Убить королеву - [18]
— Катерина и Йори вчера прибыли из Корнуолла, — объясняет Кейтсби. — И сообщили, что Ричард убит, а Мендоса в плену.
— Мендоса? — переспрашиваю я.
— Это его настоящее имя, Антонио Мендоса. Райол — кличка, — поясняет Кейтсби. — Катерина считает, что его привезли в Лондон, и мне тоже так кажется. Мы должны выяснить, здесь ли он, в какой тюрьме и о чем он успел рассказать… если рассказал хоть что-то.
— Вы разве не собираетесь его вытащить? — спрашиваю я. — Вы же не бросите его в тюрьме?
— Слишком опасно, — отвечает Том Первый. — И он этого не ждет. Мы все приняли такое решение в самом начале.
— Роберт, с вашей стороны было очень рискованно принять ее, — говорит Том Второй. — Она может привести погоню прямо к вашим дверям. Ни верности, ни укрытия, помните?
— А что мне оставалось делать? — Кейтсби разводит руками. — Оставить ее на улице? С учетом того, что она знает? Это еще более безрассудно.
— Погони не было, — говорю я.
— Или вы о ней не знаете. — Том Второй снимает красивую, отороченную соболем куртку и продолжает чесаться. — Королевским шпионам платят за то, чтобы их не замечали.
— Ее искали по всему Ланхерну. — Йори впервые открывает рот. — Но я отпустил одну из лошадей, чтобы их обмануть. В сторону Плимута. Погоня пошла за ней. Лошадь боевая. Если даже ее каким-то чудом и поймали, то не сразу поняли, что Катерина не скакала на ней. А если не поймали, то вообще будут искать ее в другой части страны. Вряд ли они считают, что мы здесь.
Это их, кажется, устраивает. Во всяком случае, они не возражают.
— И что вы предлагаете с ними делать? — вопрошает Том Второй. — Они слишком невинны, чтобы стать гонцами, да и Лондона не знают. Чем они могут нам помочь?
Кейтсби кивает, как будто долго об этом думал.
— Отошлем девочку изучать город. В тавернах, трактирах, на рынках, в борделях. Ее никто не знает, и она выглядит безобидно. Она сольется с толпой. Она будет глазами и ушами, каких у нас еще не было.
— К чему мне прислушиваться? — спрашиваю я.
— К чему угодно. Ко всему. Ко всему, что касается королевы, ее двора, ее любовников и даже слуг. Я хочу знать все. — Он улыбается. Взгляд тяжелый, но добрый. — Вы справитесь, Катерина?
С одной стороны, я четырежды заблудилась лишь за одно утро, когда вышла из пансиона. С другой — я давно подслушивала сплетни слуг в Ланхерне, узнавая то, чего мне знать не следовало. И нашла письма, которых тоже не должна была находить.
Я киваю.
— А Йори… я не знаю твоей фамилии.
— Джеймсон.
— Йори — священник, хоть и недоучившийся. Он может благословить наше дело.
Это вызывает одобрительный гул. Заговорщики поворачиваются к Йори, как будто он уже рукоположен, крестятся, бормочут молитвы.
— Я… я не имею духовного сана. — Йори багровеет. У меня нет права…
— Сейчас сложные времена, — отвечает Кейтсби. — Все мы делаем, что можем. Рукоположение рукоположением, но готов ли ты, Йори, принять на себя эту ношу?
Йори склоняет голову, будто в самом деле дает обет:
— Да.
— Тогда решено.
Кейтсби — я начинаю понимать, что он успевает подумать обо всем — достает из-за пазухи небольшой мешочек с монетами и протягивает мне. Я прикидываю на вес — там около фунта, хватит оплатить крышу и стол еще на шесть недель.
— Я знаю, что вы пришли ко мне не за деньгами. Но ваш отец был бы рад, если бы вы ни в чем не нуждались.
— Спасибо.
Я убираю мешочек поглубже, пока Кейтсби не передумал на этот счет — и не только на этот — и не отобрал деньги.
— Не понимаю, почему вы решили за это взяться, — говорит мне Йори.
Мы вернулись в пансион. Парень стоит на столе и пытается приспособить простыню на потолочную балку, чтобы разделить комнату на две части. Он очень серьезно относится к своему новому положению и заявляет, что нам не подобает находиться в одном помещении, раз уж мы не женаты.
Я пытаюсь рассмотреть свое отражение в окне, потому что зеркала в комнате нет. У меня под ногами на тюфяке лежат ножницы, позаимствованные с кухни.
