Упрямый горизонт - [6]
— Это бы ничего, — улыбнулся Календарь, — И все листочки целы?
— Все до одного! Если время стоит — куда им деваться?
Календарь сел, аккуратно подобрав листочки.
— Я бы тогда в библиотеку поступил, там с книгами хорошо обращаются. Взял, почитал, поставил на место… Вот жизнь!
— Выдана книга тридцать второго октября…
— В восьмой день недели…
— В двадцать пять ноль-ноль…
— Вернуть книгу тридцать второго октября…
— В восьмой день недели…
— В двадцать пять ноль-ноль…
— Постойте-постойте, — забеспокоился Календарь. — Это как же? Одну книгу читать целый год?
— Ну и год. Время-то стоит, куда торопиться?
Это сказал Двадцать Пятый Час. А Восьмой День
Недели добавил:
— Да и читать никто не будет. Время стоит — значит, всё стоит, разве не понимаешь?
Календарь встал и расправил свои листочки.
— Заморочили вы мне голову. Недаром вас никуда не берут. С вами бы у нас жизнь совсем остановилась.
И зашагал Календарь дальше. Теперь уже бодрей зашагал.
Пусть листочки опадают. Пока они опадают, мы движемся: из сегодня в завтра, из завтра — в послезавтра… Мы движемся, а значит — живём!
Книги на полке
Не тесно ли книгам стоять на полке?
Наверное, тесно.
А как сделать, чтобы им не было тесно?
Попробуем взять одну книгу и почитать.
Вот книга обрадуется!
— Уф, — скажет книга, — застоялась я в шкафу, нора поразмять страницы.
И мы поможем ей поразмять страницы. Не мять, а только слегка поразмять, перелистывая их по ходу чтения.
И пока мы будем эту книгу читать, тем, другим книгам уже не будет тесно на полке.
Но конечно, когда мы книгу прочтём, придётся её опять поставить на полку — не валяться же ей посреди комнаты.
— Устала я страницами шелестеть, — скажет книга, захлопнув обложку. — Да и соскучилась по своим.
И мы поставим её на полку, в прежнюю тесноту.
Да, когда мы поставим её, книгам на полке опять станет тесно.
А как сделать, чтобы им не было тесно?
Совершенно верно: взять ещё одну книгу и почитать.
А потом взять ещё одну книгу и почитать.
Если всё время книги читать, им никогда не будет на полке тесно.
Случай на странице, где живут царь с царицей
В некоторой книге, где растут на дереве фиги, посреди страницы, которой правят царь и царица, жили-были у этих царя с царицей три сына. Первый был семи пядей во лбу… Ты знаешь, что такое семи пядей во лбу? Это значит, что он был очень умный. Второй сын был ещё умней — восьми пядей, а третий поглупей — шести, а то и четырёх пядей… Так можно было бы сказать, но так говорить нельзя. Так говорить неправильно.
И были эти три сына похожи как две капли воды… Обидно, конечно: три сына, а похожи как две капли воды. Куда, спрашивается, девалась ещё одна
капля? Оказывается, можно быть похожими лишь как две капли воды. Ни каплей больше или меньше.
Когда родился первый сын, царь с царицей были на седьмом небе. То есть они очень радовались.
И когда родился второй сын, они были на седьмом небе. И когда родился третий — тоже на седьмом.
Ни на шестом, ни на восьмом небе им побывать так и не удалось, потому что так говорить нельзя. Так говорить неправильно.
Когда сыновья выросли, они выглядели на все сто… Это значит, что они очень хорошо выглядели. И придворные, увидев их, согнулись в три погибели (очень низко) и наговорили с три короба (очень много) комплиментов.
— Опять двадцать пять! — сказал царь, потому что опять всегда было двадцать пять, а не двадцать шесть и не двадцать четыре. — И когда я вас отучу от этого подхалимства?
А сыновья высказались более решительно:
— Всыпать им по десятое число и прогнать в пятнадцать шей на все двадцать четыре стороны.
И сразу все увидели, что сыновья выглядят не на все сто и что у них не по семи и даже не по четыре пяди во лбу, а что они довольно-таки средние сыновья, к тому же необразованные.
