Умеют ли парни любить? - [10]
И она заулыбалась.
– В Венецию собрались? – уточнил я.
– А ты? – удивленно спросила сестра. – Ты же так рвался осмотреть все эти соборы!
– Никуда они от меня не убегут… вернее, не уплывут! – пошутил я. – Лис, мои планы несколько изменились. Я хотел бы остаться на Лидо.
– Ты себя хорошо чувствуешь? – озаботилась она. – Эти мужчины! Тоже мне сильный пол! Не один, так второй! Голова разболелась? А то что-то вид у тебя… раскраснелся ты, Макс! И глаза блестят ненормально.
Алиса приблизилась и положила мне на лоб ладонь.
– Не горячий, – пробормотала она.
Я молчал, обдумывая, что сказать. Вообще по натуре я правдолюб и ложь не выношу в любом виде. Конечно, приходится иногда придумывать что-то для родителей, чтобы успокоить их бдительность. Я понимал, что Алиса несет за меня ответственность перед ними, хотя считал это не совсем правильным. Я – взрослый и могу сам за себя отвечать.
– Лис, – начал я и отвел ее руку, – я здоров! Не волнуйся! Просто у меня тут дело на пару часов, и я сейчас не могу составить вам компанию.
– Дело? – изумилась она. – Да мы только вчера приехали! Какие могут быть дела?
– У меня назначена встреча с Соней, – признался я.
– С кем?! – все больше удивлялась сестра.
Я напомнил ей о девушке в Рептилариуме.
– Ты же сама советовала мне быть более настойчивым и не упускать момент, – сказал я. – Забыла? Вот я и не упускаю! Соня мне на самом деле понравилась. Почему бы и не пообщаться?
– Ну ты даешь! – заулыбалась Алиса. – Даже не знаю, что делать.
– А ничего! Вы поезжайте в город, погуляйте, и не надо обо мне тревожиться. Я прекрасно проведу время.
– Но как же… ты тут один… а мы уедем, – растерянно начала она.
– Алиса! Прекрати меня опекать! Я уже взрослый! – с улыбкой сказал я и поцеловал ее в щеку.
Игра света и тени
Дольче вита.docx
Я быстро нашел виллу. Это было двухэтажное здание, построенное в элегантном стиле Belle Epoque («прекрасная эпоха»). Вилла пряталась в пышном саду. У ворот я не сразу заметил будочку охраны, ее скрывал какой-то высокий кустарник, покрытый мелкими розоватыми цветочками. Я приблизился к кованым воротам, они оказались закрыты, и я остановился в растерянности. Тут появился охранник, низкорослый смуглый мужчина, и начал что-то быстро говорить на итальянском. Я зачем-то достал айфон Сони и показал ему. Охранник даже побагровел от непонятного возмущения.
– No… no! – говорил он и размахивал руками.
Слова полились без остановки. Поток его красноречия чуть не сбил меня с ног.
– Chiami, – припомнил я слово на итальянском и встрял в его речь.
Кажется, именно так звучит: «позовите».
– Chiami Софи! – четко проговорил я.
Охранник застыл на месте и наконец замолчал.
– Софи! – повторил я, глядя ему в глаза.
В этот момент из виллы вышла девушка и быстро двинулась к нам. Охранник повернулся к ней и замолчал. Я в недоумении смотрел на незнакомку. На ней был белый костюм, состоящий из узкой юбки и короткого жакета. Он показался мне слишком официальным. Девушка приблизилась. На мое счастье, она говорила по-английски. Оказалось, что это горничная и она пришла за мной. Когда все выяснилось, охранник расплылся в улыбке и начал кланяться мне чуть ли не до земли. Я чувствовал себя неловко. Отчего-то желание увидеть Соню было уже не таким сильным. Охрана, горничная, роскошная старинная вилла – меня это напрягало все больше, на миг показалось, что все происходящее не имеет никакого отношения к реальности, а я неведомым образом оказался в кадре фильма «La Dolce Vita», знаменитого шедевра Фредерико Феллини. Мелькнула мысль отдать айфон прислуге и подождать, когда она вынесет мой, а затем удалиться и забыть об этом эпизоде. К тому же меня покоробила такая встреча. Все-таки Соня могла бы и сама выйти к воротам, а не присылать девушку. Но я отогнал эти недостойные мысли и двинулся вслед за горничной. Она вошла в гостиную, но не задержалась, а двинулась вверх по лестнице с коваными перилами, вежливо пригласив идти за ней. Что мне оставалось делать?
