Русская православная церковь в 1917 - 1927 годах - [3]
Точка зрения «противоположной стороны» представлена в книге Протоиерея Владислава Цыпина «История Русской Православной Церкви 1917–1990». Эта книга издана по благословению Патриарха Алексия и представляет собой учебное пособие для православных духовных семинарий, поэтому ее со всеми основаниями можно считать выражением нынешней официальной позиции РПЦ. Автор исходит из того, что после Поместного Собора 1917–1918 годов Православная церковь сознательно самоустранилась от прямого участия в политике и с бурные годы гражданской войны выступала лишь как строгий, но беспристрастный нравственный судья, стоящий выше братоубийственной бойни. Переход Церкви на лояльные по отношению к большевикам позиции он объясняет именно этим самоустранением Церкви, которая способна уживаться с любой властью. Прот. В. Цыпин уделяет большое внимание церковно-канонической стороне описываемых им событий. Он горько сетует на репрессии, обрушившиеся на Церковь, считает их несправедливыми, но при этом различные внутрицерковные раскольнические группы вызывают у него значительно большее осуждение, чем Советская власть. Автор, как ни странно, тоже умалчивает об участии органов ГПУ в церковной жизни того времени. Позицию РПЦ отражает также и брошюра священника Георгия Митрофанова «Православная Церковь в России и эмиграции в 1920-е годы». Она посвящена в основном взаимоотношениям Русской Православной Церкви с церковной эмиграцией и историей «карловацкого раскола». Автор доказывает неканоничность деятельности эмигрантского церковного Синода и указывает на тот вред, который эта деятельность приносила «Матери-Церкви».
К позициям этих авторов близки и взгляды канадского историка русского происхождения Д.В. Поспеловского, автора книги «Русская Православная Церковь в ХХ веке». Он также абсолютно уверен в полном нейтралитете церкви в годы гражданской войны и считает Советскую власть «палачом», а церковь «жертвой». Но он, в отличие от В. Цыпина, показывает конкретные механизмы воздействия власти на Церковь, в частности роль во всем этом ГПУ и специальных отделов ЦК.
Более критичен по отношению к Церкви немецкий исследователь Г. Штиккер, автор исторических комментариев к упоминавшемуся уже сборнику документов «Русская Православная Церковь в советское время». Он придерживается сходных с Д.В. Поспеловским взглядов на роль Церкви и советского государства в те годы, однако он подчас упрекает церковное руководство в излишней уступчивости атеистическому государству, сознавая однако, что подобная уступчивость была вынужденной.
В целом говоря об историографии данного вопроса нельзя не заметить, что он, как и многие другие вопросы нашей новейшей истории по сей день остается сильно полонизированным. Оценки и взгляды историков на данную проблему в значительной степени зависят от политических и даже религиозных убеждений того или иного исследователя. Все они склонны акцентировать свое внимание на одних фактах и умалчивать о других. Кто знает, быть может должно пройти время, прежде чем появится действительно объективное исследование на эту тему. А пока всякий раз когда нам приходится сталкиваться с определенной оценкой тех событий, необходимо вспомнить знаменитое правило древних римлян: «пусть будет выслушана другая сторона».
РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ
ПОМЕСТНЫЙ СОБОР
Православие было государственной религией Российской Империи. Российский император был православным, православным был практически весь управленческий аппарат государства. Православная церковь пользовалась в России значительными привилегиями по сравнению с другими исповеданиями, ее вероучение предавалось в школах и университетах, на ее содержание выделялись значительные средства из государственной казны. Вплоть до 1905 года государство пресекало попытки своих подданных уклониться из православия в другие исповедания и преследовало многие из них. В 1914 году в России было 117 млн. православных христиан. Страна делилась на 67 епархий, которыми управляли 130 епископов. Более 50 тыс. священников и диаконов служили в 48 тыс. приходских храмах. Существовало более тысячи монастырей с 95 тысячами монашествующих. Но наиболее ярко связь государства и Православной Церкви выражалась в так называемой «синодальной системе», введенной еще Петром I взамен упраздненного им патриаршества. Всеми церковными делами управлял Священный Синод, во главе которого стоял назначаемый императором обер-прокурор из светских лиц. Такое положение Церкви в Российской Империи дало повод многим советским историкам говорить о тесном союзе Церкви с эксплуататорским государством.
