Тайна рукописного Корана - [6]
— Всегда со мной так, почтенные! Всю жизнь не везет… Или прихожу слишком рано, или уже поздно… Нет чтобы явиться вовремя…
— Время — лисица, будь, говорят, борзой.
— Все в руках аллаха. Его воля править жизнью каждого.
— Хвала аллаху.
— Али-Шейх ждал меня. Он должен был меня встретить. Вот я явился, а его уже нет. Жаль, очень жаль…
— У тебя что, дело к отцу? — спросил Мустафа, подсаживаясь поближе к приезжему.
— Да, было дело, и очень важное.
— Говори какое.
— Что толку. Вряд ли мне теперь кто поможет.
— Я старший сын Али-Шейха, мне отныне платить на земле все долги отца.
— Долга за ним никакого нет. Я привез ему газырь, которого не хватало на его бешмете…
— Ты Хасан сын Ибадага из Амузги? — встрепенулся Мустафа.
— Нет, Хасан убит в Большом ореховом лесу.
— Что?..
— Кто сказал, что он убит?..
— Ты о Хасане из Амузги?..
— Сам видел его мертвым?
Все всполошились и заговорили о Хасане из Амузги: те, кто знал его, и те, кто, может, только краем уха слыхал о нем.
У Саида Хелли-Пенжи сердце захолонуло. Если б не серп месяца, а солнце было на небе, не трудно бы заметить, как побледнело его лицо.
— Ты лжешь! Его уже не раз убивали, не раз, это правда. Но убить не удалось никому, ни губернатору, ни англичанам, ни имаму, ни шамхалу. Не поверим мы в его смерть, пока сами не увидим мертвым!..
— Я ценю вашу веру в него, и мне жаль вас. Вы все, наверное, знали его?
— Знали не все, и даже мало кто знал его, а вот слыхать слыхали о нем многое. Все горцы говорят, что человек он небывалой храбрости. На врагов такого страху нагонял…
— Да, брат мой был таким! Был, почтенные люди… Храбрость, что молния, живет мгновение…
— Так ты его брат?
— Да, двоюродный, — с легкостью солгал он.
— Отец говорил мне, что должен приехать Хасан из Амузги…
— Вот я и явился вместо него.
— Но мужество храбреца и не доят, и не седлают…
— Если селитра и сера будут согласны, они не оставят пули в ружье, — отпарировал Саид Хелли-Пенжи.
— Где газырь? Давай сюда и пошли в дом! — Мустафа перешагнул порог. Ночной гость последовал за ним протягивая газырь.
Мустафа приложил его к газырям отца и сказал:
— Теперь я слушаю тебя.
— В этот газырь заложена бумага. В ней, по-моему, все сказано, — проговорил Саид Хелли-Пенжи, которому ох как не терпелось узнать, что за тайна скрывается в тех словах.
Что делать — аллах не дал ему знаний, и не умеет он по мудреным закорючкам, называемым письменами, читать чужие мысли. Аллах знает, что делает. К его бы способностям да еще и умение читать и писать — несдобровать бы тогда горцам…
Мустафа достал записку и начал читать. На лицо легла тень недоумения и настороженности. Он вновь и вновь перечитал записку. Сомнения не было, речь шла о том самом коране с медной застежкой, что увез Абу-Супьян. В записке черным по белому было написано, что отцу его надлежит передать этот коран в руки гонца с газырем.
— О каком коране здесь речь? — на всякий случай уточнил Мустафа.
— Я ничего не знаю, мне не дано прочесть, что там написано. Если речь идет о коране, значит, есть такой коран.
— У нас в доме был коран с медной застежкой…
— С медной, а не золотой?
— С медной…
— Где же он, если был?
— До захода солнца я передал его в руки уважаемого Абу-Супьяна. Одному из любимых друзей моего отца.
— Это который же Абу-Супьян, не из Шам-Шахара ли?
— Да, он самый.
— Беда, брат мой, беда. Ты не имел права распоряжаться этим кораном! — не на шутку встревожился Саид Хелли-Пенжи.
С этими словами он вскочил в седло. Сейчас ему и вовсе не было дела до укоров почтенных агачаульцев.
— Надеюсь, следы коня Абу-Супьяна я найду на этой стороне? — и Саид показал на юг.
