Спасаясь от войны, или Закрытые небеса - [7]
Что-то спать потянуло. Пожалуй, распиннаю Бравера. Пусть он теперь меня сторожит…
Ну вот, как всегда четыре дня. Все довольны и счастливы. Это чертово поле все-таки заминировали, следы затерли, как будто ничего и не было никогда, а пристреливать никого не пришлось. Была тут по пути кучка вояк, но они так сладко спали, что жалко было будить:) В общем, все в ажуре. Впереди неделя халявного отпуска, и мы идем домой. Правда каким-то странным путем. Не сказать, что здесь короче или идти легче и безопасней, но мы идем этим путем. Зачем? Спрошу, когда остановимся передохнуть…
Какое небо серое, а ведь сейчас день, лето…
Ну, все правильно, я уже слышу грохот. Гром. А вот и дождь. Пайк махнула рукой и сказала что-то. Недалеко отсюда в мокрых каменных руинах деревни горел костер, вокруг которого двигалась и вздрагивала серая масса людей. Я глянул в бинокль. Старики, женщины, дети. Солдат нет.
Пошли, говорит Пайк. Ну, пошли. Я не против.
Мы медленно спустились со своего холма и почапали к ним. Я уже весь промок под этим ледяным ливнем и начал дрожать от холода, а потому смотрел на горящий костер, как голодный волк — на кусок мяса. Народ вокруг костра засуетился. Кто в спешке прятал пожитки и детей, кто в срочном порядке искал чего-нибудь, что может сгодиться как оружие. Интересно, что у них есть, кроме палки-копалки? О, вижу, ножик. Браво!
Не обращая на народ особого внимания, мы приблизились, тихо-мирно растолкали кое-кого в разные стороны и уселись греться у костра. Над головой была крыша, странным образом уцелевшая, когда вокруг такие руины. Тепло, сухо и мухи не кусают.
Я с наслаждением стянул с себя мокрую холодную одежду и повесил ее сушиться. Проныра, Бравер и Пайк сделали тоже самое. Кстати, Пайк было, похоже, абсолютно пофиг, смотрят на нее или нет. Да было бы на что смотреть. Сухое, жилистое тело с мускулами-жгутами… жира нет совсем, ребра видны… по грязной коже шрам на шраме… пули, ножи, осколки… ожоги… Я отвернулся, глянул на Бравера, который уже вовсю базарил с перепуганными до смерти людьми, объясняя, что мы очень хорошие, и голодные. Намек был понят. Через пять минут мы уже за обе щеки уминали разогретые консервы и сидели, накрывшись теплыми одеялами.
Напряжение спало, но этим бродягам я все равно не доверял и держал ухо востро. Мне было бы достаточно доли секунды, чтобы схватиться за пистолет и перестрелять их всех к чертовой бабушке. Они это понимали и сидели тихо.
Поев и согревшись, я подобрел и даже подозвал к себе старика (того самого, с ножиком), перемолвиться парой слов. Старый пень оказался не очень-то разговорчив. Однако удалось узнать, куда эта орава направляется. Убежище они ищут, понимаш. То самое, легендарное, которое для них вроде Земли Обетованной.
А вы не знаете, где оно, спросил какой-то пацаненок лет шести.
Ответила Пайк, которая мрачно молчала все это время. Она сказала, что про Убежище не знает, но сейчас мы идем к Храму, где расположился Красный Крест (ну вот я и узнал, куда мы идем). Там говорит, нейтральная территория, где вполне можно поселиться. Потом она замолчала, глянула на удивленного пацаненка и сказала, что-то насчет того, что мы можем проводить бродяг туда, конечно, при условии, что они будут обеспечивать нас жратвой все время пути. Бравер и старый пень пробурчали что-то злобное, но возникать никто не стал. Проныра же такому повороту событий был даже рад и тут же выудил из чьего-то мешка фляжку (со спиртным, наверняка) и старый сникерс (давно, видно, присматривался). Я тоже не упустил случая поживиться за чужой счет. Главное, вовремя остановиться, чтоб не откинуть коньки от обжорства…
С этим стадом мы тянулись до Храма два дня, хотя подгоняли их нещадно. Тот храбрый пацаненок держался рядом с нами и вовсю нас копировал, даже соорудил себе некое подобие снайперки из палки. От него я узнал, что раньше на них нападали «плохие люди», а сейчас нет, потому что они нас боятся. Я потрепал его по голове и улыбнулся. Он напомнил мне моего сына…
Недалеко от Храма нас встретил отряд клана «Крестоносцев», армии Красного Креста. Веселые компанейские ребята. Они нам были очень рады. Бродягам быстро разъяснили, что они могут остаться, если будут выращивать еду, помогать в госпитале или вступят в их армию, а на нас посмотрели с уважением, пожалев, что мы не «Крестоносцы». Народ был счастлив. Ребятня прыгала вокруг с радостными воплями, старый пень молча пожал мне руку и подарил свой ножик, который, честно говоря, нафиг мне был не нужен, но отказываться я не стал. В общем, нашли они свое Убежище, хоть и не то самое, которое искали. А мне радостно было на душе за них и за себя.
