Тебя здесь не ждут, сталкер! - [43]
Все-таки человек, добровольно ушедший в Зону Отчуждения, ушедший из-за корысти, чувствует себя виноватым, если не перед Богом, то перед людьми. Зачем полез куда не следует, спрашивается? Вот ужо будет тебе…
А вернувшийся – как бы виноват вдвойне. Пришел, денег хапнул… А мы тут за гроши пуп надрываем!
А еще Ночка не верила, что Бог принимает каждого, а значит, и истинной безоглядной веры в Бога в ней не было. Там, в чернобыльских небесах, она верила в Зону, вера эта была смутная, языческая, но Зона – она тут, рядом с тобой, она в тебе, как тут не верить? И еще – милосердие было не свойственно Зоне Отчуждения. И, продолжая в глубине души верить в Зону, поверить в милосердного православного Бога было трудно. А так хотелось!
Наконец она решилась. Зашла в сеть, вывела на экран карту города с расположением храмов и монастырей, ткнула курсором наугад, зажмурив глаза, – словно на судьбу гадала. И пока не доехала до «Каховской», все думала, что ничего особенного в посещении храма нет, люди же ходят. Но все равно было как-то не по себе, в Зону летать и то было привычнее. Может, потому, что в Зону она именно летала, а не добиралась на метро и потом долго шла пешком.
А когда вышла из метро и уже почти дошла до поворота на Керченскую, вспомнила, что забыла купить платок и что с непокрытой головой в храм ее не пустят. Пока искала платок, немного успокоилась и вышла на Перекопскую уже как полагается, в платке. Прохожие удивленно косились на хрупкую рыжую девушку с суровым лицом, на голове не то бандана, не то чалма, шаг широкий, не девичий, кулаки сжаты до белых костяшек. Будто бы и не в церковь собралась, а в прокуратуру по повестке.
Дойдя до высокого крыльца, удивившись шарахнувшимся от нее в стороны церковным нищим, она вздохнула и вошла.
И сразу пространство храма, сверкающее позолотой окладов, бирюзой и киноварью росписей, с множеством оправленных в это мишурное великолепие суровых охряных ликов, сомкнулось вокруг нее, отрезав от города. И от Зоны.
И клочок Чернобыля, вросший в Ночкину душу, забился, будто в агонии, но не умер, а наоборот, словно полыхнул вовне и разлетелся жгучими брызгами. Кто-то вскрикнул, кто-то бросился к выходу, кто-то подался к иконостасу, словно пытаясь укрыться. И древние лики, стряхнув позолоту окладов, гневно уставились на Ночку неистовыми глазами мучеников и воинов.
– Бог простит, но не забудет! – послышался тяжелый, нечеловеческий голос. Или показалось?
И длинно и гулко, словно бы сам собой ударил колокол на звоннице.
Пространство сжалось и разжалось, что твой гигантский кулак, и храм изверг Ночку из себя. Изблевал.
Ночка бежала по улице прочь, комкая ненужный платок в руках, потом остановилась, посмотрела на светлое здание с куполами, перевела взгляд на какие-то подсобки, сараюшки, гаражи – церковь ведь тоже организация, а значит, ей требуется и транспорт, и прочее хозяйство, и неожиданно для себя успокоилась.
Ну, не принял ее храм, отторгнул, как паршивую овцу. А может быть, она и не овца вовсе? И вообще когда-то в молодости знакомые парни употребляли слово «овца» исключительно в пренебрежительном смысле. Но ведь и Зона тоже… А с Москвой вот покамест неясно, не то принимает она ее, не то нет.
Ночка почувствовала отчуждение. Чувство было сладким и пронзительным. И на миг ей стало пусто, спокойно и легко. Одна так одна, ничего нового, в сущности, не происходит. А Бог, который не для всех, который не захотел ее принять, скорее всего очень слабый и капризный Бог. И это не ее Бог… Ночке внезапно захотелось заплакать.
– Эй! – Она почувствовала, что ее трогают за плечо. – Девушка, храм тебя не принял, да? Не принял, я же почувствовал, хотя стоял у дверей. Я всегда там стою.
Рядом с ней стоял один из церковных нищих, непривычно опрятный бомж, пахнущий тленом и ладаном, стоял и смотрел на нее светлыми доверчивыми глазами.
– Не отчаивайся, милая, – мягко продолжал бомж. – Бог – он не везде такой, как здесь. Понимаешь, какие прихожане, такой и Бог. Я вижу, ты в себе несешь беду, но дьявола в тебе нет, уж дьявола-то я бы сразу заметил. Я врага человеческого хорошо вижу, в ком он есть, а в ком его нет. Ты вот что, сходи в Сергиев Посад, там место древнее, намоленное, глядишь, и помогут чем… А мне, убогому, дай рублей сто-двести, пойду, согрешу, выпью, у храма выпивать нельзя, а вон в том скверике можно. Мы завсегда там выпиваем. Да и не такой уж и грех это, если за спасение чьей-то души выпить. А мы только за спасение и пьем, ну, еще когда за упокой… Ты не думай, у нас деньги есть, только те деньги, что у храма подают, на выпивку тратить нельзя, Бог обидится. А если прямо здесь подашь, за оградою, то можно.
