Последняя пастораль - [7]
Голод не тетка — мы эту слякоть варили, и получался кисель. Ничего, кисленький. А другого ничего у нас и не было. Не с той ли поры поселилась в Ней эта голодная нетерпеливость?..
Остров тогда был не желто-серый, как сейчас, а белый, маленькая Антарктида.
С природой что-то неладное, непонятное творилось — впрочем, чему удивляться? — в судорогах предсмертных она силилась, спешила еще что-либо напоследок, под занавес породить, произвести, но разлаженный генный механизм выбрасывал из недр своих нелепейшие комбинации, бессмысленные и бредовые, вроде тех трехголовых крыс, насмерть ранящих, загрызающих самих себя.
К паукам же своим мы даже привыкли, кормильцы наши как-никак. И в общем — безобидные. Тем более оценили их, когда вдруг, в одну ночь все переменилось, и, как все теперь, не в лучшую, в худшую сторону. Я проснулся оттого, что рядом кто-то дрожит, крепко схватившись за меня руками. А это Она — слушает и просит не спать, послушать. Отвратительный писк доносился снаружи. Весь остров, казалось, гадливо дрожал, вздрагивал от тысяч шныряющих по нему крыс, пожиравших пауков. Бедняги пытались спрятаться в нашей пещере, и вот тут мы увидели, рассмотрели новых своих соседей по планете-острову. Крысы эти походили на тощих нутрий, но с несколькими головами. Три или даже четыре оскаленные пасти на стеблистых шеях. Пауков не стало, и крысы уже охотились друг на дружку. Это был кошмарный месяц — их соседство. Все время ожидая нападения, они непрестанно скулили и искали, во что впиться зубами. А так как каждая морда, пасть на длинной шее могла дотянуться до соседней своей же морды, шеи, они в панике и злобе загрызали сами себя, не замечали, что течет их собственная кровь, что свою выпускают.
А когда и крысы пропали в одночасье (будто примерещились), из оглушенного, разлаженного чрева жизни выбросило вот это — рыхлые огромные цветы. Наш голод готов был и на них наброситься, если бы не их будто бы запах, а главное, нам водопад выплеснул первую рыбину и маленького краба. Казалось, возвращается подобие прежнего мира, нормального. Ну, не вполне, а все же. А затем объявились и наши милые, прекрасные посланцы неба — дождевики.
Ими сейчас и занимается моя Женщина, пока я поджариваю рыбу на постоянно тлеющем в расщелине огнище.
У нас уже имеется несколько каменных ванн, где мы наращиваем запасы белка. Все отходы другой пищи бросаем небожителям — дождевикам: плодитесь и размножайтесь! Как в космических ракетах — замкнутый цикл.
Она сидит на поджатой ноге (любимая поза), показывая мне истертую хождением босиком круглую пятку, волосы перекинула на одно плечо, чтобы не мешали, и перебирает грязно-розовую массу. Подняв повисших между пальцев дождевиков, любуется, рассматривает, ну совсем как в былые времена сестры Ее нитками жемчугов любовались. Наблюдать Ее вот такую — ничего в мире интереснее, прекраснее не осталось, не оставлено мне. Поласкав дождевиков пальцами и взглядом, полюбовавшись, поиграв с живыми ожерельицами, отделила нужную для бульона порцию и направилась к другой лунке, где помоет червей, а затем будет растирать их камнем. Но остановилась, задержалась возле костра, выразительно втянула ноздрями вкусный запах жареной рыбы. Сама же ловко, изящно удерживает на растопыренных пальцах, словно пряжу, извивающихся небожителей.
— А знаешь…
И начинает рассказывать еще один свой сон, не забывая следить за руками, ласково уговаривая тех, что у нее на пальцах: «Ну куда вы, дурачки?.. Ну посидите спокойно». Я подозреваю, что сон сочинила уже утром, а впрочем, с Нею не разберешься.
— Приснилось, что у меня ребеночек с тремя головками, я их целую, глажу, одно личико смеется, другое хмурится…
— Нет, давай лучше, чтобы каждый сам по себе!
— Как скажешь! Рожу не хуже, чем эти ваши шлюхи!
Ага, мстит мне за «я пустая, да?», как будто не Она сама, а я так подумал, сказал.
