Рассказы 1960-80-х годов - [9]
— Ложись! — крикнул я.
Мы кинулись на пол, раздался взрыв, и нам влепило свинцом: ему в мочку уха, мне в ладонь.
— Держи, — сказал Виталька.
— Гляди, — сказал я.
Мы высунулись в окно. Длинная тень, закрывавшая половину двора, отошла к подъездам, и на середине освещённого двора оказался корабль. Он стоял вверх дном на четырёх козлах, и солнце освещало свежие доски, сваленные рядом, видимо, для обшивки.
— Откуда эта лайба? — спросил я.
— Не знаю. Ночью притащили на прицепе. Какие-то чудаки.
— Делать им нечего, — сказал я.
— А ты не подначивай меня.
Внизу вокруг корабля уже толпились любопытные, и бородатый дядька в берете выкладывал на доски из портфеля электродрель.
— Виталька… пойдём вниз и скажем ему, что нам завидно, — предложил я.
— Подумаешь, — сказал Виталик.
— Ну, тогда сходи за квасом, — сказал я.
Может, ему не завидно. А мне завидно.
Я спустился вниз и постоял у щелястых бортов корабля и, вздохнув, сказал бородачу с беретом:
— Завидно…
Бородач улыбнулся и расцвёл. Он был как Тур Хейердал. Я сказал ему «завидно» и вдруг почувствовал, что я сфальшивил, мне ни капли не завидно. Почему считается, что надо завидовать кораблям, всяким там парусникам. Я горожанин. Я люблю асфальт, и окурки на мостовой, и звёзды над крышами, и рёв грузовиков на окраинных шоссе. А в море — вода. А что в ней, в этой воде. Вода должна быть в водопроводе.
— Весь дом вам завидует, — сказал я. Тур Хейердал опять заулыбался и впился электродрелью в обшивку — чёрный шнур он протянул через двор в окно первого этажа, и на всех балконах стояли остатки великих семей, разъехавшихся в отпуск, на дачу.
А лето шло, и корабль строился. Я ездил в Серебряный бор и транжирил отпуск. Виталька болтался по Москве, потом возвращался со справочниками. Он готовился к институту. А потом однажды была ночь, и гитара бренчала потихонечку, и тени отшатывались в подъездах. Наступил час поцелуев. Тихая музыка и меланхолические фонари. Это хорошо, не правда ли?
— Что, брат, худо? — спросил я Витальку.
Мы почему-то оказались вдвоём возле корабля.
— Не знаю, — сказал он.
Ночной корабль плыл по двору вверх килем. Его обшили вторым слоем бортов, удлинили корму и надстроили киль.
— Стекловолокном будут покрывать, — сказал он.
— Стало быть, худо.
— Из регистра приезжали спецы, хвалили конструкцию. Сказали, надо перенять опыт. Много старых шлюпок списано, а могут служить… Недорого стоит. Потом лаком покрыть. Сушить можно спиралью с рефлектором.
— Что, брат, плывёшь кверху килем? — спросил я. — Ну, что у тебя стряслось?
— Ничего не стряслось.
— А почему киснешь?
— Потому что ничего не стряслось. Всё известно наперёд. Кончил школу, уволился с работы, а больше ничего не стряслось.
— Ну-ну, — сказал я. — Какой сарказм. Давай, давай. Что же тебе известно наперёд.
— Сейчас ты скажешь, молодость не должна бояться дорог и всё такое. Бригантина поднимает паруса.
— А что? Недорого стоит, правда? — спросил я.
— Не знаю.
— Потому и мечешься, что не знаешь.
— А ты тогда почему мечешься?
— Потому что знаю. Дорого стоит. Потому и мечусь. Вот в чём между нами разница, киса. Недобрал я в своё время бригантин, парусов и прочего, а теперь поздно.
— Почему поздно? Отпусти бороду и построй пароход.
— Не пойдёт. Я горожанин. Терпеть не могу корабли.
— Я тоже терпеть не могу корабли.
— Тогда пошли домой.
Мы двинулись к подъезду, у которого на венских стульях сидели лифтёрши, утомлённые сплетнями. Всё они про меня знают. Рентген. Мы прошли мимо хищных взглядов и влезли в лифт. Двинулись. Загробный голос диспетчера спросил сквозь дырочки в стенке кабины:
— Как работает лифт? Нет ли жалоб?