И добавил, когда Ночка дала ему пару сотен и повернулась, чтобы уйти:
– Только ты пешком туда иди. Бог любит, когда к нему пешком приходят…
Юродивый, что с него взять!
Ночка. Сергиев Посад. Нет для тебя благодати, девочка!
До Сергиева Посада почти сто километров. Двое суток пешком по Москве и ближнему Подмосковью, и пройти их нелегко, если ты, конечно, не марафонец и не спецназовец на марше. Да и стоит ли слушать какого-то юродивого? Какое дело Всевышнему, каким транспортом ты до него добрался? На звездолете прилетел, на такси приехал или пешком притопал? Главное – с чем ты пришел, с верой или с сомнениями. С верой дело обстояло непонятно, а сомнения – сомнения, конечно, были. Немного поразмыслив, Ночка решила добираться до Сергиева Посада электричкой. А что, для нынешней России электричка – это почти что пешком.
Он зовет себя Лабух.Он был одним из сотен нищих и свободных музыкантов трущобного «нижнего» города, веками враждовавшего с богатым, спокойным городом «верхним».Но теперь он сумел сделать НЕВОЗМОЖНОЕ — сыграл музыку, которая освободила неупокоенных ПРИЗРАКОВ.Отныне, согласно странному старинному пророчеству, он должен принять жребий Избранного — лидера, которому предстоит навеки прекратить войну «верхнего» и «нижнего» городов и подарить их обитателям НОВОЕ, ИНОЕ будущее.
Для чего люди идут в Чернобыльскую Зону? За артефактами? Но артефакты за бесценок уходят торговцам. Чтобы разбогатеть? Вроде бы никто из сталкеров так и не разбогател. Но в Зоне можно прикрыть друга и покарать врага, в Зоне все всерьез — и жизнь и смерть — и переплетены они крепко-накрепко. Сталкеры свободны от остального мира, видимо, такой уж он, этот внешний мир, что в радиоактивных пустошах Чернобыля дышится легче, чем на его заплеванных ложью просторах. Там есть любовь, дружба, ненависть, страх, и, конечно, музыка.
О драматических последствиях разделения двух цивилизаций — роботов и людей.
Мы мирные люди, но если родина говорит: «Контакт!» - стреляем без промаха.
Стабильность каждого из множества параллельных миров необходимо сохранять.А о какой стабильности может идти речь, если какой-то провинциальный маг, неясным образом овладевший секретом таинственных чар Злого Неупокоенного Железа, принялся направо и налево вершить высшую справедливость, убивая богов?!Положим, боги в этом мире – не очень. Даже, скорее, «очень не». И избирают-то их при помощи всенародного голосования, и сами они сплошь и рядом являются бывшими бандитами, покинувшими земной мир насильственным способом…Но все равно – боги остаются богами.
Значит, так. В одном райском местечке, там, где, крокодилы и пальмы, пятизвездочные отели и красотки топлесс и, разумеется, море, изволили отдыхать Персона Особой Важности. И не просто персона, а не кто иной, как сам Владыка Орков, Великий Магарх, для домашних — Урукхай. Не совсем понятно, что, собственно, нашел в нашем суетном мире один из достойных жителей Средиземья, но ведь и нам свойственно время от времени менять родные березки на какие-нибудь араукарии, а милый сердцу портвейн 777 на настойку из тропических тараканов.
Космоопера. Человечество готовится к ужасной войне с превосходящими в технологиях инопланетянами. Ещё не зажили раны гражданской войны человеческих колоний за независимость от Земли, но объединённый Космофлот поднимает боевые знамёна. Пока фиане спасаются бегством от разумных хищников, пока цивилизация упрямых миносов гибнет в безнадёжной борьбе… Пока капитан космической полиции Редхат жаждет отомстить за предательство другу детства, ставшему самым дерзким командором космических пиратов… В центр переплетения различных интересов попадает молодой человек, который слышит песни инопланетянки по имени Аритайя. Завершённый черновик.