— Я тебе уже говорила. Мне нужно слушать сплетни, а сплетен в приличных местах не услышишь. Ты слышал Кейтсби. Он отправил меня в таверны и бордели. Я не могу идти туда в таком виде.
— Вы вообще не должны туда идти!
— И что мне делать?! Отказаться?! И где я тогда окажусь?! Кейтсби дал нам важное поручение, и я собираюсь его исполнить! Ты от своей задачи не открещиваешься, хотя вообще-то не имеешь права ее исполнять.
Йори заканчивает с крепежом простыни и слезает со стола.
— Кричать было не обязательно.
— Я собираюсь стать лучшей парой глаз, которая у них есть. Я не смогу этого сделать, если на меня будут пялиться или начнут выгонять. Девушек не пускают в такие места, ты же знаешь.
Я беру гребень и расчесываю волосы так и эдак, пытаясь понять, как будет лучше.
— Я уже одевалась мальчиком, когда бежала из Корнуолла. Тогда ты не возражал. Я просто пойду чуть дальше.
— Тогда это было неизбежно. А сейчас — нет. Если вы будете везде расхаживать в мужской одежде…
— Я не собираюсь нигде расхаживать. И вообще, ты слышал Кейтсби. Времена сложные, и все делают, что могут. — Я зачесываю несколько прядей на глаза, пытаясь сделать челку. Получается нехорошо, так что решаю уложить волосы на пробор. — Подойди сюда.
От автора Книга эта была для меня самой «тяжелой» из всего того, что мною написано до сих пор. Но сначала несколько строк о том, как у меня родился замысел написать ее. В 1978 году я приехал в Бейрут, куда был направлен на работу газетой «Известия» в качестве регионального собкора по Ближнему Востоку. В Ливане шла гражданская война, и уличные бои часто превращали жителей города в своеобразных пленников — неделями порой нельзя было выйти из дома. За короткое время убедившись, что библиотеки нашего посольства для утоления моего «книжного голода» явно недостаточно, я стал задумываться: а где бы мне достать почитать что- нибудь интересное? И в результате обнаружил, что в Бейруте доживает свои дни некогда богатая библиотека, созданная в 30-е годы русской послереволюционной эмиграцией. Вот в этой библиотеке я и вышел на события, о которых рассказываю в этой книге, о трагических событиях революционного движения конца прошлого — начала нынешнего века, на судьбу провокатора Евно Фишелевича Азефа, одного из создателей партии эсеров и руководителя ее террористической боевой организации (БО). Так у меня и возник замысел рассказать об Азефе по-своему, обобщив все, что мне довелось о нем узнать.
В центре романа Л.Строева - история "поющей сабли", откованной русскими оружейниками и обладающей необыкновенной прочностью. Качества этой сабли перешли к советской танковой броне, сокрушившей в годы Великой Отечественной войны броню фашистского вермахта. Первая книга молодого автора. Рассчитана на старших школьников.
Знаменитая писательница, автор детективов Агата Кристи переживает сложный период: она потеряла мать – близкого ей человека, а муж тем временем увлекся другой женщиной и хочет оставить семью. Новая книга не пишется, одолевают горькие мысли, и в этой ситуации видится только один выход. Миссис Кристи в отчаянии, ей кажется, что она теряет связь с окружающим миром. Ее не покидает ощущение надвигающейся опасности… Однажды писательница спускается в лондонскую подземку, и чья-то рука подталкивает ее к краю платформы.
«Мертвецам не дожить до рассвета» — не просто детектив или триллер, но и книга с философскими рассуждениями о путях и выборе человека в тяжёлых, чуждых его природе условиях. Увлекательный сюжет, в котором присутствуют мистика и оккультизм, переносит читателя в декабрь 1918 года, в самый разгар Пермской наступательной операции Колчака.
Повести и романы, включенные в данное издание, разноплановы. Из них читатель узнает о создании биологического оружия и покушении на главу государства, о таинственном преступлении в Российской империи и судьбе ветерана вьетнамской авантюры. Объединяет остросюжетные произведения советских и зарубежных авторов сборника идея разоблачения культа насилия в буржуазном обществе.
Лондон. Конец XIX века. Белла Уэверли, дочь спившегося аристократа, вынуждена работать служанкой за «ночлег и стол». Девушка выполняет всю черную работу по дому и отдыхает только на кухне — за несколько лет она достигла больших успехов в кулинарии. Однажды на Пикадилли прямо на глазах у Беллы омнибус сбивает молодую женщину. Умирая, несчастная вкладывает в руку девушки письмо. Не в силах сдержать любопытство, Белла распечатывает конверт и обнаруживает… приглашение на должность повара в кухню самой королевы Виктории.