— Да, там…
— Прощайте! Мне надо спешить! — крикнул он и ветром унесся из аула. «Чем горячее огонь, тем дальше приходится засовывать руки в него», — с досадой подумал Саид Хелли-Пенжи.
Недовольно посмотрели ему вслед люди.
— Странный кунак, очень странный. У тебя он не вызвал недоверия, сын Али-Шейха?
— Удивительно, но и мне он показался каким-то странным, — ответил Мустафа. — Уж очень глаза у него бегали и все лицо выражало подозрительную тревогу.
— А что ему понадобилось от тебя? Если это не семейная тайна, может, расскажешь, в чем дело.
— Да нет тут никакой тайны. Ему тоже вдруг понадобился коран с медной застежкой.
— Вах, вах, не тот ли самый, что ты великодушно отдал Абу-Супьяну?
— Другого такого у нас нет и не было.
— Тут что-то не то… Боюсь, с этой книгой связана какая-то тайна.
— Не думаю. Если бы тут была какая-нибудь тайна, отец не скрыл бы ее от меня…
— Чует мое сердце, быть беде…
— Не надо гадать, почтенный. Да будет милостив аллах и избавит людей от бед и горя…
— Может, в этом коране тайна святости владельца его?
— Не знаю. Лучше бы я захоронил его вместе с отцом.
— А отец завещал тебе так поступить?
— Нет. Он же ничего не успел сказать.
— Да, тут все что-то странно… Сколько войн я пережил в нашем краю, но так тревожно на душе у меня никогда не было. Поверите ли, почтенные люди, словно бы мне подарили какую-то радость, а я вот ее теряю… Хочу уберечь, но не ведаю как!
— Старость это, почтенный, старость. Мозг твой серым стал, вот тебе и мерещится счастье. В молодости его не было, а на старости хоть бы и явилось, так на черта оно…
![Избранные произведения](/storage/book-covers/b0/b08dc1bb5cda6a6c280d3d5e6e88056b8f5c398a.jpg)
Во второй том избранных произведений А. Абу-Бакара вошли повести «Исповедь на рассвете», «Белый сайгак», «Солнце в «Гнезде Орла», «В ту ночь, готовясь умирать…», связанные единством замысла писателя, утверждающего высокие моральные ценности, преданность долгу, любовь к родной земле.
![Рассказы советских писателей](/storage/book-covers/68/686f57ac4488b1fa268516ee7930bf2a41411f32.jpg)
Существует ли такое самобытное художественное явление — рассказ 70-х годов? Есть ли в нем новое качество, отличающее его от предшественников, скажем, от отмеченного резким своеобразием рассказа 50-х годов? Не предваряя ответов на эти вопросы, — надеюсь, что в какой-то мере ответит на них настоящий сборник, — несколько слов об особенностях этого издания.Оно составлено из произведений, опубликованных, за малым исключением, в 70-е годы, и, таким образом, перед читателем — новые страницы нашей многонациональной новеллистики.В сборнике представлены все крупные братские литературы и литературы многих автономий — одним или несколькими рассказами.
![Опасная тропа](/storage/book-covers/31/31bc9997d22c061ec388bd7cdc6584106c495ecf.jpg)
Повести и рассказы известного дагестанского прозаика знакомят читателя с простыми советскими людьми, своим трудом обновляющими Страну гор, заботящимися об окружающей природе. В сборник включены повести «Два месяца до звонка» и «Опасная тропа». Основу книги составляет первая повесть, в которой автор поднимает волнующие его вопросы о гражданской активности советского человека, об ответственности личности перед обществом и решает их на образе главного героя, сельского учителя Мубарака. В этой повести, как и в других произведениях Ахмедхана Абу-Бакара, читатель отметит художественную оригинальность, поэтическое видение мира, добрый юмор, фантазию.
![Избранное. Том 1](/storage/book-covers/22/2236968f89737497bc23256c5f078608d514cc17.jpg)
В книгу одного из ведущих дагестанских прозаиков вошли известные широкому кругу читателей повести «Ожерелье для моей Серминаз», «Снежные люди», рассказы, миниатюры.Проза Ахмедхана Абу-Бакара (род. в 1931 г.), народного писателя Дагестана, лауреата премии имени Сулеймана Стальского, образная и выразительная по языку, посвящена индустриализации Дагестана, новому быту горцев, охране природы и другим насущным проблемам современности.Содержание:Кубачинские рассказы. Ожерелье для моей Серминаз.Снежные люди.
