, поет руда.
Фрида. Вот как? Поет?
Боркман (кивая). Когда освобождается. Освобождают ее удары молотов. Как полночные колокола, бьют и освобождают ее. И вот руда поет... от радости... Поет по-своему.
Фрида. Отчего же это так, господин Боркман?
Боркман. Ей хочется на свет дневной, служить людям. (Ходит взад и вперед по зале, заложив руки за спину.)
Фрида (сидит несколько минут в выжидательной позе, затем смотрит на свои часы и встает). Извините, господин Боркман, но, к сожалению, мне, пожалуй, пора.
Боркман (останавливаясь перед ней). Уже уходить собираетесь?
Фрида (складывая ноты в папку). Да, пожалуй, пора. (Видимо, смущенная.) Я приглашена сегодня вечером в один дом.
Боркман. Где будут гости?
Фрида. Да.
Боркман. И вы будете занимать гостей своею игрой?
Фрида (закусив губу). Нет... я приглашена играть танцы.
Боркман. Только играть танцы?
Фрида. Да. После ужина будут танцы.
Боркман (стоит и смотрит на нее). А вы охотно играете танцы? По чужим домам?
Фрида (надевая пальто). Да, когда пригласят... Всетаки маленький заработок.
Боркман (пытливо). Вы об этом главным образом и думаете, когда играете танцы?
Фрида. Нет, я больше всего думаю о том, как тяжело, что мне самой не приходится участвовать в танцах.
Боркман (кивая). Вот это-то я и хотел знать. (Нервно ходит взад и вперед.) Да, да, да... тяжелее всего невозможность самому принимать участие... (Останавливается.) Но одно все-таки вознаграждает вас, Фрида.
![Пер Гюнт](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Гедда Габлер](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кукольный дом](/storage/book-covers/4b/4b757570fb719d40b8e502e81ab3c31a1eede190.jpg)
Утверждая роль сознания в поведении своих героев, Ибсен строит действие своих пьес как неотвратимый процесс, закономерно обусловленный определенными предпосылками. Поэтому он решительно отвергает какие бы то ни было сюжетные натяжки, всякое непосредственное вмешательство случая в окончательное определение судьбы своих героев. Развязка пьесы должна наступить как необходимый результат столкновения противоборствующих сил. вытекая из их подлинного, глубинного характера. Развитие сюжета должно быть существенным, то есть основываться на реальных, типических чертах изображаемой действительности.
![Вернувшиеся](/storage/book-covers/cf/cf55dc73bd737b8aaab6c740cefbfd3b4d8eedf5.jpg)
В сборник «Вернувшиеся» вошли три пьесы Хенрика (Генрика) Ибсена: «Столпы общества» (1877 г.), «Кукольный дом» (1879 г.) и «Привидения» (1881 г.) в новом, великолепном переводе Ольги Дробот.
![Росмерсхольм](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Привидения](/storage/book-covers/15/151a7ffbf698739a05dce09a44bca3dd42c178af.jpg)
Пьеса Генрика Ибсена «Привидения», наряду с «Кукольным домом», чаще всего ставилась на советских сценах.