Шпионские игры царя Бориса - [5]
В общем, почти каждая страна зарилась на чужое добро и искала, где что плохо лежит.
За всей этой происходившей в Восточной и Северной Европе суматохой внимательно наблюдали из Москвы. Венчавшийся 1 сентября 1598 года на царство энергичный и упорный Борис Годунов активизировал деятельность российской разведки в Прибалтике. Как раз в тот момент, когда врач из Риги и принц-изгнанник приступили к научному опыту, к городу с обозом первосортного российского льна подъезжал русский купец и талантливый лазутчик Тимофей Выходец…
Глава 2. Внештатный шпион
Возы с мешками льна и бочонками с воском медленно тянулись по грунтовой дороге, расположенной рядом с полноводной рекой Даугавой. Тимофей Выходец понял, что Рига уже недалеко, когда увидел у самой воды здание старого блокгауза.
— Эй, шевелись! — весело крикнул купец приказчикам и возчикам. — Если поторопимся, то засветло доберемся до города.
Мужики тут же стали подстегивать лошадей: всем хотелось ночевать в Риге в тепле и уюте, предварительно хорошо отужинав. Десяток телег с товарами Тимофея Выходца заметно прибавили в скорости.
Тимофей не первый раз ехал в Ригу и знал, что встретившийся на пути его обоза блокгауз построил еще покойный польский король Стефан Баторий. Когда все Задвинское герцогство присягнуло на верность Речи Посполитой, только Рига отказалась признать Батория своим монархом и объявила себя вольным городом. Мудрый король не стал вести свои полки на штурм хорошо укрепленного города. Вместо этого он повелел построить неподалеку блокгауз и не пускать в Ригу ни одну ладью с товарами. Транзитной торговле пришел конец, и рижане-лютеране, опасаясь нищеты, признали католика-венгра, ставшего королем Польши, своим повелителем.
Король тут же проявил свою власть. Ввел новый налог — порторий. Теперь за каждый груз, который приплывал в Рижский порт или уплывал из Риги, требовалось платить звонкую монету в королевскую казну. Напрасно магистрат просил короля взять не для государственной казны, а лично для себя десятки тысяч талеров (несколько тонн серебра) и отменить налог. Его Величество взятку не принял.
Король Стефан велел вернуть католикам несколько церквей и пустить в Ригу иезуитов. Угнетаемые местными немцами, не имевшие в Риге прав бюргеров рижские латыши тут же стали переходить в католичество, надеясь, что монарх защитит своих единоверцев от произвола рижских протестантов-немцев. Однако королю оказалась безразлична судьба горожан-латышей. А вот сами иезуиты получили от него немало льгот.
Пока Тимофей Выходец ехал с обозом к городу, он не раз натыкался на владения иезуитов. Первое же имение под Ригой, что повстречалось купцу и его помощникам, оказалось поместьем святых отцов. В Мазюмправе на большом лугу паслось более сотни коров, у реки крестьяне выращивали овощи для нужд иезуитской коллегии. У противоположного берега реки виднелся Чертов остров. Хоть и не вязалось его название с идеей служения Господу, остров также принадлежал слугам Божьим. Латышские рыбаки ловили около острова жирных лососей… и тем приумножали богатство ордена иезуитов. Тимофей знал: скоро покажется Келарево поле. На огромном поле разместились сотни огородов: трудолюбивые рижане выращивали здесь капусту, свеклу, лук, огурцы, морковь — немало овощей требовалось пятнадцатитысячному городу. Отцы иезуиты ничего здесь не пахали и не сеяли, но успешно собирали урожай из звонких монет. Дело в том, что земля эта принадлежала ордену иезуитов, и рижский магистрат ежегодно платил святым отцам двести польских злотых, чтобы горожане не оставались без овощного супа.
Иезуиты сдавали в аренду принадлежавшие им мельницы, дома, склады, а деньги щедро тратили во славу Божью, проповедуя среди непреклонных лютеран католичество.
«Как же, должно быть, рижане ненавидят этих наглых иезуитов!» — размышлял Выходец.
— Эй, шевелитесь! — вновь поторопил он возчиков.
Мысленно Тимофей был уже в Риге. Он прикидывал, какой урожай уродился в самой Лифляндии, за какую сумму он может продать свой лен, какие из германских товаров лучше приобрести на эти деньги. Получалось, что недаром Тимофей Выходец отправился из русского города Пскова в дальний путь, что немалую прибыль получит он в нынешнем году. Но Выходцу хотелось большего, предприимчивый купец мечтал отправиться еще дальше, попасть в богатый немецкий Любек, чтобы там самому выбирать германские товары, платить за них намного дешевле, чем в Риге. Купец вспомнил, как воевода Пскова предупредил: быть может, предстоит вскоре ему, Тимофею, отправиться с тайным поручением царя в город Любек, и порадовался про себя. Ведь ему, купцу, тоже есть-пить надобно. Поясним: выдающийся лазутчик Тимофей Выходец, как известно историкам, служил в разведке бесплатно, исключительно из любви к Отчизне. Деньги же он получал благодаря тому, что выгодно покупал и продавал товары.