Однако более детальное рассмотрение этой ситуации позволяет увидеть, что Церковь при синодальной системе была не столько союзником государства, сколько его инструментом, «ведомством православного исповедания», своего рода идеологическим аппаратом. Обер-прокуроры, руководившие Синодом, беззастенчиво вмешивались во все церковные дела, подавляли всякую внутрицерковную инициативу, требовали от служителей Церкви беспрекословного подчинения интересам самодержавия. Религиозно-богословские дискуссии, как правило, не допускались, церковные приходы не имели никакой самостоятельности, полностью подчиняясь синодально-иерархической бюрократии. Особенно преуспел в насаждении самодержавного диктата в Церкви хорошо известный К. Победоносцев, бывший обер-прокурором Синода вплоть до революции 1905 года. Самое пагубное влияние на авторитет Церкви и состояние церковных дел оказала печально знаменитая «Распутинщина».
![Война с продолжением](/storage/book-covers/09/094ce1058ddd23da35f48696e211d2525d248bfa.jpg)
В монографии освещается важный аспект формирования нового международного порядка после окончания Первой мировой войны. Параметры этого порядка во многом зависели от отношений между Великобританией и Францией — единственными великими державами победившей коалиции, участвовавшими в войне на всем ее протяжении. Англо-французские отношения осложнялись большим количеством противоречий, причем вопрос о послевоенных судьбах народов и территорий побежденной Османской империи вызывал не менее острые разногласия, чем процесс мирного урегулирования в Европе.
![Япония в раннее Средневековье VII-XII века. Исторические очерки](/storage/book-covers/63/63e35a95f4855d00b05c82791536d8df8607e99c.jpg)
Настоящая книга содержит очерки, в которых на основе оригинальных источников и исследований японских авторов рассматриваются важнейшие проблемы социально-экономической истории, а также идеология, политика, духовная и материальная культура, обычаи и быт основных классов японского раннефеодального общества. Описывается социальная революция и политический переворот в Японии VII века. Существенное внимание уделено ключевой проблеме истории японского феодализма — становлению вотчинной системы, проанализированы главные этапы ее формирования в VIII–XII вв.
![Советский век](/storage/book-covers/e1/e1a521e681b5fa11dcc21775747dfb77a709cea8.jpg)
О чем книга «Советский век»? (Вызывающее название, на Западе Левину за него досталось.) Это книга о советской школе политики. О советском типе властвования, возникшем спонтанно (взятием лидерской ответственности за гибнущую страну) - и сумевшем закрепиться в истории, но дорогой ценой. Это практикум советской политики в ее реальном - историческом - контексте. Ленин, Косыгин или Андропов актуальны для историка как действующие политики - то удачливые, то нет, - что делает разбор их композиций актуальной для современника политучебой. Моше Левин начинает процесс реабилитации советского феномена - не в качестве цели, а в роли культурного навыка.
![Веселая Эрата. Секс и любовь в мире русского Средневековья](/storage/book-covers/52/520027098d1167719e4c2da8c7b217c1db2253ce.jpg)
Книга Евгения Мороза посвящена исследованию секса и эротики в повседневной жизни людей Древней Руси. Автор рассматривает обширный и разнообразный материал: епитимийники, берестяные грамоты, граффити, фольклорные и литературные тексты, записки иностранцев о России. Предложена новая интерпретация ряда фольклорных и литературных произведений.
![Неизвестная крепость Российской Империи](/storage/book-covers/fe/fe93552232dbd1e48152b5c82dc14642b26aea5d.jpg)
Книга рассказывает об истории строительства Гродненской крепости и той важной роли, которую она сыграла в период Первой мировой войны. Данное издание представляет интерес как для специалистов в области военной истории и фортификационного строительства, так и для широкого круга читателей.
![История экономики Дальнего Востока](/storage/book-covers/49/4965e1a0f1e73c942ff49390b05aff9be34f5dd4.jpg)
Рекомендовано учебно-методическим объединением вузов России по образованию в области национальной экономики и экономики труда в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 06.07.00 - "Национальная экономика" и другим экономическим специальностям. Рецензенты: Р. Г. Леонтьев, доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, профессор кафедры финансов и кредита Дальневосточного государственного университета путей сообщения, Ю.
![Тоётоми Хидэёси](/storage/book-covers/f0/f0fcfc9702606631904749d1f8b05c16f33da47c.jpg)
Автор монографии — член-корреспондент АН СССР, заслуженный деятель науки РСФСР. В книге рассказывается о главных событиях и фактах японской истории второй половины XVI века, имевших значение переломных для этой страны. Автор прослеживает основные этапы жизни и деятельности правителя и выдающегося полководца средневековой Японии Тоётоми Хидэёси, анализирует сложный и противоречивый характер этой незаурядной личности, его взаимоотношения с окружающими, причины его побед и поражений. Книга повествует о феодальных войнах и народных движениях, рисует политические портреты крупнейших исторических личностей той эпохи, описывает нравы и обычаи японцев того времени.