Сибирский рассказ. Выпуск V - [116]
— У-у, так наговорился, что язык заболел!
Больше к нему не подъезжал. А Первого мая выпало мне пасти. Гляжу — Муклай Сакаевич с отарой. Поздравил его с праздником.
— Тебя тоже с праздником! — тепло так ответил.
Посмотрел я на его собак. Правда, жирные, гладкие стали, шерсть на них лоснится.
— Как разжирели!
— А я что говорил? Они только сусликов едят. Каждая собака штук по десять емуранок в день съедает, однако. В месяц трое больше семисот уничтожат. А за лето? Посчитай. Знаешь, сколько хлеба мои собаки сберегут?
Только теперь я по-настоящему узнал Муклая Сакаевича. Такой же он, как все, как другие чабаны. И одевается аккуратно. И поговорить может.
Перевод с хакасского А. Китайника.
НАСТОЯЩИЙ ДРУГ
Никогда не уставал, как сегодня. Утром дождь полил, как на ведра. Мои валухи перепугались, мечутся туда-сюда. С ног сбился, чтобы не разбежалась отара. А щенок мой куда-то запропал. Он хорошо сгоняет овец, и без него я быстро выдохся.
К обеду небо прояснилось. Из-за тяжелых, насквозь промокших серых туч выглянуло солнце и сразу осветило умытые долины. Валухов и усталого коня я оставил там, где сходятся две узкие лощины, а сам сел на бугорочке. Так хорошо, что и все мое утомление враз сняло. Жаворонки снова начали распевать свои бесконечные песни. Солнце, словно спохватившись, прибавило жару…
Валухи легли. И тут как раз прибежал щенок. Мокрый весь. Я его отругал. Он, будто сознавая вину, отошел в сторонку, растянулся, язык высунул, дышит часто. Тоже, значит, устал, набегался. Ладно. Я поел, а ему со зла даже маленького кусочка хлеба не дал. Он, помахивая хвостом и облизываясь, подполз ко мне.
— Вот тебе! — показал я ему кулак. — Знай: глупых и ленивых собак безо всякого суда кончают. Веревку на шею — и шубу долой. Понял? Уходи!
Щенок улегся, положил морду на передние лапы, с меня глаз не спускает. Глаза у него грустные — вот-вот заплачет. Жалко, конечно, его, но злость у меня на него еще не прошла. Я снял брезентовый плащ, сложил его, сунул под голову и заснул сладким сном.
Слышу сквозь сон — собака лает. Громко так! Открыл глаза — мой щенок заливается. Гавкает, рычит. Что такое? Вскочил, озираюсь по сторонам — никого не видно. А щенок лаем заходится. Глянул, на кого он так злобно кидается… Хасханах! Толстая, длинная гадюка почти рядом с тем местом, где я лежал!..
Я крепко обнял своего настоящего друга, приласкал и долго просил его, чтобы он не обижался. Если бы не щенок, что со мной могло случиться — даже подумать страшно…
Перевод с хакасского А. Китайника.
КРУПА
Питронча старательно прикрыл сеном мешок с крупой, которую набрал из вороха привезенного накануне корма для больных баранов. Крупу он прихватил поздним вечером, когда отлучился из кошары старший чабан, так что никто не видел, как он наполнил мешок и положил его в сани. Выждал еще часа три или четыре и тронулся в путь.
Ночь выдалась темная. Небо плотно затянуло тучами, сквозь которые ни звезды не проглядывали, ни луна не пробивалась. Под копытами Сивого скрипел снег. Порывистый ветер обжигал лицо.
Когда Питронча спустился с горы, впереди засверкали, словно волчьи глаза, огни далекого аала. Конь сразу прибавил шагу. Большая часть дороги осталась позади. Вот и дымком пахнуло, донесся лай собак — деревня рядом. Питронча вытянул кнутом Сивого, чтобы побыстрее миновать длинную улицу. Конь припустил рысью, и сани на накатанной дороге стало мотать из стороны в сторону.
Внезапно позади послышался гул мотора. Питронча оглянулся и, похолодев, увидел легковушку директора совхоза. Примерно в десятке шагов машина сбавила ход. У Питрончи под шапкой зашевелились волосы. Учащенно забилось сердце. Сивый размеренно трусил, а легковушка двигалась следом.
«Попался!.. Попался!.. На кой черт я брал эту крупу? Днем бы, может, пронесло, а в эту пору обязательно остановит, а то и обыщет… Директор — человек строгий. Выгонит с работы — это уж точно. Может и под суд отдать… Надо же было на него нарваться!.. На что польстился? Зимовка идет хорошо. За шерсть хорошие деньги дадут. Из-за дерьма — какого-то мешка крупы — вое теперь полетит…»
Недобрые мысли, обгоняя одна другую, толклись в голове. Питронча и обернуться боялся, и коня понужнуть. А машина не отставала. Они уже поравнялись с вереницей одинаковых двухквартирных кирпичных домов, в одном из которых жил и Питронча.
