Пруд - [3]
Значит, если население водоемов выживает в воде, отравленной газами, образующимися при гниении, то прежде всего благодаря фотосинтезу.
В международном журнале по гидробиологии и гидрографии (Лейпциг, 1910–1911, том 3) опубликованы результаты опытов, проведенных датским ученым К. Везенберг-Лундом>[4] в лаборатории пресных вод во Фредериксдале. Целью этих опытов было выяснить, как дышат зимующие подо льдом насекомые. Исследователь утверждает, например, что летучие водяные жуки в осенние ночи покидают бедные растительностью водоемы и перелетают в другие, с более богатым растительным миром. О зимовке остальных обитателей можно прочитать в книге Везенберг-Лунда о фауне пресных вод (1937).
По-разному дышат животные в пруду подо льдом, Некоторые водные насекомые получают свежий воздух из пузырьков, поднимающихся со дна от зеленых растений и накапливающихся под ледяной корочкой. Это насекомые с воздушными органами дыхания, им, как и наземным животным, нужен атмосферный воздух. У других зимующих организмов, наоборот, водный тип дыхания, и они легко обходятся без воздуха; как и рыбам, им достаточно кислорода, растворенного в воде.
Вот, к примеру, личинки стрекоз. Многие из них проводят под водой по три-четыре зимы. Органы дыхания, нечто вроде жабр, находятся у этих удивительных созданий в задней кишке. Вопросами их дыхания занимались ученые разных стран, но самые обстоятельные работы принадлежат французу М. Устале (1896), швейцарцу Ф. Рису (1913) и немцу X. Герихе (1917). Число крохотных жаберных лепестков в задней кишке личинок стрекоз, как оказалось, достигает 24 тысяч.
Личинки весенних насекомых — ручейников, — проживающих в собственных изящных домиках из песчинок и палочек, обходятся без кислородных пузырьков. Они мирно «пасутся» на дне пруда и пропускают воду через свои домики. Если вынуть личинку из кокона, можно увидеть длинные блестящие жаберные нити, торчащие из тела. У личинок поденок, которые проводят в пруду год, а иногда и два, тоже есть большие, сразу бросающиеся в глаза воздушные трубки-жабры, уложенные по бокам тела.
Зеленые лягушки, которые по полгода проводят в спячке на дне пруда, в зимнее время дышат не легкими, а кожей. В этот период интенсивность их жизненных функций понижается, прекращается обмен веществ, питание; лягушки существуют за счет собственного жира, накопленного летом.
Через кожу дышат многие жители пруда. Некоторые только таким способом и переживают зиму. Иные же совсем не выдерживают суровых условий жизни подо льдом. Миллионы мелких организмов — дафнии, гидры, моллюски и большая часть невидимых микроскопических существ (так называемый планктон) — исчезают навсегда. Но, прежде чем погибнуть, они, как и растения с плавающими листьями, оставляют стойкие зачатки, почки, семена и т. п. Простая клетка, отделившись от материнского организма, опускается на дно. Там крошечный зародыш до поры до времени спит. Все его врожденные свойства заключены в капсулу, защищенную плотной оболочкой.
Миллиарды таких зародышей покоятся сейчас на дне пруда. Они проснутся к весне, разовьются, и на свет божий появятся крошечные живые существа всех видов и форм, какие встречаются в природе, — плавающие, ползающие, колеблющиеся с помощью ресничек.
Так зимует большинство жителей водоема. И если когда-нибудь наступит слишком холодная зима и пруд промерзнет до дна, а значит, погибнут и рыбы, и улитки, и насекомые, то зародыши эти переживут катастрофу и заполнят пруд новой жизнью, как только пробьются первые лучи весеннего солнца и начнет таять лед.
Февраль
Передо мной несколько маленьких жучков-листоедов — радужницы, наиболее часто встречающийся вид из рода Donacia. Летом радужницы, словно драгоценные камни, сверкают на листьях кувшинок, рогоза, ириса, осоки и других прибрежных растений и трав. Это солнцелюбивые существа. Появляются они в определенный период, с мая по сентябрь, и каждому виду отпущена жизнь от трех недель до трех месяцев. В природе существует десятка два видов листоедов, а внутри них особи различаются еще и окраской: синей, красной, фиолетовой, золотистой, оранжевой.
В летнюю пору личинки листоедов живут под водой и дышат на свой лад, по-другому, чем организмы, о которых уже говорилось. Замерз ли пруд или нет — им это неважно. Они добывают воздух из водных растений. Эти крошечные уродливые насекомые вонзают «дыхательные шипы» в ткани корней, находящихся под илом, и вытягивают воздух из так называемого межклеточного пространства, то есть пространства между стенками растительных клеток.
Личинки как будто сидят в скафандре и накачивают в себя воздух двумя шипами — так водолаз поддувает свой костюм через шланг. Подобно водолазу, выпускающему отработанный воздух через специальный клапан, эти крошки-личинки выпускают использованный ими воздух через свои «клапаны» — задние дыхательные щели.
И питаются они растениями. Плотно укрепившись на корнях так, чтобы нигде не просачивалась вода (вроде медицинских банок на теле человека), они вгрызаются в корни, вытачивают круглую дырку и лакают сок язычком.
Личинки радужниц строят водонепроницаемый и прочно прикрепленный к корням кокон — блестящий футляр из экскрементов и веществ, вырабатываемых железами; когда же личинка становится куколкой и съеживается, кокон наполняется воздухом от растений. Так и сидят жучки, глубоко под водой или подо льдом, — сухие и невредимые, непрерывно получая воздух.