— Ни жалоб нет, ни предложений. Отключитесь, — сказал Виталька.
— Чересчур ты умный, — сказал голос. — Я вот пожалуюсь родителям, хулиган.
Мы вылезли и вошли в пустую квартиру и выпили бидон квасу.
— Знаешь, кто мы? — спросил Виталька. — Мы с тобой продукты эпохи, и у нас конфликт отцов и детей.
— Ерунда, — сказал я. — У нас конфликт дядек и племянников. Пошли спать, продукт. Ты мечешься потому, что треплешься, а треплешься потому, что спасаешься от поступков. Каждый, кто спасается от поступков и плывёт вверх килем по течению, говорит, что он — продукт эпохи.
— Скажи… — спросил он. — Как ты мог допустить, что у тебя так получилось?
— А вот это уж тебя не касается. Понятно?
Он открыл рот, хотел ответить.
— Нечего сказать, верно?
— Чересчур ты умный, — сказал он.
— А ты пожалуйся родителям, — сказал я. — Ты что, с Валей поссорился? Почему ты сегодня взвинченный?
— Из-за тебя! — крикнул он.
У меня всё похолодело внутри.
— Я же молился на тебя… с детства! — крикнул он.
— Молиться не надо. Религия — опиум для народа, — сказал я ровным голосом.
Он весь искривился.
— Костя… хочешь, мы с ребятами им рыло набьём?.. До поезда осталось двое суток.
— Цыц… До какого поезда?
Он всхлипнул. Убежал на кухню. Зашелестела вода. Он вернулся.
— Я уезжаю в Ленинград, Костя.
— Ну. Дальше.
— Я поступаю в морское училище.
— Вот так штука… — сказал я.
Родители прилетели на другой день.
Ещё успели собрать его как следует, ещё успели сделать проводы.
Был свиной холодец. Была «столичная». Были мальчики, которые кончали с ним сначала дневную, потом вечернюю школу и два года работали на заводе. Они ели холодец и пили «столичную», и держались всё более прямо, и дружно хохотали, когда рассказывали друг другу анекдоты из солдатской жизни, которые они слышали от отцов и которые те слышали, когда были мальчишками.
![Теория Невероятности](/storage/book-covers/89/89c0db3d1acb47d7ba8ce4ad7320c9f2aba21eb7.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Приключения, 1969](/storage/book-covers/83/8350c960745d3dc9409658aa6fb1d5b5d3de9cac.jpg)
Настоящий сборник отличается от всех выпущенных издательством «Молодая гвардия» ранее. Он целиком посвящен одной теме — подвигу советских разведчиков в годы Великой Отечественной войны, явившейся величайшим испытанием молодого поколения на верность делу Октября, делу коммунизма…
![Самшитовый лес](/storage/book-covers/97/9721a76f4ae099673cf3a26d219cdc706d476562.jpg)
«Самшитовый лес» — роман о наших современниках. Жизнелюбие, жажда творчества, неистребимая тяга к изысканию и действию — таковы основные отличительные черты главного героя романа Сапожникова, по профессии инженера.Странствующий рыцарь-наладчик Сапожников на глазах у изумленного читателя изобретает вечный двигатель, доказывает теорему Ферма, находит Атлантиду, и все это — в поисках Нежности… Самая пронзительная книга Михаила Анчарова — художника, поэта, «отца» бардовской песни. Высоцкий считал его своим учителем.Рекордный по количеству глубоких мыслей и афоризмов текст.
![Поводырь крокодила](/storage/book-covers/8d/8d89dcc9e5f092e1f75be9fca6181922ffb2810c.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Олег Даль: Дневники. Письма. Воспоминания](/storage/book-covers/e7/e731ecccfada3614f3da8de2336dd17308b540a9.jpg)
Дорогой читатель!Эта книга посвящается жизни и творчеству одного из самых талантливых современных актеров Олегу Далю, чуть-чуть не дожившему до своего сорокалетия. Даль был актером, единственным в своем роде. Его искусство — это тончайший сплав драматизма и юмора, тонкого осмысления действительности.В книгу вошли воспоминания друзей и близких актера, аналитическая статья киноведа Натальи Галаджевой, а также материалы из личного архива Даля — его стихи, рассказы, эссе, письма и дневники, рисунки, фотографии.
