Великорусские сказки Пермской губернии - [190]
№ 90(81). Редька. — Зап. П. А. и А. А. Вологдиными. Сюжет «Горох до неба» (196 °C). Древнейший литературный текст небылицы записан на лат. языке в VI в. См. Аф. № 19 «Старик лезет на небо».
№ 91(91). Щука да елец. — Зап. П. А. и А. А. Вологдиными. Сюжет «Докучные сказки» (2300). См. Аф. № 529 «Докучные сказки».
№ 92(93). Сказка про белого быка. — Зап. П. А. и А. А. Вологдиными. Сюжет «Докучные сказки» (2300). См. Аф. № 531 «Докучные сказки».
№ 93(92). Журавль да синичка. — Зап. П. А. и А. А. Вологдиными. Сюжет «Докучные сказки» (2300). См. Аф. № 528. «Докучные сказки».
№ 94(С447). Петр Великий и три солдата. — Зап. Зелениным от солдата Николая Антоновича Стерхова в Каслинском заводе Екатеринбургского уезда. Сюжет «Все женщины одинаковы» (983).
№ 95(104). (Старик и Деу). — Зап. Зелениным от Б. Я. Дин-Мухаметова. Контаминация сюжетов, традиционная и для восточнославянской сказки: «Кто раздавит камень» (1060), «Попытка убить топором» (1115), «Дети хотят чертова мяса» (1149). Деу — дэв, злой дух; в мифологии тюркоязычных народов — великан, обладающий огромной силой, иногда циклоп. См. Аф. № 149 «Змей и цыган».
№ 96(102). (Три брата). — Зап. Зелениным от М. Мухаметова. В основе сказки сюжет «Человек у разбойников» (956А), убивает их по одному.
№ 97(98). (Золотая гора). — Зап. Зелениным от М. Мухаметова. Сюжет «Золотая гора» (936), всемирно известный по «Тысяче и одной ночи» (ночь 946) — история о Гасане из Басры. «Петропавловск — уездный город Акмолинской обл., лежащий на Сибирской железной дороге» (С. 580). См. Аф. № 243 «Золотая гора».
№ 98(108). Золотая Бабка. — Зап. Зелениным от С. Якупова. Описание лисицы в сказке: «… снизу черная — зло она думает» Зеленин сопроводил комментарием: «Чернобрюхий» у башкир означает «злой» (как у русских: чернонебый). — Имя собаки Аккулак в буквальном переводе означает «белое ухо» (С. 587).
№ 99(106). Быжырмарган. — Зап. Зелениным от Б. Я. Дин-Мухаметова. Отчасти сюжет «Превращенная в животное и заколдованная царевна» (401). «Все элементы этой башкирской сказки, — замечает Зеленин, — хорошо известны нам по разным русским сказам: а) благодарное животное… б) чудесный сундучок, заключающий в себе дом со всем хозяйством (ср. выше №№ 24 и 72); в) героя преследует царь из зависти» (С. 585). См. Аф. № 270 «Царевна-змея».
№ 100(105). Водяная девица, — Зап. Зелениным от Б. Я. Дин-Мухаметова. Отчасти сюжет «Царевна-лягушка» (402) и сюжет «Муж ищет исчезнувшую или похищенную жену» (400). «Несколько напоминает русскую сказку о «царевне-лягушке», — указывает Зеленин. См. №№ 29(19) и 30(28). У героини также «одежда из лягушечьей кожуры, после сожжения коей девица исчезла. Героиня — особенная мастерица доить коров: и это качество также подходило бы к лягушке, которая (точнее: жаба), по народным поверьям, доит коров. Что же касается «водяной девицы», то, хотя родной отец рассказчика будто бы и видел ее раз на озере, но образ ее ему не ясен; рассказчик сказал мне только, что от албасты (русалки) «водяная девица» отличается тем, что она добрая (албаста же — злая)» (С. 585). См. Аф. № 267–269) «Царевна-лягушка».
№ 101(107). Алеука. — Зап. Зелениным от Б. Я. Дин-Мухаметова. Отчасти сюжет (Подмененная жена» (403). См. № 29(85). Пери (пари) — Аф. № 127 «Купеческая дочь и служанка».
