Призраки Уэли и козни Императора - [7]
— Конечно! Сама мысль о том, что нет никаких преград, мешает построить их! Ведь Джим Робинзон схватил его за руку, пытаясь помешать выпить тот роковой напиток.
Томас Уэли тут же приблизился к своему мёртвому телу и, мысленно давая себе указание, что это твёрдое тело и с ним необходимо проделать некоторые манипуляции. Он с уверенностью выхватил стакан из руки умершего самого себя и поставил его на стол. Торжествуя и ликуя в сердцах, Уэли без осторожностей вынул платок из кармана сюртука и с лёгкостью обтёр им рот покойника. После чего он поднял руки и сложил их накрест на столе перед телом.
В это время Томас услышал на втором этаже шорохи и понял, что проснулась Анна. Понимая, что жена сейчас обнаружит его отсутствие в их спальне, примет утренний туалет и спустится к нему в кабинет пожелать доброго утра, он заторопился и, пытаясь толкнуть тело к столу от спинки кресла, его руки вновь прошли сквозь тело.
— Без паники! Необходимо сосредоточиться! Есть реальное тело, и я с ним справлюсь! — говорил Томас мысленно сам себе.
Но руки не слушались, и ничего не происходило. Он снова и снова пытался, но ничего. Ему казалось, что прошла уже целая вечность, и вот уже слышны лёгкие шаги Анны, приближающиеся к его кабинету. В отчаянии Томас толкнул тело от себя, и оно склонилось над столом, а голова послушно легла на руки, создавая видимость уснувшего за столом человека.
В этот момент послышался лёгкий стук в дверь и донёсся ласковый голос Анны:
— Милый! Доброе утро!
Дверь тихонько отворилась и в кабинет заглянула Анна. Она увидела Томаса, уснувшего за столом, нежно улыбнулась и тихонько закрыла дверь, не входя в кабинет. Томас, в своём новом облике, вздохнул и опустил руки с облегчением.
— А ты не так уж и прост, как я считал, — произнёс голос призрака Джима Робинзона.
Томас медленно повернулся от закрытых дверей в сторону голоса и увидел того самого, повешенного, которого видел в момент его смерти на эшафоте.
Глава 5
Выяснение отношений
Оторопелый Томас Уэли стоял и смотрел на своего противника. В первый момент, не решаясь что-то сказать, он двинулся по направлению к Джиму Робинзону. Но тот, в свою очередь, продолжил:
— Такому трюку, который ты проделал через час после своей смерти, я научился много лет спустя, да и того мало, ты был первым, на ком я проделал подобный опыт.
Робинзон смотрел на Томаса с уважением и с испугом. Он, конечно, не ожидал такого поворота, но теперь необходимо сглаживать ситуацию, иначе от такого противника можно ожидать чего угодно.
В этот момент Томас приблизился к Робинзону лицом к лицу, и спокойно заговорил:
— Вы думаете, что я покинул привычный для меня мир раньше времени для того, чтобы меня здесь комплиментами осыпали? — Томас многозначительно выдержал паузу и продолжил. — Или, может быть, пожать вам руку и воскликнуть: «О-о-о, привет, дружище! Как дела, старина?» Вы думаете, натворили бед, а я пожаловал в этот мир, чтобы броситься к вам в объятия?! Или пасть перед вами на колени за то, что оказался случайным свидетелем вашей казни? Таким же свидетелем, как и сотни человек, стоявшие тогда на площади. При этом, заметьте, не по своей воле, и не ради любопытства. А по прихоти городских властей.
Робинзон попытался возразить, но Томас настаивал, не давая тому вставить ни единого слова. Этот призрак рослого детины осёкся на полуслове и попятился назад, чувствуя надвигающуюся бурю, которая если разразится, то ему некуда будет деться. А Томас продолжил, полон ярости и гнева:
— Вы должны быть благодарным мне и моей семье за услугу, оказанную вам, за то, что у вас есть возможность в образе призрака не болтаться по пустырю, пугая проходящих мимо прохожих, а жить в этом прекрасном доме, в котором вас приютили и не предприняли никаких мер, чтобы от вас избавиться. Так ведь нет же, вы решили обвинить меня неизвестно в чём, и при этом отобрали у меня ни в чём не повинных детей.
Робинзон перебил Томаса и язвительно заметил:
— Не нужно из себя строить невинного ангела. Ты и вся толпа, стоявшая перед эшафотом, могли бы воспротивиться решению суда. Казнь, по воле народа, вынужденно пришлось бы отложить и пересмотреть дело. Но не одна сволочь не осмелилась этого сделать.