Впереди показались небольшие деревянные домики с черепичными крышами и уютными садами — началось рижское предместье Ластадия. Жили здесь люди простые: трепальщики пеньки, титаническим трудом создававшие корабельные канаты; огородники, сторожа складов рижских купцов. Но Тимофей Выходец обратил внимание на то, что этим людям не чуждо чувство прекрасного. В его родном Пскове горожане также жили в одноэтажных домах с двором. Но что было во дворах? Банька, огородик, сад, где росли кусты малины да яблони. А рижане выращивали в садах не только фрукты и овощи, но и прекрасные цветы. Особенно восхищали Тимофея кусты роз — пышные, с изумительными цветами разного цвета, источавшими приятный аромат.
![Русский Ришелье](/storage/book-covers/38/38beb296899f1752dc06bf3da401bd8bcfaddff6.jpg)
Весной 1656 года судьба друйского воеводы Афанасия Ордина-Нащокина решилась в Москве. По воле государя всея Руси предстояла Афанасию миссия дерзостная и опасная, но для страны важная, предрекавшая не только жизнь, полную приключений, но и возможность необычайного возвышения, шанс стать, как выражались потом иноземцы, «русским Ришелье».О сложной и противоречивой личности «предтечи Петра Великого», ушедшего в тень отечественной истории, рассказывает эта книга.
![Ледяные боги. Братья. Завещание мистера Мизона. Доктор Терн](/storage/book-covers/1b/1b24af52e20bcb19d8a2953e42cd4c6a33145ac4.jpg)
В восьмой том Собрания сочинений известного английского романиста Генри Райдера Хаггарда (1856-1925) входят романы «Ледяные боги», «Братья» и «Завещание мистера Мизона», а также повесть «Доктор Терн».
![Крещение тюркоса](/storage/book-covers/e4/e4f91033f96b074a6d3e40cb0485004c935dd582.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Христос приземлился в Гродно (Евангелие от Иуды)](/storage/book-covers/a7/a72654bead1e127d15a286807cfd24dd488bb215.jpg)
Волею случая и по произволу духовных и светских властей недоучившийся школяр Юрась Братчик принимает на себя роль Мессии. Странствуя по просторам Белой Руси со своими «апостолами», труппой жуликоватых лицедеев, он, незаметно для самого себя, преображается и вступает на крестный путь.
![Жизнь и подвиги Антары](/storage/book-covers/bd/bdfafc40e4033af83e9842ebfd4927020025e0e0.jpg)
«Жизнь и подвиги Антары» — средневековый арабский народный роман, напоминающий рыцарские романы Запада. Доблестный герой повествования Антара совершает многочисленные подвиги во имя любви к красавице Абле, защищая слабых и угнетенных. Роман очень колоритен, прекрасно передает национальный дух.Сокращенный перевод с арабского И. Фильштинского и Б. ШидфарВступительная статья И. ФильштинскогоПримечания Б. ШидфарСканирование и вычитка И. Миткевич.
![Синьор Формика](/storage/book-covers/6a/6a4ff9c6527a82c14941734b1c63fc367ee49d2a.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.Живописец Сальватор Роза, прибыв в Рим, слег в лихорадке и едва не испустил дух, но молодой хирург Антонио вырвал его из когтей смерти. Проникшись дружескими чувствами, художник начал помогать молодому человеку в творчестве и в любовных делах.
![Пять баксов для доктора Брауна. Книга 4](/storage/book-covers/e2/e26b9ac4a9a308bc80f63577873cb2dc0bf5db7d.jpg)
Серый весенний жакет на тонкой фигуре. Серый шофферский кепи с “консервами” над козырьком и муслиновым шарфом, завязанным бантом под подбородком. Высокие брови, пронзительные глаза, прямой нос.На секунду пахнуло влажной ночной тьмой и газолиновым дымом."Меня зовут Ирен Адлер".Д.Э. Саммерс тряхнул головой, но это помогло только наполовину: главная часть миража так и осталась сидеть на стуле.На сковороде шипели свиные котлеты. Экономка накрыла сковороду крышкой, вытащила из кармана фартука очки и нацепила на нос.— Но, доктор Бэнкс, вы меня не дослушали! — выговорила она возмущенно. — Они мне сами все рассказали! Они коммерсанты.