Стихийница - [38]
— А если его завалю я, тебе легче станет? — нервно прикрикнула на целительницу.
Надо успокоиться, потому что на меня уже начинаю коситься другие девушки. Я очень боюсь сцены, хотя выступала не один раз. И мне не привыкать читать перед публикой какие‑либо тексты ли петь песни, или танцевать. Но это же кронпринц! Кто знает, чего он ждет от посещения нашей Академии и выступления?
— Ты не завалишь. С твоим талантом, даже если текст забудешь, сможешь выкрутиться. — Арин взяла меня за руки и умоляюще посмотрела в глаза. — Нет ничего такого, чтобы было тебе не под силу. Это всего лишь концерт. Ты сможешь, потому, что по — другому не умеешь. Неужели нашлась такая сила, которая сможет тебя остановить. Я в это не верю. Мне нужно только убрать твою нервозность и все. Сможешь сконцентрироваться на выступлении и взять под контроль свои эмоции. — и повторила очень медленно и спокойно. — Я надеюсь на тебя. Все будет хорошо.
Опустив глаза, вздохнула. Не могу ей отказать, слишком поздно. Надо было не соглашаться еще на прошлой неделе. А теперь надо расхлебывать, хочу я этого или нет. Кивнула Арин и пошла к мастерицам, которые уже вытащили платье.
Посмотрев на предложенное, жалобно глянула на девушек. Они издеваются? Оно же из такой легкой ткани, что стоит только раз повернуться вокруг себя, как взметнется выше головы. Покачав головой, сразу выразила свое опасение:
— Девочки, я все понимаю. Но все‑таки это выступление перед кронпринцем, а не перед мужчинами в дешевой таверне. В каком свете мы выставим нашу Академию? Оно же почти прозрачное!
— Одевай без разговоров! Мы знаем, что делаем!
Еще раз жалобно взглянув на Арин, позволила стянуть с себя свое платье и покорно стояла, пока на меня одевали это подобие относительного приличия. Целительница все время мне ободрительно улыбалась, но мне как‑то это слабо помогало. Одна из мастериц принялась расплетать мне волосы, а вторая куда‑то ушла и вернулась с баночкой серебряной краски и кисточкой.
— Решила, что под платье и ее внешность только цвет серебра подходит.
Я терпеливо стояла с закрытыми глазами, мысленно готовя себя к самому худшему, потому, что вторая девушка принялась рисовать какие‑то рисунки на открытых участках кожи. Не обошла и мое лицо, хотя макияж не тронули, сославшись на то, что он очень удачен и выгодно подчеркивает цвет глаз. Когда мне расплели волосы, только обреченно вздохнула, потому что они и так от природы волнистые, а если расплести такие тугие косы, которые мне заплела Налия, то пряди точно будут торчать во все стороны. Прощайте все! Меня в таком виде даже на сцену не выпустят.
— Так, а теперь посмотри на себя в зеркало и похвали нашу работу! — потребовали от меня мастерицы.
Ох. Приготовившись к самому страшному зрелищу, которое нарисовала моя фантазия, я подняла глаза и задохнулась от изумления, не сразу сообразив, кто отражался передо мной в зеркале. Я стояла и во все глаза рассматривала своё изображение.
Платье меня просто сразило. Да, оно было из легкой ткани, но совершенно не прозрачное. При каждом моем движении ткань меняла оттенок. Приталенное, оно скрывало все недостатки моей фигуры (чего уж врать, она у меня не идеальна). Юбка свободно висела и понизу расходилась неровными клиньями. Верх без рукавов. Руки были полностью открыты, но с плеч свисали длинные обрезки ткани. Декольте не могло не радовать, оно было клиновидным, но при этом все было прилично и целомудренно.
Рисунок на коже надо описать отдельно. Все руки, ноги, зона декольте, шея и лицо были украшены различными тончайшими изображениями. Тут были символы всех факультетов: бабочка — для Воздуха, феникс — для Огня, рыбка — для Воды и цветок — для Земли. Да и не только это. Все магические создание, которые хоть как‑то могли ассоциироваться с Магией Стихий, тоже тут присутствовали. Они переплетаясь в причудливый узор и переходили друг в друга. На лбу красовался символ нашей Академии — молния с четырьмя ветками — чистейшая энергия. И вот от нее в две стороны, обрамляя мое лицо, расходился рисунок. И это все было нарисовано с таким талантом и изяществом, что просто захватывало дух.
Волосы, о которых так беспокоилась, в стороны не торчали. Они непослушно лежали на плечах, создавая впечатление, что я гуляла по лугу, и ветер играл с ними. Все так хорошо гармонировало с моими сине — голубыми глазами и волосами цвета горького шоколада, что вообразить что‑то более волшебное по своему облику представлялось проблематичным. И это сотворили со мной за не продолжительный промежуток времени. Просто уму непостижимо!
— Ты прекрасно выглядишь. Сейчас еще с тобой поработают земные целители и все. — Арин сияла от счастья, но на мой вопросительный взгляд ответила просто и лаконично: — немного связки подтянуть надо, чтобы голос звучал громче.
— ЧТО? Вот это я никак не потерплю. — все волшебное настроение от созерцания себя исчезло и сменилось гневом, который был вызван моим нежеланием подпускать к своему горлу целителей.
— Это же и так было предсказуемо. Надо, чтобы каждое слово было слышно четко и понятно.
— Нет, я лучше кричать буду, чем допущу без крайней надобности к себе целителей.