«Замок Фрюденхольм» открывает новую и очень интересную страницу в творчестве Шерфига. Впервые за многие годы литературной деятельности писатель обратился к исторической хронике. Книга посвящена самому тяжелому и трудному периоду в истории Дании — «пяти проклятым годам» гитлеровской оккупации.

«Ботус Окцитанус, или восьмиглазый скорпион» [«Bothus Occitanus eller den otteǿjede skorpion» (1953)] — это остросатирический роман о социальной несправедливости, лицемерии общественной морали, бюрократизме и коррумпированности государственной машины. И о среднестатистическом гражданине, который не умеет и не желает ни замечать все эти противоречия, ни критически мыслить, ни протестовать — до тех самых пор, пока ему самому не придется непосредственно столкнуться с произволом властей.

Это книга о бродячих псах. Отношения между человеком и собакой не столь идилличны, как это может показаться на первый взгляд, глубоко в историю человечества уходит достаточно спорный вопрос, о том, кто кого приручил. Но рядом с человеком и сегодня живут потомки тех первых неприрученных собак, сохранившие свои повадки, — бродячие псы. По их следам — не считая тех случаев, когда он от них улепетывал, — автор книги колесит по свету — от пригородов Москвы до австралийских пустынь.Издание осуществлено в рамках программы «Пушкин» при поддержке Министерства иностранных дел Франции и посольства Франции в России.

Сергей Витальевич Суматохиндоктор педагогических наук, профессор, заведующий кафедрой методики преподавания биологии и общей биологии химико–биологического факультета Московского городского педагогического университета.

Неандертальцы не были нашими прямыми предками, но тем не менее они наши ближайшие родственники, и у нас с ними очень много общего. Называть их тупиковой ветвью эволюции, по мнению автора этой книги, столь же неверно, как неверно применять этот эпитет по отношению, скажем, к коренному населению Тасмании и другим первобытным популяциям людей, уничтоженным в результате европейской колонизации. Скорее, неандертальцев следует считать «дублёрами» гомо сапиенс, запасным вариантом антропогенеза. Почему же история выбрала нас, а не их? Как происходил этот выбор? Что сыграло в нём решающую роль? Был ли он предопределен заранее или зависел больше от привходящих и потому во многом случайных обстоятельств?Автор рассматривает эти и многие другие вопросы, попутно суммируя и в доступной для неспециалистов форме излагая то, что известно сейчас о происхождении и эволюционной истории неандертальцев, их умственных и языковых способностях, материальной и зарождавшейся духовной культуре, о динамике их расселения и причинах вымирания.

Всего в мире известно 15 тысяч видов муравьев. Это не столь уж много, если сравнить с числом других видов насекомых. Зато по количеству муравьи самые многочисленные на земле насекомые. Их больше, чем всех остальных животных, вместе взятых.В этой книге рассказывается о тех муравьях, которых автор наблюдал в горах Тянь-Шаня, преимущественно около восточной части озера Иссык-Куль, в местах, где провел свои последние дни известный натуралист Н. М. Пржевальский.Рисунки автора.

Автор и составитель буклетов серии «Природу познавая, приумножай богатство родного края!»САМОЙЛОВ Василий Артемович – краевед, натуралист и фольклорист, директор Козельского районного Дома природы. Почетный член Всероссийского ордена Трудового Красного Знамени общества охраны природы.

Cтатья, фрагментами публиковавшаяся в журнале "Реальность фантастики". Касается она всякой биологии-зоологии, которая встречается в нф-текстах. И не только... Об элиенсах, кинг-конге, клонировании, ксенофобии и генетических модификациях.Материал представляет собой развернутую версию доклада на последнем "Портале". Когда я его готовила, то не предполагала, что столько народу будет просить "распечатку", которой у меня не было (только тезисы). Поэтому и появилась идея расширить текст доклада и превратить его в статью.