Рухнувшие надежды - [5]

Шрифт
Интервал

– Хм… что-то вы прям так вот радикально решили все поменять?

– Есть причины.

– Вчерашняя авария?

– Уже знаете?

– Ну, Сережа, мы же почти одна семья, – ответил Леонид Яковлевич, уже сам наполняя рюмки, – я же Мишку-то давно знаю, еще когда он за племянницей в школе ухаживал, да весь газон под нашими окнами вытоптал. Раздолбай он, знаете ли, был еще тот, в девяностые сколько раз его выручать пришлось, а вот как с вами познакомился, так и остепенился и за ум взялся, уважаю вас, Сережа, за это.

– Не преувеличивайте, Леонид Яковлевич, у Мишки просто «шило в жопе», и эту энергию надо куда-то направлять, ну вот у меня и получилось, видать.

– А вот у его родителей не получалось, знаете ли, так что ваших педагогических способностей умалять не стоит.

– Да бог с ним, с Мишкой, все у него хорошо будет. Что скажете насчет квартиры?

– А что, собственно, говорить, в этом районе квартиры ценятся, и за вашу «двушку» дадут хорошую цену. А знаете что, я сам куплю у вас квартиру, буду сдавать, рента – хороший современный бизнес.

– Ну и отлично, у вас же «на зарплате» есть человек в центре регистрации?

– Да, можно все сделать быстро, как вы там говорили… «вчера». Сколько вы хотите за квартиру, Сергей?

– Я полагаюсь на вас, Леонид Яковлевич, я просто не в курсе цен и прочее.

– Хорошо, я дам вам сумму, соответствующую стоимости этой квартиры.

– Ну тогда по рукам?

– Договорились, за это и выпьем… и вот еще что, Сережа, возможно, у меня есть вариант дома для вас.

– Какой же? – заинтересовался я сразу.

– Один мой хороший знакомый перевез своего отца из деревни к себе, совсем уже не мог старик там справляться в одиночку, а дом с участком вроде просто бросили, пустует, и продать не могут.

– Почему?

– В глуши потому что, ммм… вроде деревня Сахарная называется, там в советские еще годы была небольшая воинская часть, ПВОшники вроде. По большому счету даже не деревня, а так, не больше полутора десятка домов да развалины той самой воинской части. До ближайшего райцентра по тайге и бездорожью около ста километров будет, может и больше.

– А знаете, Леонид Яковлевич, мне этот вариант нравится, поинтересуйтесь, пожалуйста, у вашего знакомого, где точно это находится, ну и собственно цену спросите.

– Хорошо, ко вторнику все выясню.


Мы еще поболтали с Леонидом Яковлевичем около часа «за жизнь», допили бутылку. Договорились встретиться у меня же во вторник и в это же время для расчета. Я отдал ему документы на квартиру для оформления, и он, вызвав шофера, попрощался со мной и спустился во двор.

Вернувшись на кухню, я посмотрел на стол и подумал, что убирать со стола и мыть посуду грустная перспектива, достал из ящика большой мусорный пакет и все сгреб в него. Не знаю, но мне это понравилось, и я в отличном настроении пошел спать.


Утром в воскресенье я проснулся снова почти к обеду, лежа в кровати и смотря в потолок, думал о том, что я почти уже освободился от старой жизни, о том, что ждет меня впереди. Я уже примерно представлял себя эдаким дауншифтером в ватных штанах и телогрейке, прохаживающимся по курятнику… улыбнулся сам себе, почему-то эта картинка из будущего мне нравилась. Не спеша принял душ, позавтракал… точнее пообедал. Позвонил Мишке, договорился по поводу «выходного пособия» в виде полутора миллионов, из которых один миллион наличкой я получу в конторе в понедельник, а полмиллиона уйдет на депозитную карту. Потом перезвонил Толяну и сообщил, что договоренность в силе, на что он радостно сообщил, что сразу после нашей с ним встречи ему позвонили и предложили хорошую цену за катер.

– Брателло, ты прям фартовый в натуре, меня теперь тут кроме «тирки» ничего не держит.

– Ну рад за тебя, давай завтра в обед встретимся и оформим машину.

– Хорошо, я тебе помогу за твою фартовость, есть у меня один «гаец» прикормленный, за полчаса все сделает.

– Ну и отлично, подберешь меня тогда, да поедем оформляться.

– Заметано, жду звонка.

Пошарахался по квартире, так вот просто бродил из комнаты в комнату, прикидывая, что мне нужно, а что уже нет. И понял, что самое нужное, что мне может пригодиться «вне цивилизации», находится в кладовке и в гараже. В кладовку в свое время много что перекочевало из магазинов «рыбалка-охота-туризм», однако последние несколько лет я этим всем не пользовался вообще, за исключением пары выездов на шашлыки с Мишкой и его семейством, да несколько раз выбирались на «бабахинг» по бутылкам пострелять. Теперь-то, наверное, будет время и поохотиться. Долго искал ключи от сейфа, пока не обнаружил их на кухне в ящике с вилками и ложками. В сейфе стояли «скучая» ТОЗ-97 и МР153, к нарезняку не более десятка патронов да и к гладкостволу тоже негусто, початая пачка «фетр» дроби тройки, ну так и понятно, забросил это дело. Кстати! Взял с полки РОХа… а срок разрешений-то заканчивается через семь месяцев. Да и хрен с ним, кому это в глуши будет интересно. А вот патронов надо бы прикупить с запасом, да и причиндалов для самокрута. Достал все из сейфа и уложил в чехлы. Затем в большой 120-литровый рюкзак уложил снаряжение и одежду. В общем выходной я провел в сборах, и как выяснилось не очень-то много у меня и барахла, в спальне вдоль стены стояли рюкзак, два больших черных пакета для мусора, в которые натолкал спальное белье, одежду и обувь, и два ружейных чехла. На кухне упаковал в две небольшие коробки минимум посуды. Осталось в гараже кое-какой инструмент собрать. За ужином я прикидывал, что мне еще может понадобиться, и решил составить список да проскочить завтра по магазинам. Так, с чувством удовлетворенности и в предвкушении перемен решил пораньше лечь спать.