Я забыла все… По своей воле или чужой? Не знаю… не помню… Мне пришлось заново познавать окружающий мир. А как это сделать, даже не зная собственного имени? Правильно, найти друзей, которые будут помогать и обучать правилам жизни. Может быть, даже любовь найдет меня? Как знать… Только вот странный фиолетово-голубой кулон, который был на шее, когда меня выловили из озера, и серебристо-золотая татуировка на спине не дают покоя. Такое ощущение, что со мной кто-то разговаривает, предупреждает и оберегает. А еще откуда-то странная магия, которая пугает.
Путь в ад услан благими намерениями. Меня зовут Джемма Блекберн и я Воин. Новость о том, что я не человек, была лишь началом моих проблем. Моя лучшая подруга Тейлор по-прежнему числится пропавшей, впрочем, как и Бессмертный Амулет, и моя задача вернуть их обоих обратно. Я не знаю, кому я могу доверять, и не уверена, смогу ли выбраться из этой передряги, но я намерена это выяснить или умереть, пытаясь. В придачу ко всему, в городе объявляются новые враги и преподносят очередной сюрприз — древнее пророчество, которое сотрет границы между добром и злом.
Спустя месяц город снова ожил и начал жить новой жизнью. Лорен исчезла, и все теперь перестало иметь для Велимонта смысл. Он стал королем, снова победил Арта, и весь мир теперь знает о существовании сверхъестественных существ. Казалось бы, что еще могло пойти не так? Люди видят в них угрозу, но, даже несмотря на это, новый Орден без конца пытается доказать всем, что они никому не желают зла. Но то, что они не желают никому зла, еще не значит, что они не причинят его. Ко всему прочему, со временем все в Ордене начинают понимать, что проблема не только в людях, и новая, куда более серьезная опасность может исходить как от древних источников, так и от них самих… Что, если главный их враг теперь — это они сами?
Первая любовь, самая крепкая дружба, приключения — всё это происходит, пока ты учишься. Но для меня это совсем иное: никаких отношений, никакой любви, никаких приключений, только одна сплошная учеба и насмешки со стороны своих сверстников, из-за того, что я не королевских кровей… Но я всё вытерплю, потому что осталось всего каких-то пять месяцев и настанет долгожданная свобода… если, конечно, не помру из-за своего дара…
Умирает гуляка император-человек Арес Бетельгейзе, не оставив наследника. Собирается совет, на котором принимают решение назначить новым правителем Велиала (высшего демона, друга Ареса). Люди поначалу одобряют данное решение, но затем Велиал проявляет себя. Он издает закон «Горгон», который принижает людей и делает их практически рабами. Вторая ветвь семьи Бетельгейзе собирает людей в группы, образуются скрытые поселения. Мятежники ведут воину с новым императором. В семье Бетельгейзе рождается девочка, которую называют Обероной и дальше история будет о ней…
Мой мир весь пронизан магией. Ее частичка есть в каждом уголке, в каждом цветке, в каждом порыве ветра. Но лишь немногие способны воспользоваться ее силой, чтобы творить колдовство. Простые люди их уважают и боятся, но и у магов есть свои страхи: порождения тьмы, междоусобицы и ОНИ… Если мана едина для всех, откуда берутся эти ОСОБЕННЫЕ??? Два друга, два названных брата, а против них этот мир, в котором они могут положиться лишь друг на друга. Смогут ли они преодолеть все тяготы и найти ответы на вопросы, что терзают их сердца?
История элиэтра — Элхорэна, его знакомство с соот-сэйор Этайни (или нимфами). Поиски Элхорэна его жизненного пути.
Незадолго до начала летнего семестра, в апреле 1883-го года, в Итоне — почтенной и прославленной английской школе для мальчиков — произошло совсем незначительное событие. После трехмесячного отсутствия, вызванного переломом бедра, вернулся, дабы продолжить свое обучение, шестнадцатилетний Арчер Фэрфакс. Почти каждое слово в предыдущем предложении — ложь. Арчер Фэрфакс ничего себе не ломал. Его нога прежде не ступала в Итон. Его звали не Арчер Фэрфакс. И на самом деле он был даже не «он». Это история о девушке, которая обманула тысячи мальчиков.
Проведя лето вдали друг от друга, Тит и Иоланта (по-прежнему как Арчер Фэрфакс) спешат вернуться в Итон и возобновить подготовку к битве с Лиходеем. Иоланта, больше не связанная клятвой на крови, как никогда решительно настроена исполнить своё предначертание – особенно потому, что кольцо шпионов Атлантиды сжимается всё туже. Однако вскоре после возвращения в школу Тита ждёт поразительное открытие. Под сомнением окажется всё, что касается их миссии. Ошеломлённая узнанным, Иоланта вынуждена смириться с новой ролью, а Тит – решить, следовать ли, как прежде, предсказаниям матери или проложить иной путь в неведомое будущее.
Все началось с испорченного эликсира и молнии. Иоланта Сибурн – величайший стихийный маг своего поколения. Если верить тому, что ей сказали. Та, которой древнее пророчество предрекло стать спасительницей волшебного мира. Чей долг и судьба сразиться с Лиходеем, самым могущественным тираном и магом, какого только видывал свет, и победить его. Самоубийственная задача для любого, не говоря уже о необученной шестнадцатилетней девушке, что вовсе не рада подобной участи. Принц Тит твердо намерен отомстить за свой род.