Вера - [6]

Шрифт
Интервал

Медики прибыли в двух флаерах, которые вертикально приземлились поблизости, но еще по крайней мере восемь остались в воздухе, летая над постом и дальше в пустыню, направляясь туда, откуда пришел Шарабт. Мэдсен вспомнил о дроне и устало посмотрел на Хинда.

Через час выживший заговорил, хотя понимали его только шахранские доктора, прибывшие с командой. Один из них повернулся к Мэдсену.

— Сержант, он твердит одно и то же: хочет, чтобы вы связали его с Тахлом.

— Дайте координаты. Стоктон сделает, так ведь?

— Он имеет в виду, — добавил шахранин, — первого помощника «Чарльза Мэнсона».

— Вот, черт.

Даже обыкновенные боевые корабли не часто принимали обычные вызовы, когда находились на задании: обычай вместе с уставом жестко запрещал подобные вольности. А корабли класса «аутсайдер» вроде «Чарльза Мэнсона» были и вовсе недосягаемы. Официально они практически не существовали.

— Я все устрою, сержант, — тихо сказал Стоктон. — Я свяжусь с «Чарльзом Мэнсоном» для него.

И каким-то образом ему это удалось.


— Капитан, — сказал Тахл, — я получил сообщение, что мне лично поступил срочный вызов. Могу я его принять?

Фурд поднял бровь — из-за приглушенного освещения жест почти никто не заметил, но шахранин разглядел его ясно — и ответил:

— Да, разумеется. Вы хотите ответить в более спокойной обстановке, без посторонних?

— Нет, спасибо, коммандер. Отвечу здесь.

Он что-то тихо сказал в коммуникатор, кивнул и принялся ждать. Вызов так и не прошел. Миновало несколько минут. Тусклый свет померк еще больше, казалось, наступил искусственный летний вечер, затем сменившийся сумерками. В полумраке почти незаметными проблесками мерцали движения экипажа, и слышалось тихое, но выразительное бормотание человеческих голосов.

Вызов так и не прошел. Шарабт умер, прежде чем они успели с ним связаться.

Часть вторая

— Этого больше не повторится, — повторил начальник конвоя. — Возможно.

— В чем причина? — спросил Коупленд.

— Неисправность в системе дистанционного управления.

— Я не спрашивал, что это было. Я спрашивал, в чем причина?

— Такие неисправности довольно часто встречаются на грузовых судах, капитан.

— Так, я попытаюсь еще раз. В чем. Причина.

Пауза.

— Я не знаю.

— Вы не можете дать гарантии, что тут не замешана Она.

Начальник конвоя решил промолчать.

«Ну, давай, — подумал Коупленд, — это же всего лишь двойное отрицание». Но настаивать на ответе не стал.

Это была Она.

В конвое из тридцати одного беспилотного грузовика номер двадцать девять неожиданно проявил самостоятельность и отправился в путешествие примерно на три минуты, после чего снова вернулся в строй. С грузовыми судами, управляемыми дистанционно, такое случалось не так уж редко, а по возвращении заблудший четко отвечал на все сигналы. Никаких доказательств того, что здесь поработала какая-то внешняя сила, не было. Тем не менее по настоянию Коупленда они все проверили и перепроверили самым тщательным образом.

Он знал, что это Она.

— Вы не можете быть уверены, что тут не замешана Она! «Возможно, этого больше не повторится» меня не устраивает.

Лицо начальника конвоя, занявшее весь маленький экран коммуникатора на ручке кресла, не выдало даже толики беспокойства, только упорное желание не поддаваться угрозам, хотя окрик командира породил немало волнений среди команды Коупленда на мостике. Начальник был из гражданских.

Коупленд разбирался в гражданских пилотах и понимал людей, которые не потерпят угроз. Он замолчал, пристально смотря на экран, а тишина длилась, становясь оглушительной. В конце концов начальник конвоя под воздействием столь едкого взгляда беспокойно заерзал.

— Капитан, я…

— Пока, — спокойно и мягко сказал Коупленд, — вы не сообщите мне, в чем конкретно причина неполадки, я буду предполагать, что в инциденте виновата Она. Это значит следующее: мой корабль остается в состоянии полной боевой готовности, и, если любое судно конвоя снова нарушит строй, я могу отдать приказ уничтожить его. Не исключая управляемый экипажем головной грузовик, то есть ваш корабль.

— Капитан, я…

— Погодите, я с вами еще не закончил.

Коупленд был большим, страдал от избыточного веса, и бремя его тела казалось неразумным и капризным для капитанского кресла, его пришлось даже дополнительно укрепить. Комплекцией командир напоминал кусок сырой свинины с глазами, похожими на головки угнездившихся в мясе опарышей. Капитан резко переводил взгляд с бокового экрана на главный, висящий перед мостиком, где грузовики, тридцать один тупой беспилотник, под управлением тупого корабля с экипажем растянулись на мили, уткнувшись одинаковыми носами в одинаковые хвосты. Конвой неуклюже двигался вперед без каких-либо происшествий, а Коупленд неуклюже развалился в кресле, изрядно волнуясь. Его не убедили. Инстинкты капитана всегда отличались пессимизмом и точностью.

Он вновь окинул суровым взглядом офицеров, собравшихся на мостике, силуэтами проступавших на фоне главного экрана, и рявкнул:

— Доложить о ходе операции!

— Сканеры: зрительного контакта нет. В полной боевой готовности.

Коупленд обращался к подчиненным и заставлял их обращаться друг к другу не по имени, а по должности — во флоте уже мало кто придерживался такой практики, она считалась устаревшей.


Рекомендуем почитать
Реколонизация

В утратившую много поколений назад связь с Землёй колонию прибывает земное посольство. Послы заверяют, что их миссия сугубо мирная и носит ознакомительный характер, но местные отчего-то им не верят. И не сказать, чтобы безосновательно.


Земляничный пирог

И на дальней, затерянной в космосе планете земляне остаются землянами: любят, верят, берегут друг друга, надеются… и всегда находят то, что ищут.


Дружественный огонь

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Сроки службы

Начало XXII века, Северо-Американское содружество трещит по швам. Для доходяг на соцобеспечении, вроде Эндрю Грейсона, есть только два пути вырваться из огромных и кишащих преступностью мегаполисов, где дневной рацион ограничен дурно пахнущим соевым полуфабрикатом и убивают за кусок мяса. Можно выиграть в лотерею и отправиться колонизировать далекие планеты. А можно пойти в армию. Правда, победителей с годами становится все меньше, поэтому Эндрю отправляется в армию ради настоящей еды и возможности повидать космические дали.


В муках рождается...

После хлопотной, но удачной аферы на Телерате пронырливый сниввианин нашел новых богатеев, готовых расстаться с деньгами. Но удастся ли Грифу обработать клиентов, когда друзья-спутники мешают изо всех сил?


Семь миров: Импульс

Вот уже 22 года, с самого детства, я закрываю глаза и вижу один и тот же сон. Передо мной открывается мир бесконечного купола неба, усыпанного звездами, исполинских зеленых растений, разноцветных трав и плодов. Мир, обогреваемый светом золотистой звезды, чьи лучи лишь ласкают теплом и не способны убить, словно звезды из сказок. Мир, наполненный хрустальной водой и чистейшим кислородом. Видения мои настолько яркие, что затмевают собой реальность. Каждый раз, просыпаясь в своей капсуле, я словно возвращаюсь во тьму, шагнув в нее из совершенного света.