Еще от автора Николай Побережник
Бремя выбора

Прошло немногим больше года, по новому летоисчислению и по новому времени после Волны. Пережившие планетарную катастрофу люди собираются в анклавы, республики, общины. На карты нанесены новые берега новых материков и островов, новые реки и заливы. Одни строят новую жизнь, другие, потеряв все, плывут по течению событий, третьи, сделав выводы из случившегося, стараются сохранить то малое, что осталось и научиться делать новое… иные, так и остались паразитами в обществе выживших. История Нового Архипелага продолжается, впереди испытания, подвиги, обретения и потери.


Болотный кот

Все неприятности, что случились на работе, надо было срочно забыть и уединиться. Отдалиться подальше от всех, например, в лес, к природе, отдохнуть и успокоиться. И он отдалился… настолько, что пути назад нет. Ждет новый мир. Мир дремучего и жестокого средневековья, со всеми сопутствующими атрибутами – междоусобицы, смелые одинокие воины, не совсем святая, но все же инквизиция… и немного магии. Теперь придется начинать жизнь сначала, а возможно, и знания современного мира пригодятся и помогут обосноваться в этих средневековых землях Трехречья.


Архипелаг

Катастрофа разделила жизнь людей на «до» и «после» Волны. И пришло понимание – не так страшен конец света, как то, что будет потом. Материки изменили свой облик, и выжившие наносят на карты новые берега. На основе уцелевших поселков создаются анклавы переживших планетарную катастрофу. Сергей Николаевич, его близкие, друзья и единомышленники на одном из островов нового архипелага создают свой анклав – остров Сахарный. А покой только снится… забота о людях, возрождение ремесел и технологий, покорение моря и поиски ценных ресурсов прошлой цивилизации, и все это ни на миг не выпуская из рук оружия.


Я вас не звал!

Под гнусным предлогом и с помощью политического шантажа начинается «миротворческая миссия» на территории России, которая по сути запланирована как ограбление и оккупация. Много лет «кукловоды» вынашивали эти планы, и время пришло. Но не все продались, не все забыли, что такое Родина, и планы врага были сорваны, однако мир за это дорого заплатил, пережив ядерный конфликт. И теперь людям, выжившим на восточных рубежах некогда великой страны, предстоят суровые испытания. В боях, в труде, но мы справимся, мы сильный, никем и никогда не покорённый народ – русский народ!


Потерянный берег. Рухнувшие надежды. Архипелаг. Бремя выбора

Бывает, что устав от рутинной жизни, человек, понимая намеки судьбы, решается что-то изменить. Бросает все и переезжает в старый домик где-то в глухой тайге… Но катастрофа планетарного масштаба ломает все его надежды. Чудом уцелев, он будет продолжать жить, будет строить свой новый мир на осколках старого, будет спасать и защищать доверившихся ему людей – будет выживать после того, как катастрофа разделила жизнь человечества на «до» и «после» Волны. Затем придет понимание – не так страшен конец света, как то, что будет потом. Материки изменили свой облик, и выжившие наносят на карты новые берега.


Гнев изгнанников

Волею неведомых сил он был заброшен в другой мир, в котором смог адаптироваться, найти друзей, любовь и… врагов, которые лишились власти, затаили обиду и нашли союзников среди вероломных и хитрых иноземцев.Потеря близких, предательство и изгнание не смогут сломить того, чья воля и характер переплелись с Хозяевами болот – дикими монстрами с кошачьей натурой. Желая спасти любимую, Никитин встанет на тропу, которая приведет его в Шахар. Он въедет в древний город верхом на болотном коте ожившей легендой.


Рекомендуем почитать
Образ жизни

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Хроники Каторги: Цой жив еще

Цой и Анна пересекают выжженные земли Пепелища и добираются до Резервации с целью пробудить от криогенного сна людей Старого Мира, но сталкиваются с неизвестным созданием и побеждают его в тяжелом бою. Становится ясно, существо — инопланетное. Искатель оставляет Анну с людьми Резервации и отправляется внутрь Обелиска, где попытается покончить с угрозой, позволив Человечеству возродиться.


Возрождение

«Для обитателей городов наступил конец… Он просто не мог не наступить рано или поздно.Не потому, что человечество не сумело понять другие цивилизации, но потому, что оно не сумело понять самое себя. После золотистых ливней из смертоносной пыльцы и затмевающих солнце ослепительных вспышек мало что уцелело. И все потому, что человечество так и не научилось не смешивать эмоции и голос рассудка.Однако каким-то чудом оно выжило, как выживало и прежде…».


Борн

В разрушенном войнами городе будущего мусорщица Рахиль подбирает странное существо – не то животное, не то растение, не то оружие. Борн – так девушка называет найденыша – учится говорить и понимать мир, населенный такими же, как он, неудавшимися экспериментами ученых. Задает неудобные вопросы (что такое машина? личность? ад? здравый ум?). Показывает красоту среди развалин. Заставляет вспомнить прошлое, осознать ответственность, испытать – привязанность, ощутить – опасность.


Слово

«Слово» – короткий постапокалиптический рассказ о мальчике, который становится одним из немногих выживших после страшной катастрофы.


Инфекция

Человек — венец природы. И он же — ее губитель. Что станет с миром однажды, когда человечество доиграется в свои «игрушки» до летального исхода?