По-детски весело и легко говорит, а знала бы, о каких вещах, каких сатанинских! Природа запрятала тяжелые элементы и тайны, опасные для нас, поглубже — вытащили на свет божий. И забили то на одном, то на другом конце планеты рукотворные вулканы, сея невидимую смерть и уродства. Все, что прежде будило мысль об истоках жизни, о чистоте истоков (зелень, молоко, дети), теперь существовало в перевернутом виде. Скошенная пахучая лужайка перед музеем: «Интересно, сколько тут миллирентген?» Осеннее свечение берез, пора беспричинной, счастливой грусти: свечение, излучение… листья по асфальту как искры невидимого зловещего пожара. Девочка несет две бутылки молока: «Кто, кто дал ей эти гранаты?» Стайка шумных детишек-школьников вбежала в вагон метро, и о чем подумалось? О щитовидках, о маленькой печени, о тех же рентгенах, миллибэрах, детские клетки их всасывают, как губка…
Очень точно проследив за крысиной пробежкой моей памяти, Она как поленом вслед швырнула:
— Это всё вы, Каины! Всекаины!
И удалилась в величавом, царственном гневе заниматься своими червяками, бульоном.
А я почему-то вспомнил картину, которую видел, кажется, в нью-йоркской галерее. Воины выстроились резко наклоненной вперед стенкой против такой же стенки врагов. И те и другие дружно выбросили вперед дула ружей, вот-вот произведут залп. У этих и у тех — по одному миндалевидному глазу на каждом лице. Только у одних — левый, у других, соответственно, — правый.
![Немой](/storage/book-covers/c3/c34916c61a8d6b9ada2b6be4820223dc373c4026.jpg)
Видя развал многонациональной страны, слушая нацистские вопли «своих» подонков и расистов, переживая, сопереживая с другими, Алесь Адамович вспомнил реальную историю белорусской девочки и молодого немецкого солдата — из минувшей большой войны, из времен фашистского озверения целых стран и континентов…
![Я из огненной деревни…](/storage/book-covers/e5/e54c438a48e47bf02e0d82d22569e9223dcf9187.jpg)
Из общего количества 9200 белорусских деревень, сожжённых гитлеровцами за годы Великой Отечественной войны, 4885 было уничтожено карателями. Полностью, со всеми жителями, убито 627 деревень, с частью населения — 4258.Осуществлялся расистский замысел истребления славянских народов — «Генеральный план „Ост“». «Если у меня спросят, — вещал фюрер фашистских каннибалов, — что я подразумеваю, говоря об уничтожении населения, я отвечу, что имею в виду уничтожение целых расовых единиц».Более 370 тысяч активных партизан, объединенных в 1255 отрядов, 70 тысяч подпольщиков — таков был ответ белорусского народа на расчеты «теоретиков» и «практиков» фашизма, ответ на то, что белорусы, мол, «наиболее безобидные» из всех славян… Полумиллионную армию фашистских убийц поглотила гневная земля Советской Белоруссии.
![Каратели](/storage/book-covers/8b/8b870d0bbb3673f6ace1b4a73b66a2f6538c4b9c.jpg)
В книгу Алеся Адамовича вошли два произведения — «Хатынская повесть» и «Каратели», написанные на документальном материале. «Каратели» — художественно-публицистическое повествование о звериной сущности философии фашизма. В центре событий — кровавые действия батальона гитлеровского карателя Дерливангера на территории временно оккупированной Белоруссии.
![Война под крышами](/storage/book-covers/23/2342cd4c9813cafb1aeeecb0a66bb9f540a69d0f.jpg)
«…А тут германец этот. Старик столько перемен всяких видел, что и новую беду не считал непоправимой. Ну пришел немец, побудет, а потом его выгонят. Так всегда было. На это русская армия есть. Но молодым не терпится. Старик мало видит, но много понимает. Не хотят старику говорить, ну и ладно. Но ему молодых жалко. Ему уж все равно, а молодым бы жить да жить, когда вся эта каша перекипит. А теперь вот им надо в лес бежать, спасаться. А какое там спасение? На муки, на смерть идут.Навстречу идет Владик, фельдшер. Он тоже молодой, ихний.– Куда это вы, дедушка?Полнясь жалостью ко внукам, страхом за них, с тоской думая о неуютном морозном лесе, старик проговорил в отчаянии:– Ды гэта ж мы, Владичек, у партизаны идем…».