№ 102(101). (Поди туда, неведомо куда). — Зап. Зелениным от М. Мухаметова. Башкирский вариант сюжета «Красавица-жена» («Пойди туда, не знаю куда») (465Л). «Но в данной сказке ясны отражения мусульманского и местного быта, — отмечает Зеленин, — так, две девицы в училище дают обещание выйти обеим замуж за одного мужа… Башкиры и мещеряки живут в данной местности рядом, в соседних селениях, и часто соприкасаются между собою, причем мещеряки в общем образованнее башкир, почему башкиры подражают мещерякам в быте. Ловля зайцев — обычное занятие местных башкир… Нужно предполагать меленький пропуск со стороны рассказчика: видимо, жена велела башкиру возвратиться из ямы ровно через месяц» (С. 582).
№ 103(103). Убыр (Чудесная скрипка). — Зап. Зелениным от Б. Я. Дин-Мухаметова. Сюжет «Чудесная дудочка» (780). См. № 58(76), а также Аф. №№ 244–246 «Чудесная дудка». «Скрипка (вместо дудки русской сказки) — любимый музыкальный инструмент местных башкир, — поясняет Зеленин. — Из образов русской мифологии башкирский убыр ближе всего подходит к упырю. Убырем башкиры называют, между прочим, и блуждающие болотные огоньки, относительно коих думаю, что это души жадных, скупых покойников. Как бранное слово, убыр означает «жадный». В башкирско-русском словаре убыр переведено словами «ведьма, колдунья» (С. 584).
№ 104(99). (Рога). — Зап. Зелениным от М. Мухаметова. Сюжет «Рога» (566). См. №№ 44(3), 45(23). «Сказка заимствована от русских, очевидно, через посредство солдат (хотя рассказана мне и не солдатом): о том свидетельствует сословное положение героя» (С. 584).
№ 105(100). Купеческий сын. — Зап. Зелениным от М. Мухаметова. В сказке есть эпизоды, встречающиеся в восточнославянских сказках, например, отправка купеческого сына на ярмарку с деньгами (в сюжете
![Сказки Орловской губернии](/storage/book-covers/c7/c7ecd80999365a90a37cce94d59ce642f5a37937.jpg)
В этом уникальном подарочном издании вы познакомитесь со сказками, записанными в Орловской губернии в начале XX века. Впервые собрание сказок Иосифа Каллиникова было издано в 1998 году. Позднее орловские сказки вошли в региональную программу изучения фольклора в школе, а также в учебный курс «Литература родного края». Уверены, что со многими сказочными героями и сказочными сюжетами вы встретитесь впервые. Книга поможет открыть мир русской народной сказки, лучше узнать историческое прошлое Орловского края.
![Гора самоцветов](/storage/book-covers/42/429ae8611c603bba0a2481366885cd759cc05a98.jpg)
В сборник вошли наиболее популярные сказки народов нашей страны в литературной обработке известного собирателя фольклора М. Булатова (1913—1963). Книга впервые увидела свет в 1953 году и с тех пор выдержала несколько изданий.
![Раджа, который каждый день давал себя жарить](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Снегурочка](/storage/book-covers/f2/f29676617db005cdb3049a11765495284cca2a53.jpg)
Издание представляет собой ярко иллюстрированную русскую народную сказку в обработке Л. Елисеевой для чтения родителями детям.В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.
![Баба-яга и Кощей Бессмертный](/storage/book-covers/43/43711ecc5510310a86090ee8934a5af11874ef79.jpg)
В сборник «Баба-яга и Кощей Бессмертный» вошли сказки о самых известных мифологических персонажах. Книга будет полезна при подготовке к изучению рус-ских народных сказок и их героев в начальной школе. Рисунки И. ЦыганковаДля младшего школьного возраста.
![Елена Премудрая](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Санкт-Петербург и русский двор, 1703–1761](/storage/book-covers/26/26d68dcf4e10022ec557fac1208d1adc3e7ccfe8.jpg)
Основание и социокультурное развитие Санкт-Петербурга отразило кардинальные черты истории России XVIII века. Петербург рассматривается автором как сознательная попытка создать полигон для социальных и культурных преобразований России. Новая резиденция двора функционировала как сцена, на которой нововведения опробовались на практике и демонстрировались. Книга представляет собой описание разных сторон имперской придворной культуры и ежедневной жизни в городе, который был призван стать не только столицей империи, но и «окном в Европу».