Вторая книга цикла «Рок». Цикл «Рок» относится к редкому сегодня жанру философской фантастики. В этом цикле присутствует не только захватывающий сюжет, но и глубокие размышления о судьбах человеческой цивилизации. Из межзвездной экспедиции возвращается капитан космического корабля. Как встретит его родная планета Ирия? Ведь на ней прошло пять тысяч лет, и многое могло измениться. Встреча прошлого и будущего не может не повлиять на весь дальнейший ход истории. Чтобы спасти мир от катастрофы, героям сначала придется задуматься над вечными вопросами, сделать свой нравственный выбор, а затем действовать…
В конце вхождения миров. Придёт пора и миру твоему. Восстать из пепла словно феникс. Из былого величия разных народов. Восстанет единый и сильный народ. Не удастся сломать его волю, не удастся уничтожить его. Единый народ представит свой выбор. И выбор его не будет один. Предстоит отстроить мир с нуля. Взойдут былые города, восстанет цивилизация со дна. Мир перестанет умирать. Цивилизация ОДНА. Копи энергию и мощь. В конце вхождения миров. Придёт и грянет словно гром на ясном небе. Великая битва ждет все миры. Кто выстоит, а кто умрет? Сие неизвестно даже нам. Могу лишь я вам всем сказать… Он близок к нам как никогда! Великий Оракул Матист III.
Планета Эдем – родина гуманоидных растений. За уникальный ресурс – эдемий, схлестнулись три фракции – земляне, симбионты и механоиды. Докажи, что Директорат не ошибся, отправив тебя в пекло, пройди кровавой дорогой от рядового пехотинца до командора армии землян. И пусть Эдем содрогнется, заслышав твою поступь.
По Библии, Мафусаил жил 969 лет. Он был первым и самым известным долгожителем. На протяжении истории человечество ищет способ продлить свой век, но пока все еще далеко от прорыва в этом направлении. Но представьте, что эликсир жизни доступен уже сейчас. Как изменится наше общество, если долголетие можно будет просто купить? Фантастическая антиутопия «Проклятие Мафусаила» предостерегает: вечная жизнь — это не дар богов, а дьявольское искушение. 18+.
Мир, в котором люди получили возможность расплачиваться днями и часами собственной жизни наравне с деньгами. Но когда жизнь стала объектом купли-продажи, появились воры, способные «тянуть» энергию у других и продавать ее. И полицейские-ищейки, способные обнаруживать тягунов. Вик (тягун) сталкивается с Басом, другом детства, ставшим ищейкой, Бас, Софья и ее любовник Залеский, разработчик конденсаторов энергии, — участники операции, цель: поимка Вика и использование его способностей для сбора максимума энергии и ее продажи.
Случилось страшное. То, что ужаснее самой мучительной смерти. Снайпер серьезно ранен, и у него есть всего лишь сутки для того, чтобы найти в Зоне редчайший артефакт, способный его излечить, – иначе через двадцать четыре часа он будет полностью парализован. А в это время в далекой Японии у русского ниндзя Виктора Савельева члены якудза похищают дочь. И для того чтобы вернуть ее, он должен доставить Снайпера в логово якудза – на верную смерть. Что ужаснее – погибнуть в Зоне обездвиженным или умереть под пытками в руках самых изощренных убийц планеты, ведущих свой род от средневековых кланов? Но на самом деле – какая разница? Главное – прожить оставшиеся часы так, чтобы не было стыдно перед самим собой и верным другом – ножом по имени «Бритва», который Снайпер уже давно и не случайно считает не просто оружием, а существом, живущим по своим собственным законам.
Можно ли противостоять Зоне?Не отдельным ее проявлениям, не только мутантам, не только странной, изменчивой погоде или будто сошедшим с ума аномалиям – но всей Зоне целиком?Можно. И это вам докажут два отчаянных сталкера Химик и Пригоршня, а также их нежданный напарник, бывалый наемник и авантюрист.Но как долго эти трое смогут противостоять самой Зоне?И почему Зона пытается уничтожить их?
Химик и Пригоршня, два легендарных сталкера, снова вместе!Начало их пути в Зоне, их знакомство и первое, самое странное приключение!Откуда взялись в Зоне лешие – группировка, владеющая необычным оружием и вещами? И почему они так рьяно защищают одну точку недалеко от АЭС – место, куда можно проникнуть лишь тайным путем, про который знает только один человек, ученый и скупщик артефактов?Известный репортер (которому вскоре предстоит получить прозвище Химик) прибывает в Зону, чтобы распутать этот клубок загадок.
Зона разделила его жизнь на две части. В первой он был военным, во второй выбрал стезю вольного бродяги, сталкера-одиночки с позывным Торпеда. На каждом шагу в Зоне сталкера подстерегает смерть, способная принимать любое обличие. Здесь легко можно угодить в ловушку аномалии, стать обедом мутанта или попасть в силки клана хантеров. Только опыт и везение помогают сталкеру вернуться домой с хабаром. Торпеде не занимать ни того, ни другого. Он получает предложение, от которого не сможет отказаться: найти и уничтожить легенду Зоны – неуязвимого Черного призрака. Но новое задание обернется для Торпеды игрой на выживание.