Процессы о колдовстве в Западной Европе в XV–XVII веках - [2]
Так прибывшие в какой-нибудь город инквизиторы в церкви объявляли народу о своем намерении преследовать колдунов и под страхом отлучения требовали от каждого донести все, что он знает подозрительного о своих соседях.
А демонолог Bodin рекомендует и для Франции похвальный шотландский обычай, называемый «Indict», и состоящий в том, что в церкви выставлялся закрытый ящик для доносов.
Ранее основанием всякого судебного преследования были свидетельские показания, но инквизиторы понимали трудность найти свидетелей касательно сношения колдуна с дьяволом. И поэтому для возбуждения преследования по обвинению в колдовстве считалось достаточным иметь подозрение, основанное на доносе или на разных указаниях, а потом уже сам обвиняемый сознавался в колдовстве.
Понятно, кроме маньяков, никто не сознавался добровольно, ибо это сознание вело прямой дорогой к костру; но здесь на помощь инквизиторам выступала пытка, в сравнении с которой и самая смерть являлась облегчением.
Всякая мелочь могла служить основанием к преследованию колдуна и давать повод к подозрению.
Тот, кто не донесет на колдуна, был под подозрением, но и тот, кто доносил слишком усердно, возбуждал подозрение, ибо он делал это, по мнению Дель-Pиo, с целью отвлечь внимание от самого себя.
Небрежность в исполнении обязанностей или слишком большая набожность были одинаково подозрительны.
Вообще же женщины считались более склонными к колдовству, чем мужчины.
Между другими причинами Шпренгер объясняет это тем, что женщины чувственнее и лживее, нежели мужчины, ибо, говорит он, женщина была создана из ребра человека, а так как ребро это было кривое, то женщина склонна ко лжи. И затем, он прибавляет, что слово Femina (женщина) происходит от слов fe (по-испански «вера») и minus («менее»), что явно-де указывает на её меньшую твердость в вере.
Если одна женщина скажет другой: «смотри у меня» или «ты за это поплатишься», или что-нибудь в этом роде, то она уже достойна подозрения; но если после этого у второй женщины случится какое-нибудь несчастье (болезнь её или семейных, смерть домашнего животного, или уменьшение молока у коровы), то доказательство колдовства налицо.
Если женщина тронет ребенка или корову, она – подозрительна, но если те заболеют, то она колдунья.
Если она долго гуляет по берегу озера или реки, то это подозрительно, но если вскоре после этого будет град или дождь, то виновность её – несомненна.
Привязанность к собаке и её ласки тоже подозрительны. Так, современники утверждали, что черная собака, всюду следовавшая за Корнелием Агриппой, была самим дьяволом.
Но держать у себя черную кошку было, понятно, еще опаснее, ибо всякому известно, что это любимое животное колдуний.
Согласно демонологам, для осуждения колдуньи достаточно малейшего подозрения. Так как колдовство совершается ночью и втайне, то по отношению к нему обыкновенная процедура – неприменима, говорить de Lancre, a Дель-Рио поясняет, что несправедливо добиваться очевидности в преступлении, самый характер коего не допускает её.
De Lancre признает, что при таких условиях иногда можно осудить и невинного, но, по его мнению, это не имеет значения в сравнении с освобождением хотя бы одного колдуна, который потом-де совратит или повергнет в несчастие сотни людей.
К тому же демонологи считали себя орудиями Бога, и потому Бог сам-де уже разберется в том, кто из сожженных виновен или нет, при чем невинные будут вознаграждены райским блаженством.
Хотя свидетели, как мы видим, не были обязательны в процессе о колдовстве, но судьи все-таки охотно к пим прибегали.
Шпренгер советует иметь не менее трех свидетелей, но он весьма нетребователен по отношению к их характеру. В делах о колдовстве все принимаются в свидетели: и родственники, и слуги, и преступники, и далее отлученные от церкви, но при одном условии – если они показывают против, а не за обвиняемого.
Кроме того не рекомендуется допрашивать свидетелей перед обвиняемой (разве только они сами этого пожелают). Вообще же не следует сообщать колдунье даже имен лиц, показывающих против нее, ибо она может отомстить им.
Обвиняемая не имеет права выбирать себе адвоката, но судья может назначить ей такового. Однако Шпренгер советует воздерживаться от этого, особенно молодым и неопытным судьям, объясняя это тем, что адвокат легко может смутить их своими доводами.
Одним словом, в этих процессах делалось все, чтобы отнять у обвиняемых всякую возможность оправдаться, и чтобы побудить судью непременно высказаться за осуждение.