Доведя меня до двери, горничная поклонилась и удалилась. Я пожал плечами, сказал себе, что на все нужно смотреть с чувством юмора, и постучал. Услышав голосок Сони, приглашающий меня войти, заулыбался. В конце концов, я ведь не на приеме особы королевской крови, так что напрягаться незачем. Я толкнул дверь и оказался в большой светлой комнате, похожей на кабинет. Соня стояла возле массивного письменного стола. На его краю возвышалась фарфоровая ваза, и ее молочная белизна оттеняла крупные английские розы бледно-желтого цвета. Рассеянный свет, смягченный воздушной занавеской, падал из высокого окна на стол, на темные волны волос Сони, на ее покатые плечи, обтянутые бледно-розовой тканью платья. Картина меня заворожила. Я видел словно прекрасное полотно какого-нибудь итальянского художника эпохи Возрождения. Мой взгляд скользнул на черную «стрелу» ручки, торчащей из подставки узорчатого малахита с золотой, чуть стертой окантовкой по ободку стаканчика, по раскрытой тетради. Неужели Соня пишет? Я не видел ноутбука. Неужели она пишет от руки? Это так несовременно! И неудобно!
Я подошел к столу. Соня смотрела на меня и молчала. Я мельком глянул в раскрытую тетрадь. Начатое четверостишие было наверху страницы.
Всем привет! Меня зовут Макс Ярский, и я вам расскажу, чего хотят парни на самом деле. Честно говоря, мы и сами не всегда знаем:) Кто-то думает, что мы помешаны на футболе и тачках, другие полагают, будто, кроме девчонок, нас ничего не интересует. Открою маленький секрет – ни те, ни другие не правы… В общем, дорогие девушки, если вас интересует, что сидит в наших головах, читайте мои дневники!
Вы наверняка думаете, будто нам нравятся только блондинки? Или, наоборот, брюнетки? А может, рыженькие? И уж конечно, мы не терпим полненьких? А еще в девушках обязательно должна быть загадка, ведь без нее неинтересно. Все это такие стереотипы, скажу я вам! Как, впрочем, и то, что лучше опаздывать на свидания, а не приходить вовремя, ярко краситься, чтобы быть заметной, всегда и во всем проявлять инициативу. Девчонки, забудьте о правилах! Парни любят исключения…
Приключенческая повесть албанского писателя о юных патриотах Албании, боровшихся за свободу своей страны против итало-немецких фашистов. Главными действующими лицами являются трое подростков. Они помогают своим старшим товарищам-подпольщикам, выполняя ответственные и порой рискованные поручения. Адресована повесть детям среднего школьного возраста.
Всё своё детство я завидовал людям, отправляющимся в путешествия. Я был ещё маленький и не знал, что самое интересное — возвращаться домой, всё узнавать и всё видеть как бы заново. Теперь я это знаю.Эта книжка написана в путешествиях. Она о людях, о птицах, о реках — дальних и близких, о том, что я нашёл в них своего, что мне было дорого всегда. Я хочу, чтобы вы познакомились с ними: и со старым донским бакенщиком Ерофеем Платоновичем, который всю жизнь прожил на посту № 1, первом от моря, да и вообще, наверно, самом первом, потому что охранял Ерофей Платонович самое главное — родную землю; и с сибирским мальчишкой (рассказ «Сосны шумят») — он отправился в лес, чтобы, как всегда, поискать брусники, а нашёл целый мир — рядом, возле своей деревни.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Нелегка жизнь путешественника, но зато как приятно лежать на спине, слышать торопливый говорок речных струй и сознавать, что ты сам себе хозяин. Прямо над тобой бездонное небо, такое просторное и чистое, что кажется, звенит оно, как звенит раковина, поднесенная к уху.Путешественники отличаются от прочих людей тем, что они открывают новые земли. Кроме того, они всегда голодны. Они много едят. Здесь уха пахнет дымом, а дым — ухой! Дырявая палатка с хвойным колючим полом — это твой дом. Так пусть же пойдет дождь, чтобы можно было залезть внутрь и, слушая, как барабанят по полотну капли, наслаждаться тем, что над головой есть крыша: это совсем не тот дождь, что развозит грязь на улицах.
Вильмос и Ильзе Корн – писатели Германской Демократической Республики, авторы многих книг для детей и юношества. Но самое значительное их произведение – роман «Мавр и лондонские грачи». В этом романе авторы живо и увлекательно рассказывают нам о гениальных мыслителях и революционерах – Карле Марксе и Фридрихе Энгельсе, об их великой дружбе, совместной работе и героической борьбе. Книга пользуется большой популярностью у читателей Германской Демократической Республики. Она выдержала несколько изданий и удостоена премии, как одно из лучших художественных произведений для юношества.