Семь походов по Восточному Саяну - [7]
На рассвете семнадцатого июня форсировали Прямой Казыр.
Переправа нам доставила несколько тревожных мгновений. У Дворкина — он самый рослый и шел в «стенке» выше по течению, свело ноги от студеной воды. Нашу «стенку» стало сносить. Но все кончилось благополучно.
Через три часа достигли реки Большая Кишта. Тропа подвела нас к построенному еще в 1941 году для нужд существовавшего в то время в Тофаларии соболиного заповедника «Чертову мосту». Внешне он вроде бы еще крепок. На многочисленных затесках поломанных перил масса надписей туристов, местных жителей. Например: «Мост испытан. Переведена лошадь и олень». Но наш проводник предупреждал, что ему пора уже рухнуть. Не без опаски мы его покачали. Выдержит ли? Потом стали переходить. Под мостом ад. На глубине в двадцать пять метров в узком каменистом ущелье теснился и рвался на свободу бешеный поток. Шесть метров идем по бревнам моста и облегченно вздыхаем. Снова на твердой земле.
За следующий день удалось пройти всю Кишту. Миновав колоссальные поля черемши, не без труда вскарабкались на перевал. Как же быстро меняется обстановка! Весна-то шла вместе с нами! В местах, где двадцать дней назад лежала толща снега, теперь зеленело, краснело, белело сплошное море цветов. Сколько тут жарков и аквилегий! За 19 июня, последний день похода, мы выжали из себя все. Прошли 35 километров!
В 5 часов вечера впереди показался Гутаринский аэродром. Пошли в магазин. Нельзя сказать, что нас терзал голод. Это чувство уже притупилось. Ведь сегодня кончились пятнадцатые сутки перехода, за которые мы прошли более двухсот километров. Купив всего необходимого, мы по старой памяти зашли к Геннадию. Мать Геннадия поила нас парным молоком. Здесь мы впервые рассмотрели, как сильно изменились наши лица. Вениамин и Володя опухли от голода, а я ужасно исхудал.
Александр Иванович Щекин председатель колхоза и совершенно незнакомые люди предлагали помочь деньгами. Мы с благодарностью отказались. До Нижнеудинска хватит, там получим переводы.
У меня, да и у обоих моих друзей, на душе было как-то неспокойно. По Казыру проплыть насквозь, как планировали, не удалось. Это чувство отравляло даже благополучный исход наших странствий.
Наши рассказы об увиденном, пережитом интересовали жителей Гутары. Тофалары не плавают по рекам, а соболюют только до Ванькиной избушки и прилегающей к ней местности. Ниже этого угодья они Казыр не знают.
Григорий Иванович Тутаев — наш проводник, оказывается, тоже набедовал при возвращении, чуть не утопил оленей в Левом Казыре и вынужден был трое суток ждать спада воды. Возвращаясь же домой, он добыл медведя.
В воскресенье, а часто и в понедельник самолеты в Гутару не летают. Мы ловили хариусов, знакомились с жизнью и бытом гутаринцев. Рассказывая о соболевках и белковании, нам говорили: «Когда начинается сезон, соболевать уходят все, даже председатель. Заработки хорошие. За соболя нам платят от 170 до 1200 рублей (в старых деньгах), в зависимости от качества шкурки: чем темнее, тем дороже. За белку — по десятке, за мясо зверя — по четыре рубля за килограмм…».
Уже когда ехали в поезде, Вениамин Глебов пошутил: «Вот и кончился наш отдых. Выйдем на работу, начнем отдыхать от отпуска».
В этом походе мы много увидели, немало узнали. Испытали свои характеры в борьбе с силами природы. Отсутствие в продаже подробных карт заставило нас исследовать Казыр «на ощупь», но мы ни о чем не жалели. То, что искали, мы нашли. Уезжая из этого замечательного края, мы чувствовали себя альпинистами, едва избегшими сорвавшейся лавины. К сожалению, мы не взяли намеченную вершину, но ведь любая дорога начинается с первого шага.