Шпренгер предостерегает судей и против жалости к обвиняемым. Колдунью, говорит он, надо всегда вводить в залу суда спиной к судьям, ибо «если она первая взглянет в глаза судьи, то, вследствие ее чар, сердце судьи проникается жалостью и он не находит в ней никакой вины. Но если судья запасется освященной солью и сделает знамение креста, то, мужественно действуя против колдуньи, он может надеяться сломить силу змея»!
2. Виды пыток и стигматы дьявола
В своих пытках инквизиторы были весьма изобретательны, и видя, с какой жестокостью они мучили несчастных женщин и с какими хитростями старались вырвать у них признание – можно думать, что именно они, а не их жертвы, были слугами и помощниками дьявола.
![Оккультизм и магия](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Сияние славы самурайского сословия](/storage/book-covers/bd/bd7ffa631fa0016e01deaa607ab703223b7bfa4e.jpg)
Слово «самурай» – синоним отважного воина, сражающегося за высокие идеалы и ставящего честь выше своей жизни. Влияние самурайского военного сословия, долгое время первенствующего в Японии, способствовало превращению всего японского народа в «нацию самураев». Новая книга Вольфганга Акунова выходит в серии «Документы и материалы древней и новой истории Суверенного военного ордена Иерусалимского Храма», ибо самурайство – японский аналог христианского рыцарства, архетипом которого стал Орден бедных соратников Христа и Храма Соломонова.
![Данте, который видел Бога. «Божественная комедия» для всех](/storage/book-covers/8d/8d7163342ca97bc35c6eb18d52888ef7e9d7ec9b.jpg)
Тридцатилетний опыт преподавания «Божественной комедии» в самых разных аудиториях — от школьных уроков до лекций для домохозяек — воплотился в этой книге, сразу ставшей в Италии бестселлером. Теперь и у русского читателя есть возможность познакомиться с текстами бесед выдающегося итальянского педагога, мыслителя и писателя Франко Нембрини. «Божественная комедия» — не просто бессмертный средневековый шедевр. Это неустаревающий призыв Данте на все века и ко всем поколениям людей, живущих на земле. Призыв следовать тому высокому предназначению, тому исконному желанию истинного блага, которым наделил человека Господь.
![Посттоталитарная теология. Современный кризис христианства и его преодоление](/storage/book-covers/2e/2e204d106ac2c567a3b3f6912c9e3dd4a57a3d56.jpg)
Библия учит нас понимать историю как Божественное откровение, как пространство диалога человека и Творца. Как в этой связи осмыслить событие тоталитаризма, отбросившее свою тень на весь XX век? Были ли у него духовные причины? Если сейчас, после краха нацистского и советского режимов, происходит исход в некое посттоталитарное время, то что это значит? Как должно измениться христианство и другие религии? Какое в духовном смысле будущее может ждать Россию и Русскую православную церковь? Что произойдет с иудео-христианскими отношениями после возвращения евреев на Святую Землю? Какое место русской святости в новой духовной реальности? И что такое русская святость сейчас? В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
![Древние палестинские обители и прославившие их святые подвижники](/storage/book-covers/07/0701f35ea4f99c2d93a0b9ab25200c4ff496fc21.jpg)
Вниманию читателей предлагается книга П.М. Сладкопевцева «Древние палестинские обители и прославившие их святые подвижники», впервые изданная в 1895–1896 годах в Санкт-Петербурге. Как писал сам автор, «для благочестивого христианина, желающего в судьбах минувшего поучаться неисповедимым путям Божиим и примером благочестивой жизни подвижников Христовых и словом назидания их умудряться во спасение, драгоценны сведения об этих обителях и пустынях, мужах и женах, в них подвизавшихся». При работе над изданием текст был приведен в соответствие с современными нормами грамматики, орфографии и пунктуации, даны дополнительные библейские ссылки (особенности авторского цитирования сохранены) и примечания; в некоторых случаях уточнены авторские примечания (добавления редакции – в квадратных скобках)
![Восточнославянское язычество: религиоведческий анализ](/storage/book-covers/30/30bda514071dad3998bc544fd6f66af4b3a29035.jpg)
Книга является переработанной и дополненной версией кандидатской диссертации на тему «Анализ мифологической составляющей восточнославянского язычества», которая была защищена автором в 2008 году в Нижегородском государственном педагогическом университете. В книге рассматривается вопрос о сущности такого сложного явления, как восточнославянское язычество, намечаются возможные направления его изучения на современном этапе развития науки, делается попытка реконструкции представлений восточных славян о солярных божествах. Книга делится на два взаимосвязанных блока: теоретико-методологический и историко-этнографический.