— Простите, сударь, — перебил его Томас, — вам ли судить о том, что мы должны были делать на нашем месте. Не вы ли вышли на помост виселицы с улыбкой, отпуская бессмысленные фразы в адрес палача? Не вы ли, прослушав приговор, отнеслись к нему как полный болван, вместо того, чтобы возразить и дать народу понять, что происходит? Вы ли не слышали, как зачитали обвинение против вас, в котором говорилось, что вы вор и убийца?
— Я убийца? — возразил Робинзон.
— Да! — утвердительно ответил Томас. — Или вы были так поглощены своими шутками, что пропустили мимо ушей то, что вам, возможно, и приписали?! И скажите на милость, если вы считаете, что суд был к вам не справедлив, то причём здесь моя семья? Причём здесь мои дети? Почему вы не изволили причинить в знак мести ущерб тем, кто действительно причастен к такому решению, что вы оказались в петле? Извольте полюбопытствовать, почему вы не воспользовались моментом отомстить судьям и суду присяжных, когда они какое-то время находились в моём доме? И, между прочим, заметьте, по вашей вине. Когда вы посодействовали тому, чтобы сгорели мои складские помещения. Так нет же, после их появления вы просто исчезли, и появились здесь вновь тогда, когда суд убрался из моего дома.
![Призраки Уэли и странник третьего мира](/storage/book-covers/9d/9d5004a4ee3b56e7ba3ad2079a884d46c3a1ffdb.jpg)
Проявление у человека веры в потусторонний мир есть не что иное, как страх о конце существования его как личности. Жизнь прекрасна, когда она подкреплена верой о нескончаемой жизни души после ухода её из этого бренного мира.Вера в существование призрака — может быть одним из таких проявлений.Эта книга даёт шанс читателю погрузиться с главными героями в страну иллюзий и фантазии для продолжения активных действий в потустороннем мире…
![Проклятый](/storage/book-covers/a5/a54e05d1db109817fa7f61549cb0eeab4b2339ad.jpg)
«Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире. Кто знал, что Массакрия преподнесет мне такой сюрприз? Стать „невольным“ тестером. Не начав играть нарваться на проблемы. Окунуться в жизнь закрытого общества. Стать изгоем на которого ведут охоту. Этого я хотел? Нет. Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире…».
![Путь Белого Странника](/storage/book-covers/4b/4b1fb2b07243f8c1fde7772f57fc346895512679.jpg)
Путь человека тернист и извилист. А уж путь практикующего мага и вовсе лишён бытовой рутинной предсказуемости. Планы, в споре с событиями, способны сменять один другого с феерической быстротой, далеко не всегда своевременно советуясь о своих намерениях с хозяином. Если же маг ставит перед собой заведомо невыполнимую задачу, партия обещает быть особенно занимательной. По одному тузу из каждого рукава в пользу извилистости и непредсказуемости пути! А там и до джокера недалеко…
![Судьба](/storage/book-covers/3b/3b9cb238292aafcccc0dfd049e0ed286a8238880.jpg)
Гилтас Следопыт привел свой народ в новый рай — легендарную долину Инас-Вакенти. Но запретная долина привлекает и других. Искатели приключений и ученые, священники и сумасшедшие, злобные враги, все пришли туда. А кое-кто пришел из самой необитаемой долины. В это время, Кериансерай, наконец, воссоединилась со своим мужем, приведя на помощь беженцам свой отряд солдат с грифонами. Гилтас настаивает, что судьба эльфов лежит среди влажных туманов и бродячих призраков забытой долины, но никто не знает, прав ли он, или они с Львицей ведут азартную игру — а на кону выживание их народа.
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.
![Последний Полет](/storage/book-covers/78/78feb28de2fa30b6dc3a7736fd268dc5f274c6e9.jpg)
Серые Стражи снова стали героями Тедаса: Архидемон повержен, а оставшиеся порождения тьмы загнаны обратно под землю. Мор окончен. По крайней мере, так кажется. Валья, молодая эльфийка-маг, недавно принятая в ряды Серых Стражей, получила задание изучить исторические записи прежних Моров, чтобы лучше понять новый - и тревожный - феномен, связанный с порождениями тьмы. В ходе её исследования Четвёртого Мора обнаружилось зашифрованное упоминание, нацарапанное на полях древней карты, а также спрятанный дневник Иссеньи - из последних легендарных наездников на грифонах.