![Золотой Дождь](/storage/book-covers/80/80f66cb1d20d8c5752bf2c11dd1812d250ff23e3.jpg)
Повесть известного писателя, поэта, автора песен, художника Михаила Анчарова«Золотой дождь» впервые издана в 1965 году. Как и другие произведения этого периода посвящена в первую очередь проблемам творчества. В повесть включены стихи и песни автора. Электронный вариант книги содержит несколько авторских иллюстраций.
![Шестеро. Капитан «Смелого». Сказание о директоре Прончатове](/storage/book-covers/d0/d018eb20e000fedaf350c5b8b85c605452d636b5.jpg)
.«Первое прикосновение искусства» — это короткая творческая автобиография В.Липатова. Повести, вошедшие в первый том, написаны в разные годы и различны по тематике. Но во всех повестях события происходят в Сибири. «Шестеро» — это простой и правдивый рассказ о героической борьбе трактористов со стихией, сумевших во время бурана провести через тайгу необходимые леспромхозу машины. «Капитан „Смелого“» — это история последнего, труднейшего рейса старого речника капитана Валова. «Стрежень» — лирическая, полная тонких наблюдений за жизнью рыбаков Оби, связанных истинной дружбой.
![Дом на берегу: очерки](/storage/book-covers/2c/2c0b1ba83662f74176a86149d39ecc7e4e741982.jpg)
В книгу известного советского писателя Виля Липатова включены очерки, написанные в последние годы его жизни. Среди героев книги — московские рабочие, ленинградские корабелы, автомобилестроители Тольятти, обские речники, колхозники Нечерноземья, сотрудники милиции, деятели культуры. Все они обычные люди, но писатель подмечает в их жизни и труде характерные черты, делающие их яркими индивидуальностями. По-своему оригинальны и отрицательные персонажи: остро осуждая их, автор показывает неизбежное торжество справедливости.Содержание:Поправка к прогнозуТочка опорыНаших душ золотые россыпиДва рубля десять копеек… Самолетный кочегарДом на берегуПятаки гербами вверхПисьма из ТольяттиКорабелЛес равнодушных не любитКарьераКогда деревья не умираютТечет река ВолгаСтепанов и СтепановыТот самый Тимофей Зоткин? Тот, тот…Шофер таксиОбской капитанЖизнь прожить…Закройщик из КалугиСержант милицииСтарший автоинспектор01! 01! 01!Разговорчивый человекГегемонЧто можно Кузенкову?ДеньгиБрезентовая сумкаВоротаВсе мы, все — незаменимые .
![Дни испытаний](/storage/book-covers/ff/ff9659d0dc2352e7d27f8dcf2ed32f58f0199dfc.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Два конца](/storage/book-covers/8f/8fa8dcd841741d1aa038b447cf698db97805a674.jpg)
Рассказ о последних днях двух арестантов, приговорённых при царе к смертной казни — грабителя-убийцы и революционера-подпольщика.Журнал «Сибирские огни», №1, 1927 г.
![Биробиджанцы на Амуре](/storage/book-covers/a9/a999ef987ea154a085c58ac3bceee6a720e4078d.jpg)
Повесть «Биробиджанцы на Амуре» рассказывает о небольшом эпизоде из трудовой жизни крестьян-новосёлов — заготовке сена, ведущегося группой переселенцев на отрезанном наводнением острове. Повесть заканчивается победой энтузиастов-косарей: сено скошено и заскирдовано, смертельная опасность, грозившая отрезанным на затопленном острове людям, миновала; сложился и окреп испытанный коллектив коммунаров, готовых к новым сражениям с дикой тайгой.В остальных произведениях, входящих в этот сборник (за исключением двух последних рассказов, написанных на войне), тоже изображена борьба советских людей за освоение Дальнего Востока.
![Самшитовый лес. Этот синий апрель... Золотой дождь](/storage/book-covers/88/88317fd77b2d5898434a19f78bae7fcbbaeb292c.jpg)
Михаил Анчаров известен российским читателям прежде всего как прекрасный поэт, стоящий у истоков движения песни. Многим памятны его работы на телевидении, - в частности, популярный телесериал "День за днем". Однако пришло время вспомнить и о том, что Михаил Анчаров был одним из крупнейших прозаиков своего времени. В однотомник писателя вошел его французский роман "Самшитовый лес", а также повести "Этот синий апрель…" и "Золотой дождь". Эти произведения, с нашей точки зрения, дают наиболее полное представление о ярком и самобытном прозаическом наследии М.