Кстати, остался вопрос, зачем мы идем к Храму. Мне надоело, что меня все тут держат за дурака… кто-то сдернул у меня с пояса фляжку с тем самым крепким пойлом, которое было почти у всех бродяг. Я хотел возмутиться, рот уже открыл, но это была Пайк… она вылакала всю мою фляжку не отрываясь, бросила ее на землю и быстрым шагом пошла вперед. Я хотел пойти за ней, но Проныра схватил меня за плечо; оставь ее.
Раньше я слышал о Храме, но считал его не менее легендарным, чем Убежище. Оказалось, он существует. Здесь, действительно, лечили всех без разбора, и вражда на самом деле здесь забывалась. Солдаты разных кланов спокойно стояли рядом, курили и разговаривали, точно старые друзья. Похоже, здесь они от войны отдыхали. Странно, у меня даже возникло желание не перестрелять их всех, а присоединиться к их мирной тусовке. Что я и сделал…
![Камень третий. Дымчатый обсидиан](/storage/book-covers/ea/ea1fcb45909008b7f6ae765a5f654adff34585af.jpg)
Поначалу Кангасска окружала только темнота. Воздух же был неподвижен. Но совсем скоро потянуло сквозняком и появился первый цвет. Светился сам обсидиан. Дымчатый, весь в туманно-белых прожилках, он был здесь всюду. И обсидиановые пещеры, вопреки названию, напоминали скорее величественные дома Странников — с высокими купольными потолками и причудливыми наплывами по стенам. Здесь было красиво… и отчего-то невероятно спокойно.
![Хроники Небесной Цитадели](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Университет магии назывался — ни больше, ни меньше — Небесной Цитаделью. Огромный замок не спеша летел по небу, окруженный витиеватыми облаками водяного пара. Вид до горизонта — из каждого окна, причем каждый день новый. Два миллиона студентов были настоящими кругосветными путешественниками и за время обучения (от 5 до 15 лет, в зависимости от кафедры) успевали облететь чуть ли не весь мир.
![Осколки чего-то красивого](/storage/book-covers/87/879e7f5c61ba01f29c5b3e311f3381e7789e0df8.jpg)
Это дневник сказочника. Бальгар — 18-летний парень, студент биофака, но у него есть особый талант — находить в событиях обычной жизни ключи к сказкам. Очень рекомендуется тем, кому мир кажется скучным и безнадежным. Окрыляет.Этот мир был околдован нефритовой осенью. Здесь затихали птицы перед последней прощальной песней, прежде чем улететь; а цветы здесь не вяли, а таяли, как туман. Листья же вяли… и пахли зеленым чаем… На траве лежал крылатый человек…
![Камень первый. Холодный обсидиан](/storage/book-covers/8b/8be3ae4c79a6f9cac5a39228a78043c9425398dd.jpg)
Ни ростом, ни, судя по взгляду, опытом, ученик миродержцев не отличался, НО: на груди у него на какой-то бестолковой веревочке болтался крупный харуспекс с ОТКРЫТОЙ лицензией. Есть о чем задуматься…
![Камень второй. Горящий обсидиан](/storage/book-covers/42/428c5f70bdddb9b577d5d414b54cd7f3a688c8ae.jpg)
В отличие от отца, Карина Каргилл очень уважала древние сказания и всегда обращалась к ним. Так вот, сразу в нескольких из них упоминалось это сияние, не угасающее ни днем, ни ночью. Там говорилось, что все харуспексы образовались из остывшего вулканического стекла: оно почернело, когда жар вулкана угас. Но были и такие, что сохранили в себе этот первозданный жар… Красный глаз, Горящий Обсидиан, Око войны — много имен давали одному и тому же явлению, но ни одно из них не было добрым, словно светящиеся изнутри камни прокляты.
![Школа мечтателей](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![На орбите](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Обвенчанный с пространством и временем](/storage/book-covers/72/72bad104223d7315c05a6b68125af66afa746f20.jpg)
Однажды бесследно исчез мистер Маннинг. Его интересами были пространство и время. Перед исчезновением у него было чувство, будто он находится под прессом, который готов выдавить его из мира и растворить в пространстве и времени.
![Ночь, когда он заплакал](/storage/book-covers/44/448ac26b0ced95d702486637b5682a5870fb550f.jpg)
В Галактическом Центре, где-то за пределами Земли, всерьез взялись за изучение человека. Вернее за его отношение к такому чувству, как любовь….
![Злой рок](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Галерея Миров](/storage/book-covers/3b/3b0c36ac68e9a7627ff2592935d005b697ea1bb7.jpg)
Аннотация:…книга — дверь в иной мир… и картины, и мечты, и музыка… тоже двери. И есть люди, кому дано их открывать… Или придумывать?.. Существует ли что-нибудь там, где нас нет? Есть ли мир, вспыхнувший в воображении художника, писателя, поэта… в общем, творца… есть ли?