Тут до Ирана дошел слух, что у Сиаваша остался сын. Кей-Кавус созвал своих витязей и сказал Гиву:
— Ты должен поехать и разыскать сына Сиаваша.
После долгих скитаний Гив рааыскад и Кей-Хосрова, и его мать, и коня Сиаваша. Когда Сиаваш умирал, он сказал на ухо своему коню, что у него будет сын: «Никому не давай стремени, кроме моего сына». Когда Кей-Хосров подошел к коню Сиаваша, тот сразу подставил ему стремя. Кей-Хосров, Фарангиз и Гив отправились обратно в Иран к Кей-Кавусу. Когда Афрасиаб об этом узнал, он послал в погоню за ними тысячу воинов.
Когда войско догнало Кей-Хосрова, он велел Фарангиз остаться на холме, а сам бросился на воинов Афрасиаба и так бился, что из убитых громоздил груды, груды складывал в ряды — никто не смог его победить. Он перебил всех и захватил в плен Пирани-Гиса. Пирани-Гиса он не стал убивать, приказал завязать ему руки на затылке, посадить на коня и отправить к Афрасиабу, мол, поезжай и расскажи о том, что произошло.
По дороге они подъехали к большой реке. Кей-Хосров сказал:
— Если будет на то божья воля, чтобы я был царем Ирана, то мы переправимся через реку и вода не причинит нам вреда.
Кей-Хосров поехал впереди, а за ним Гив и все остальные, они все благополучно переправились через реку. В целости и сохранности доехали они до иранской земли к царю Кей-Кавусу. Кей-Кавус, когда к нему привели Кей-Хосрова, сказал:
— Я уже стар, ты бери себе царский престол, он принадлежит тебе.
Так Кей-Хосров воссел на царский престол.