Процессы о колдовстве в Западной Европе в XV–XVII веках - [3]
Еще до пытки колдунью обыкновенно подвергали мучительной операции отыскания стигмата дьявола.
По общему верованию, на шабаше дьявол касался каждого вновь прибывшего, при чем место прикосновения дьявола делалось нечувствительным к боли.
Для отыскания этого стигмата патенту завязывали глаза и вонзали ему в голое тело длинные иглы. Если он не чувствовал укола, то стигмат считался найденным, и обвиняемый был потерян. По словам демонологов это был самый верный признак колдовства.
Иногда судьи, дабы вернее погубить обвиняемого, прибегали к хитростям и только для вида касались его, не втыкая иголку в тело; но иногда у обвиняемых и действительно бывала местная анестезия, тем более, что многие женщины, арестованные за колдовство, были суеверны и истеричны.
Перед ниткой колдунью обыкновенно донага раздевали и тщательно состригали на ее теле все волосы, дабы легче найти так называемый талисман молчания, т. е, кусочек бумаги с какой-нибудь надписью.
Демонологи утверждали, что пока колдунья имеет на себе этот талисман, она – нечувствительна к мучениям и никогда не сделает признания.
Некоторые женщины, которые и сами считали себя колдуньями, действительно запасались такими талисманами и, возможно, что, благодаря самовнушению, иногда они не чувствовали боли.
Наиболее употребительные пытки были следующие.
1) Эстрапада, или дыбả. Пациенту закручивали руки назад и, привязав их к веревке, на блоке поднимали его на воздух. Так как вся тяжесть тела падала па руки, то часто последние выскакивали из суставов и по окончании пытки их приходилось вправлять на место.
Для увеличения мучений к ногам пытаемого подвязывали тяжести, или встряхивали веревку, сначала подтянув её кверху, а потом разом отпуская её. На веревке пытаемого держали до получаса и более.
Иногда его стегали при этом бичами или жгли под ногами угли и серу.
2) Пытка водой. Пациента раскладывали на спине и, крепко привязав его и раскрыв его рот, вливали в него при обыкновенной пытке четыре пинты, а при чрезвычайной – восемь пинт воды. Живот пытаемого вздувался и мучения были невыносимы.
3) Испанские сапоги (brodequins). Пациенту крепко стискивали ноги между досками и вбивали между ногами и досками клинья, при обыкновенной пытке четыре, а при чрезвычайной восемь. Эти клинья не только сдирали кожу с ног, но иногда раздробляли и кость. Другой род brodequins были сапоги из дерева, которые сжимались на винте и страшно жали ноги.
4) Напалечники (poucettes) железные напалечники, которые надевали на большой палец и с помощью винта всё более сжимали их, доводя пытку иногда до раздробления кости пальца.
б) Пытка огнём: пациенту жгли cерy под мышками, между пальцами ног, и так далее, или поджигали пятки на раскаленных угольях, или захватывали мясо раскаленными щипцами.
При этом были разные приспособления: например, железное кресло, на которое привязывали пациента и постепенно нагревали сидение.
6) Каркан, или ошейник с острыми гвоздями, прикрепленный на столбе, к которому привязывали пациента, введя ему шею в каркан. Затем ему поджигали ступни угольями, и он начинал танцевать на месте, но при каждом движении гвозди вонзались ему в тело.
7) Кобыла (le chevalet), это были две доски, сложенные под острым углом и укрепленные на двух подставках так, что верхняя их сторона была острой. На эту кобылу пытаемую сажали верхом и привязывали к её ногам тяжести, вследствие чего острый край дерева медленно, но верно входил в её тело.
В 1647 году Maрия Карлье, 13-ти лет, была продержана на кобыле нисколько часов, и палачи три раза прибавляли тяжестей к её ногам прежде, чем вынудили у неё сознание.
В Авиньоне, городе пап, употребляли еще следующую пытку, занесенную туда из Рима. В тепло нагретую комнату, посредине которой была устроена остроконечная пирамида, вводили до нага раздетого пациента и усаживали его на самый верх пирамиды; так как руки и ноги его были подтянуты веревками, то вся тяжесть тела падала на конец пирамиды, который далеко входил в тело. Обыкновенно пытаемый лишался чувств от невыносимой боли, но тогда его заботливо приводили в себя и снова подвергали этому роду сажания на кол.
Но вообще пытка разнообразилась до бесконечности, делая честь изобретательности судей-палачей.
Пытаемого обливали горячей смолой, вырывали ему ногти, втыкали под ногти острые иглы и т. д. И это повторялось до тех пор, пока в пациенте оставалось хоть немного сознания и чувствительности.