В ДЕБРИ ВОСТОЧНОГО САЯНА
11 мая 1960 года мы опять вылетели из Нижнеудинска. Мой сослуживец Александр Борисов и Володя Чабаненко — двадцатитрехлетний рабочий, член Ленинградского турклуба — прильнули к иллюминаторам.
Посматривая на заснеженные Саяны, на скованные льдом ленты рек, я думал о том, как сложится наше путешествие. Довольно сильный попутный ветер ускорил наш перелет, и через час десять минут мы, наконец, увидели Гутару. Описав над аэродромом круг, летчик круто бросил самолет в глубь ущелья. Еще минута — и мы на знакомой земле. Об этом мгновении я мечтал целый год.
На краю аэродрома вырос новый добротный дом, белеющий свежеобструганными бревнами. Около него нас встретили незнакомые люди. От них я узнал, что Геннадий, у которого мы останавливались в прошлом году, в поселке уже не живет. «Председатель колхоза Щекин и проводник Григорий Тутаев в горах, а сейчас заведует всем заместитель председателя Василий Ильич Пустохин».
Товарищи остались ожидать лошадь для перевозки груза с аэродрома в Гутару, а я пошел в поселок, чтобы подыскать место, где можно было бы остановиться на ночь. По пути к правлению колхоза встретил много знакомых. Люди интересовались, почему не приехали мои прошлогодние товарищи Володя Дворкин и Вениамин Глебов. Я ответил, что служебные обстоятельства не позволили им снова принять участие в походе, но они здоровы и передавали всем привет.
В правлении встретился с Василием Ильичем. Он усомнился в возможности заброски наших грузов на Орзагай. «Снегу много — не пройти. И в прошлом году отпуск у вас ранний был, а в этом совсем неподходящий. Тутаев в тайге, а кроме него никто уверенно не проведет. Оленей погубить можно. Да вы не расстраивайтесь, он должен вот-вот вернуться».
![Одна на краю света](/storage/book-covers/44/44c5b978c4f3abc13f0ab56eb7e3e14cf3970fcb.jpg)
Книга рассказывает об увлекательных, несколько необычных, не лишенных риска путешествиях автора по Камчатке и Чукотке, Ямалу и Таймыру, Кольскому полуострову, Кордильерам. Попутно знакомит с бытом местных жителей, их нравами и обычаями, будь то чукчи или заключенные чилийской тюрьмы. Для романтиков, любителей природы, путешествий и приключений.
![460 дней в Четвертой Советской антарктической экспедиции](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
О загадочных явлениях, происходящих в Антарктиде, — подледниковом таянии, о покрытых вечным льдом тёплых озёрах, о морских организмах, найденных на поверхности ледников; об учёных и пилотах полярной авиации.
![Кратеры в огне](/storage/book-covers/fc/fc46f616bf3eb03f4252519fe10755f1c617220d.jpg)
Гарун Тазиев, известный вулканолог, рассказывает о своих необычайных путешествиях, связанных с изучением деятельности вулканов. Очень точно он описывает поразительные зрелища и явления, происходящие при извержении вулканов, которые он наблюдал.В книге приводится история гибели цветущего города Сен-Пьер, а также ряд других историй, послуживших уроком для человечества в деле более пристального изучения грозного явления природы.
![Хан Тенгри с севера. Негероические записки](/storage/book-covers/58/583957b2875a371fa3e7ebc6582b2f1c31a9c730.jpg)
Один из самых ярких и запоминающихся рассказов о путешествиях и восхождениях из коллекции сайта mountain.ru. Текст, без сомнения, имеет литературные достоинства и может доставить удовольствие как интересующимся туризмом и альпинизмом, так и всем остальным. .
![Узу-узень - Кокозка - Бельбек (Юго-Западный Крым)](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![На велогонах, По пещерным городам Крыма](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.