![Исповедь на рассвете](/storage/book-covers/aa/aae8b903abcbad1f5cfc83f66efd95012f7df99b.jpg)
В повести рассказывается о судьбе княжеского сына, который вначале боролся с зарождающейся советской властью, терпел поражения, приспосабливался, впоследствии изменил свои взгляды, в рядах Советской Армии принимал участие в сражениях с фашистами, но до конца жизни боялся разоблачения.Перевод с даргинского Вадима ЛукашевичаХудожник В.И.Суриков.
![Дети мира](/storage/book-covers/8d/8df9d0c4ff2735054c6dc0dfbdc43f9f72bac5d8.jpg)
Настоящее издание — третий выпуск «Детей мира».Тридцать пять рассказов писателей двадцати восьми стран найдешь ты в этой книге, тридцать пять расцвеченных самыми разными красками картинок из жизни детей нашей планеты.Для среднего школьного возраста.Сведения о территории и числе жителей приводятся по изданию: «АТЛАС МИРА», Главное Управление геодезии и картографии при Совете Министров СССР. Москва 1969.
![Blood diamond](/storage/book-covers/6b/6b523c890fae046f79ffff7a49266c47975bbdb4.jpg)
Арльберг-Восточный экспресс, начало апреля 1940 года. Один вечер. Одна случайная встреча в вагоне-ресторане, после которой изменились жизни троих людей. Каждого из них ждало прекрасное будущее, но… Не все так просто: у каждого есть свои тайны, а мир тем временем раскололся и неумолимо близился к катастрофе.
![Жил да был Иван могучий](/storage/book-covers/0e/0ec2b257ce175df2624d75a42e01307c4f34728c.jpg)
Эпическая сказка для детей и взрослых о ленивом богатыре Иване, который при приближении серьёзной опасности для отечества встаёт на его защиту. Различные препятствия и даже неудачи ожидают Ивана на этом пути, но при помощи родных и близких ему людей он находит благодатного старца и благодаря его молитве и благословению обретает в себе силы освободить родную землю.
![Волшебный маяк](/storage/book-covers/e7/e7316a238d304bde7154bf09830a476802f89a9a.jpg)
У нас большая семья. Я моя сестра и мой младший брат. Одни из немногих чьи семьи наполнены добротой взаимопониманием и развитием. Наш отец постоянно, что-то придумывает. Куда-то поехать. Куда-то пойти. В этот раз мы решили отправиться в аквапарк. Казалось бы такое банальное событие для литературы вряд ли достойно этих строчек. Но уверяю вас. Все получится по классическим канонам истории. Выбрали один путь, но получился совсем другой путь!…Так мы и узнали, место, которого давно нет на карте и на котором по-прежнему светит маяк.
![Один день лета. Сборник рассказов](/storage/book-covers/5b/5b000744055471ac972a350ede98ef836d29667c.jpg)
Эта книга о таких же солдатах и сержантах, как я, только воевавших гораздо раньше. Мой прадед был унтер-офицером, дедушки – старшина и сержант, отец – старший сержант, я – младший. Династия, каких много в России. Если кто-то увидит в этих историях что-то знакомое – не удивляйтесь. За каждой строчкой воспоминаний чей-то подвиг. Ежедневный, ежечасный, и если всерьез браться описывать его, то не хватит никаких книг. Поэтому эта книга не о войне, а о людях.
![Эффект бумеранга](/storage/book-covers/15/15e133b780ca91c0301c6892800f4063b31837fb.jpg)
Париж 60-х годов прошлого века… Город "Вечной любви", "Безумного, безумного мира", "Чёрного тюльпана". В Венсенском лесу, в обстановке строжайшей секретности, работает лаборатория над совершенствованием препарата против человечности – "IC". Получит ли опасный "эликсир" распространение на планете? НАТО отказывается участвовать в войне во Вьетнаме. Франция выходит из Альянса. Президент Шарль де Голль отправляет в США корабли, гружёные долларовыми банкнотами, в обмен на них возвращает золото во Францию. Книга 3 продолжает серию "Позывной "Ласточка" о жизни, любви, службе семейной пары советских разведчиков во Франции, в период 1963-1966 гг.