По правилам пытку позволялось применять один раз и в течение ¼ часа. Возобновлять ее можно было лишь при появлении новых доказательств виновности колдуньи, но демонологи обходили это правило благодаря чисто иезуитскому различию, а именно: всякая новая пытка, хотя бы и на другой день, считалась не возобновлением или повторением, а лишь продолжением первой пытки.
Честь этого казуистическаго обхода принадлежит Шпренгеру, который говорит в «Malleus maleficarum»: quod si nес sic (questionata) poteritad veritatem induci, tunc pro secunda ant tertia die questionanda ad continuandum tormenta non ad iterandum quia iterari non debent nisi nova supervenissent, indicia:
![Оккультизм и магия](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Сияние славы самурайского сословия](/storage/book-covers/bd/bd7ffa631fa0016e01deaa607ab703223b7bfa4e.jpg)
Слово «самурай» – синоним отважного воина, сражающегося за высокие идеалы и ставящего честь выше своей жизни. Влияние самурайского военного сословия, долгое время первенствующего в Японии, способствовало превращению всего японского народа в «нацию самураев». Новая книга Вольфганга Акунова выходит в серии «Документы и материалы древней и новой истории Суверенного военного ордена Иерусалимского Храма», ибо самурайство – японский аналог христианского рыцарства, архетипом которого стал Орден бедных соратников Христа и Храма Соломонова.
![Данте, который видел Бога. «Божественная комедия» для всех](/storage/book-covers/8d/8d7163342ca97bc35c6eb18d52888ef7e9d7ec9b.jpg)
Тридцатилетний опыт преподавания «Божественной комедии» в самых разных аудиториях — от школьных уроков до лекций для домохозяек — воплотился в этой книге, сразу ставшей в Италии бестселлером. Теперь и у русского читателя есть возможность познакомиться с текстами бесед выдающегося итальянского педагога, мыслителя и писателя Франко Нембрини. «Божественная комедия» — не просто бессмертный средневековый шедевр. Это неустаревающий призыв Данте на все века и ко всем поколениям людей, живущих на земле. Призыв следовать тому высокому предназначению, тому исконному желанию истинного блага, которым наделил человека Господь.
![Посттоталитарная теология. Современный кризис христианства и его преодоление](/storage/book-covers/2e/2e204d106ac2c567a3b3f6912c9e3dd4a57a3d56.jpg)
Библия учит нас понимать историю как Божественное откровение, как пространство диалога человека и Творца. Как в этой связи осмыслить событие тоталитаризма, отбросившее свою тень на весь XX век? Были ли у него духовные причины? Если сейчас, после краха нацистского и советского режимов, происходит исход в некое посттоталитарное время, то что это значит? Как должно измениться христианство и другие религии? Какое в духовном смысле будущее может ждать Россию и Русскую православную церковь? Что произойдет с иудео-христианскими отношениями после возвращения евреев на Святую Землю? Какое место русской святости в новой духовной реальности? И что такое русская святость сейчас? В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
![Древние палестинские обители и прославившие их святые подвижники](/storage/book-covers/07/0701f35ea4f99c2d93a0b9ab25200c4ff496fc21.jpg)
Вниманию читателей предлагается книга П.М. Сладкопевцева «Древние палестинские обители и прославившие их святые подвижники», впервые изданная в 1895–1896 годах в Санкт-Петербурге. Как писал сам автор, «для благочестивого христианина, желающего в судьбах минувшего поучаться неисповедимым путям Божиим и примером благочестивой жизни подвижников Христовых и словом назидания их умудряться во спасение, драгоценны сведения об этих обителях и пустынях, мужах и женах, в них подвизавшихся». При работе над изданием текст был приведен в соответствие с современными нормами грамматики, орфографии и пунктуации, даны дополнительные библейские ссылки (особенности авторского цитирования сохранены) и примечания; в некоторых случаях уточнены авторские примечания (добавления редакции – в квадратных скобках)
![Восточнославянское язычество: религиоведческий анализ](/storage/book-covers/30/30bda514071dad3998bc544fd6f66af4b3a29035.jpg)
Книга является переработанной и дополненной версией кандидатской диссертации на тему «Анализ мифологической составляющей восточнославянского язычества», которая была защищена автором в 2008 году в Нижегородском государственном педагогическом университете. В книге рассматривается вопрос о сущности такого сложного явления, как восточнославянское язычество, намечаются возможные направления его изучения на современном этапе развития науки, делается попытка реконструкции представлений восточных славян о солярных божествах. Книга делится на два взаимосвязанных блока: теоретико-методологический и историко-этнографический.