Потому что всыпать можно только по первое число, прогнать в три шеи и только на все четыре стороны. К тому же таких грубых выражений культурные люди не должны употреблять. Надо говорить и грамотно, и культурно.
Вот и вся сказка, рассказанная, правда, с пятого на десятое, то есть с большими пропусками. Потому что с десятого на двадцатое было бы слишком коротко, а со второго на пятое — слишком длинно.
Почему так говорят: «Руки не доходят»
И правда: почему руки не доходят?
Разве руки ходят?
Это ноги ходят.
Дело в том, что руки не доходят не в том смысле, в каком ноги не доходят. Они не доходят не в смысле ходьбы, а в том смысле, что не могут до чего-нибудь дотянуться. До какой-нибудь работы, до которой нужно непременно дотянуться, руки не дотягиваются, потому что у них много других неотложных дел.
Мы с тобой давно собираемся навести порядок на книжной полке, но руки у нас не доходят. Не дотягиваются.
До мяча — дотягиваются.
До велосипеда — дотягиваются.
А до книжной, полки — не дотягиваются.
Но мы говорим: «Руки не доходят».
Потому что мы привыкли так говорить.
И слова в этом выражении давным-давно привыкли друг к другу.
Да, слова тоже привыкают друг к другу. Когда их часто употребляют рядом, они до того привыкают друг к другу, что их уже трудно бывает разделить.
Некоторые из них вообще не могут отдельно существовать, а только в компании с единственным полюбившимся словом.
![Учёные сказки](/storage/book-covers/20/20b4401cf8746ca9ceb187eba28c5c1d6253b6d4.jpg)
Книга эта веселая — но не настолько, чтобы показаться легкомысленной; грустная — но не настолько, чтобы испортить читателю настроение; серьезная — но не настолько, чтобы занять место среди научных трудов.В наш век, когда наука проникает в область фантазии, что остается фантазии? Проникнуть в область науки.Сказки эти ученые в том смысле, что все они в какой-то степени связаны с наукой. Одни тесно связаны, другие — весьма отдаленно.Особое внимание, следует обратить на примечания, поскольку они разъясняют, уточняют и дополняют все, что, может показаться неясным, неточным и неполным.
![Прабабушка наша Вселенная](/storage/book-covers/15/1508849b0310cbeade071b3f95d4f43fddcd549b.jpg)
Что такое галактика?Почему солнце не тонет в море?Можно ли жить на солнце?Почему луна светит ночью?Куда днем деваются звезды? Сколько на небе звезд?В этой книжке найдутся ответы на эти и еще много других вопросов маленьких почемучек!
![Слабые мира сего](/storage/book-covers/e7/e723c21fd8d378b9a425aa50d58ea7f20e5a38e3.jpg)
Феликс Давидович Кривин не раз издавался в библиотеке «Крокодила». На страницах журнала регулярно печатаются его ироничные новеллы-притчи о представителях живой природы. В книжку «Слабые мира сего» включены «Записки юмориста из живого дома природы».
![Божественные истории](/storage/book-covers/71/716850ea064fa4f83e4e86b09757ca76621dda1b.jpg)
— А где еще одно твое ребро?Это были первые слова, с которыми на свет появилась Ева.— Дорогая, я тебе сейчас все объясню. У создателя не нашлось материала, и он создал тебя из моего ребра.Она стояла перед ним — божественное создание — и смотрела на него божественным взглядом.— Я так и знала, что ты тратишь свои ребра на женщин!Так началась на Земле семейная жизнь.
![Карманная школа](/storage/book-covers/5c/5cedf3ad5976a7f19db5c32cf072cebcfda836b8.jpg)
Вы покидаете школу. Вы покидаете многих друзей и среди них — своих верных товарищей: грамматику, математику, физику. Им очень жаль расставаться с вами, и на прощанье они хотят сказать вам несколько слов. Нет, нет, — совсем не о том, как спрягаются глаголы, как извлекается корень или в чем разница между постоянным и переменным током. В этой книжке Грамматика, Математика и Физика расскажут о жизни. Они поделятся с вами жизненным опытом, огромным жизненным опытом, потому что ведь грамматика, математика и физика — очень древние предметы, они многое знают, хотя не обо всем говорят.