Совсем струхнул чабан:
«Как только к воротам подъеду, — остановит и обыщет…»
Не успел подумать, как легковушка, гуднув, прибавила скорость и обошла его. Питронча едва не перекрестился от облегчения, вытер холодной рукавицей взмокший от страха лоб и хлестнул Сивого, хотя был уже у самых ворот. Конь резко рванул сани и вбежал во двор. Руки у Питрончи еще дрожали, когда он возле стайки распрягал Сивого. Возбужденный, часто дыша, вошел в дом.
Жена в зеленом полосатом халатике выглянула из спальни, вопросительно уставилась на него.
— Крупу привез…
Понемногу успокаиваясь, он неторопливо снял тулуп, повесил на гвоздь, стянул валенки и начал рассказывать о директорской машине, о том, какого страха натерпелся.
— Какую крупу? — зевнула жена.
Она не очень внимательно слушала его спросонья, но какие-то слова уловила.
Доминанта творчества известного хантыйского писателя Еремея Айпина — страстная и неослабевающая любовь к малой родине его, Югре, о которой многие знают лишь как о средоточии тюменских нефтегазопромыслов, и стремление художественными средствами, через систему достоверных и убедительных образов поведать о мировоззрении, мировосприятии, мироощущении, счастье и горе, радостях и бедах небольшого северного народа ханты.
Роман повествует о малоизвестном трагическом событии подавлении Казымского восстания, произошедшем через семнадцать лет после установления Советской власти (1933–1934 гг.), когда остяки восстали против произвола красных.
Историко-героическая повесть об якутском борце за справедливость середины XIX века.
Историко-революционный роман об установлении Советской власти в Якутии. Описывается борьба против отряда генерала Пепеляева в 1922-23 гг.
Председателя одного из райсоветов Якутии Кирика Тоскина отстраняют от должности. Еще раньше от него ушла жена. Приехавший в райцентр его бывший друг случайно встречается с ним. Тоскин с озлоблением рассказывает ему историю своего снятия с должности, в действительности - историю своего морального падения.
rusahС.Виленский[email protected] ver. 10.20c2007-09-051.0Данилов С.П.Избранное. В 2-х т. Т.2. Красавица АмгаСовременникМосква1988Данилов С.П. Избранное. В 2-х т. Т.2. Красавица Амга: Роман. Рассказы. М., Современник, 1988. С.410-415.ЛиственницаВ сороковом году мы все трое получили в Якутске дипломы, и нас направили на работу в родной район. Вася Ермолаев стал работать зоотехником, Боря Слепцов стал заведующим сберкассой. Я окончил педагогическое училище, но меня, к моему удивлению, назначили инспектором роно.
В книгу известного ленинградского писателя Александра Розена вошли произведения о мире и войне, о событиях, свидетелем и участником которых был автор.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
В сборник вошли рассказы о встречах с людьми искусства, литературы — А. В. Луначарским, Вс. Вишневским, К. С. Станиславским, К. Г. Паустовским, Ле Корбюзье и другими. В рассказах с постскриптумами автор вспоминает самые разные жизненные истории. В одном из них мы знакомимся с приехавшим в послереволюционный Киев деловым американцем, в другом после двадцатилетней разлуки вместе с автором встречаемся с одним из героев его известной повести «В окопах Сталинграда». С доверительной, иногда проникнутой мягким юмором интонацией автор пишет о действительно живших и живущих людях, знаменитых и не знаменитых, и о себе.
В сборник включены рассказы сибирских писателей В. Астафьева, В. Афонина, В. Мазаева. В. Распутина, В. Сукачева, Л. Треера, В. Хайрюзова, А. Якубовского, а также молодых авторов о людях, живущих и работающих в Сибири, о ее природе. Различны профессии и общественное положение героев этих рассказов, их нравственно-этические установки, но все они привносят свои черточки в коллективный портрет нашего современника, человека деятельного, социально активного.
Во второй том вошли рассказы и повести о скромных и мужественных людях, неразрывно связавших свою жизнь с морем.
В третий том вошли произведения, написанные в 1927–1936 гг.: «Живая вода», «Старый полоз», «Верховод», «Гриф и Граф», «Мелкий собственник», «Сливы, вишни, черешни» и др.Художник П. Пинкисевич.http://ruslit.traumlibrary.net.
В сборнике наряду с известными писателями В. Астафьевым, Г. Марковым, Г. Немченко, В. Распутиным и другими представлены молодые авторы О. Корабельников, В. Кузнецов, М. Щукин, Л. Штуден. Рассказы посвящены людям сегодняшней Сибири.
В сборник включены рассказы сибирских писателей В. Астафьева, В. Афонина, В. Мазаева, В. Распутина, В. Сукачева, Л. Треера, В. Хайрюзова, А. Якубовского, а также молодых авторов о людях, живущих и работающих в Сибири, о ее природе. Различны профессии и общественное положение героев этих рассказов, их нравственно-этические установки, но все они привносят свои черточки в коллективный портрет нашего современника, человека деятельного, социально активного.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.