![Кумар долбящий и созависимость. Трезвение и литература](/storage/book-covers/91/91cbcee5f0be5e731a0c4c3a14b1eea8db62f063.jpg)
Литературу делят на хорошую и плохую, злободневную и нежизнеспособную. Марина Кудимова зашла с неожиданной, кому-то знакомой лишь по святоотеческим творениям стороны — опьянения и трезвения. Речь, разумеется, идет не об употреблении алкоголя, хотя и об этом тоже. Дионисийское начало как основу творчества с античных времен исследовали философы: Ф. Ницше, Вяч, Иванов, Н. Бердяев, Е. Трубецкой и др. О духовной трезвости написано гораздо меньше. Но, по слову преподобного Исихия Иерусалимского: «Трезвение есть твердое водружение помысла ума и стояние его у двери сердца».
![Судьба Нового человека.Репрезентация и реконструкция маскулинности в советской визуальной культуре, 1945–1965](/storage/book-covers/b1/b152e734ff996be5d7c727eccab419f6179f66d4.jpg)
В первые послевоенные годы на страницах многотиражных советскихизданий (от «Огонька» до альманахов изобразительного искусства)отчетливо проступил новый образ маскулинности, основанный наидеалах солдата и отца (фигуры, почти не встречавшейся в визуальнойкультуре СССР 1930‐х). Решающим фактором в формировании такогообраза стал катастрофический опыт Второй мировой войны. Гибель,физические и психологические травмы миллионов мужчин, их нехваткав послевоенное время хоть и затушевывались в соцреалистическойкультуре, были слишком велики и наглядны, чтобы их могла полностьюигнорировать официальная пропаганда.
![Музей. Архитектурная история](/storage/book-covers/4e/4e9d5d5127613494e0e0d6f805c3a7888f9e3192.jpg)
Культуролог и музеолог Ксения Сурикова исследует феномен музея сквозь призму архитектуры и предлагает рассмотреть его в широком контексте культурных трансформаций, влиявших на роли и функции музея в обществе. Последовательно рассматривая особенности бытования музея в различные исторические периоды, автор показывает, как в зависимости от стратегий отношения к прошлому менялось восприятие музейного предмета и музейной функции, а следовательно, и выстраивалась или разрушалась типология музейного здания. Книга адресована архитекторам, художникам, культурологам, музеологам, а также представителям городских администраций и различных гражданских сообществ. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
![Феномен тахарруш как коллективное сексуальное насилие](/storage/book-covers/1a/1a5d6920f8dc66b1e51fa90cb13f54680ac72f29.jpg)
В статье анализируется феномен коллективного сексуального насилия, ярко проявившийся за последние несколько лет в Германии в связи наплывом беженцев и мигрантов. В поисках объяснения этого феномена как экспорта гендеризованных форм насилия автор исследует его истоки в форме вторичного анализа данных мониторинга, отслеживая эскалацию и разрывы в практике применения сексуализированного насилия, сопряженного с политической борьбой во время двух египетских революций. Интерсекциональность гендера, этничности, социальных проблем и кризиса власти, рассмотренные в ряде исследований в режиме мониторинга, свидетельствуют о привнесении политических значений в сексуализированное насилие или об инструментализации сексуального насилия политическими силами в борьбе за власть.
![Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают](/storage/book-covers/3b/3b0cd9f9219015858cf4b5f205856127936b34ce.jpg)
«Лишний человек», «луч света в темном царстве», «среда заела», «декабристы разбудили Герцена»… Унылые литературные штампы. Многие из нас оставили знакомство с русской классикой в школьных годах – натянутое, неприятное и прохладное знакомство. Взрослые возвращаются к произведениям школьной программы лишь через много лет. И удивляются, и радуются, и влюбляются в то, что когда-то казалось невыносимой, неимоверной ерундой.Перед вами – история человека, который намного счастливее нас. Американка Элиф Батуман не ходила в русскую школу – она сама взялась за нашу классику и постепенно поняла, что обрела смысл жизни.