Восход Антареса - [47]

– Почему?

– Мы рассматривали нашу изоляцию как проклятие и не понимали, как нам повезло. Будь наша точка перехода открыта сто лет назад, Альта сейчас лежала бы в руинах, как Нью-Провиденс.

– Об этом я не подумала.

– И никто не подумал. Давайте рассуждать дальше. Для всего внешнего мира наша точка перехода все еще закрыта и будет считаться таковой, если ничего не предпринимать.

– Понимаешь, к чему клонит Алисия? – спросил Астер. – Пока мы не обнаружим себя, ни людям, ни рьяллам и в голову не придет нас искать, и мы будем в безопасности.

– Вы предлагаете прятаться? – спросила Бетани.

– Не обязательно. Но мы не можем самостоятельно принять решение о контактах с внешним миром – это право принадлежит Парламенту. По слухам, командир Дрейк собирается лететь к Миру Сандарсона. Я хочу остановить его. Если Парламент разрешит экспедицию к Миру Сандарсона или куда-то еще – так тому и быть, но брать такую ответственность на себя мы не можем.

– Но если командующий решил лететь, кто его остановит?

– Я уже говорила, Бетани, что вы обладаете правом вето на все решения Ричарда Дрейка – у вас прыжковые коды «Дискавери», а без них он и с места не сдвинется.

– Вы просите меня навязать Дрейку возвращение на Альту?

– Ничего подобного, – уверила Бетани Алисия. – Мы просим вас хорошенько поразмыслить над тем, что я сказала, и принять разумное решение, когда придет время.

Бетани закусила губу.

– Мне нужно подумать.

– Конечно. Об этом мы и просим.

Динамик над их головами объявил о прибытии шаттла с «Дискавери». Все трое допили коктейли, вышли из-за стола и направились к шлюзам.

В шаттл до «Дискавери» набилось много народа, и Бетани оказалась у окна вместе с Карлом Астером и Алисией Делеван. Они обсуждали предстоящую конференцию и стратегию, с помощью которой будут выступать за немедленное возвращение домой. Бетани не прислушивалась к их разговору, она смотрела на маленькие всполохи, которые заряженные частицы вызывали в противорадиационном поле шаттла, и думала о предложении Алисии вернуться к изоляции.

Шаттл пристыковался к крейсеру, и пассажиры начали по очереди выплывать через стыковочную трубу. Не все из них направлялись на конференцию – некоторые военные космонавты просто возвращались к себе на крейсер. Однако доктор Вартон, профессор Планович и еще несколько ученых с «Александрии» явно прибыли именно на конференцию.

За стыковочной трубой не было такого беспорядка, как на лайнере, – космонавты помогали пассажирам перебраться на крейсер, и Бетани обнаружила, что рада снова оказаться в четко организованном военном мире.

– На конференцию прибыли восемь человек, включая нас, – заметила она. – А где остальные?

– Многие прилетели предыдущим рейсом.

– Куда мы направляемся?

– В зал на палубе «Гамма», – ответила Алисия. – Не знаете, где это?

– Знаю, конечно, там по воскресеньям идут службы. Идемте за мной.

Бетани повела их к ближайшему лифту до палубы «Гамма», а затем – еще четверть оборота жилого кольца «Дискавери» до большого зала, где собиралась конференция.

Зал переоборудовали – вместо параллельных рядов сидений, как на воскресной службе, в зале стоял только длинный стол с двумя рядами стульев, другие стулья размещались по периферии зала.

Сержант флота в парадной форме сверился с таблицей и провел Алисию и Бетани к столу, а Астеру указал на стул у стены. Через десять минут зал заполнился народом. Ровно в четырнадцать часов сержант встал по стойке «смирно» и приказал всем сделать то же самое.

В зал вошли Ричард Дрейк и Бэла Мартсон, оба в парадной сине-золотой форме Альтанского космического флота; Дрейк занял место во главе стола, первый помощник сел напротив него.

Командир подождал, пока все рассядутся и закончат разговоры, затем взглянул на собравшихся и заговорил:

– Добрый день, леди и джентльмены. Спасибо, что пришли. Я созвал эту конференцию, чтобы ученые могли рассказать о том, что узнали за шесть недель нашего пребывания в системе Напье. Прошу вас высказываться. Доктор Вартон, вы первый.

– Да, сэр. – Социолог встал и оперся кулаками о стол. – Мы прибыли в эту систему, ожидая найти мертвую планету. Однако мы не ожидали, что столько городов окажутся уничтожены оружием массового поражения.

Вартон быстро рассказал о рейдах рьяллов для тех, кто еще ничего об этом не знал. Свою речь, содержащую немного больше подробностей, чем рассказ Бетани Линдквист, он закончил словами:

– Как уже отмечалось многими, большинство городов погибло в более поздних битвах, записей о которых мы не нашли. Однако информации из Университета Гекаты достаточно, чтобы заявить: да, мы знаем, что здесь произошло.

– Профессор Планович, – позвал Дрейк, когда Вартон закончил свою речь, – прошу вас.

– Мы исследовали методы вычислений ученых Нью-Провиденс и пришли к выводу, что временная точка перехода, о которой они пишут, действительно существовала в течение пятнадцати лет между взрывом Антареса и прохождением излучения сверхновой через систему.

– Но сейчас ее нет. – В голосе Дрейка звучал вопрос.

– Конечно! – вскричал Планович. – Мы тщательнейшим образом исследовали всю систему – точек перехода по-прежнему три: к Альте, Миру Сандарсона и сверхновой. Последнее направление не рекомендую, выжить там трудновато. Но той точки перехода, через которую атаковали рьяллы, давно уже нет – условия необратимо изменились.