![Иван Мележ](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Король-предатель](/storage/book-covers/1d/1d8681aea2a21e5dc5bfa830e3fad393dc2c69af.jpg)
Дилогия про гномов — единственной расы, уцелевшей после фэнтези-апокалипсиса. Оставшись в полностью изолированном от внешнего мира городе, запрятанном глубоко в недрах гор, общество разделилось на три больших лагеря. Чернь, знать, король и его подчинённые — никто не ставит интересы других сословий ни в грош. В спёртом подземном воздухе отчётливо витает дух назревающей гражданской войны. Но главная опасность, уничтожившая всех людей, эльфов и орков, никуда не пропала. Грядёт конец всего сущего. Оставшееся в изоляции общество стремительно деградирует.
![Забудь меня, если сможешь](/storage/book-covers/cb/cb01afa3fcc39bd601520984b5fd06c586c66a81.jpg)
Когда кровожадные зомби заполонили улицы Лондона, ученые корпорации «Нью Сентори» начали поиски методов для спасения человечества. Они утверждали, что, пройдя процедуру оздоровления, люди смогут вновь обрести долгожданное спасение. Лишь немногие догадывались, что на самом деле стоит за разработками «Нью Сентори».В городе остались те,кто отказался примкнуть к идеям обезумевших ученых. Самым неуловимым оказался отряд «Торнадо». Ученые решили ответить аналогичными мерами, послав в тыл врага своего шпиона. До оздоровления ее звали Евой.
![Штамм «Ратоньера»](/storage/book-covers/35/35ff9cd2b714c5888c17d530a49b1ad07c6e9bea.jpg)
Уже почти пятьдесят лет, как вирус бесплодия поразил человечество. В мире остаются лишь стремительно стареющие взрослые, срок жизни утекает, как вода. Однако и здесь работают вечные истины: страшен не вирус, а человек; спасает не вакцина, а дружба и взаимовыручка; человек молод, пока способен любить; спасение приходит, когда ждешь его меньше всего.Метки: современность, открытый финал, насилие, нецензурная лексика, ангст, фантастика, постапокалиптика, антиутопия, смерть основных персонажей, смерть второстепенных персонажей.Визуализация: Кирилл (Валентин Зубков) — https://img01.rl0.ru/afisha/e772x520q65i/s1.afisha.ru/ms/3815ooJI_A2ZJmL5JHLv3f7sDaPeIxn3D5nO0yqsmgw.jpgМаксим в 47 лет (Радослав Брзобогаты) — http://m.kino-teatr.ru/acter/album/210571/515977.jpgЛиза (Чулпан Хаматова) — https://ss.metronews.ru/userfiles/materials/140/1401925/858x429.jpgАртем (Егор Баринов) — https://polit-gramota.ru/wp-content/uploads/2019/11/egor-barinov-unikalnye-fakty-4639c4d.jpgСемен (Михаил Ульянов) — https://w.today/wp-content/uploads/2019/06/343d0a2de6880fb9057e688a71e32480.jpgАнжела (Барбара Стрейзанд) — https://i.pinimg.com/736x/31/3b/a7/313ba79cef94855daa7482ac32d9b9c3.jpgИспанский террорист (Анатолий Смиранин) — https://cdn.smartfacts.ru/342549/conversions/anatoliy-smiranin_0-medium.jpgДед Митрич (Вячеслав Тихонов) http://donfilmstudios.ru/wp-content/uploads/2017/02/204-768x432.jpgЗаведующая дома культуры (Лариса Удовиченко) — https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/1683100/31c512a0-e057-4ed6-9903-cb48295424c2/s1200?webp=falseИван, ростовский активист (Леонид Марков) — https://s.mediasole.ru/cache/content/data/images/1490/149097.
![Праздник Святой Дженис](/storage/book-covers/bb/bb55510340ff811e7c83c30d604999d100dbc463.jpg)
Главный герой Вольфганг Ганс Мбикана, дипломат Юго-Восточной Африканской Торговой Компании, ожидая решения своего вопроса, путешествует по Северной Америке, пережившей Крушение и генетический шторм, сопровождая в концертном турне певицу, которая разыгрывает роль Дженис Джоплин.
![Обратный отсчёт](/storage/book-covers/7c/7cc1dbf339bcd45ebafba98c7f322717ae8f7d51.jpg)
Переработанный и окончательный вариант романа «Гагарин-шайтан». Действие охватывает 250 лет будущего России. Антиутопия. Можете считать роман постапокалиптическим :)
![Псы Господни (Domini Canes)](/storage/book-covers/4e/4e971286d505deaf33903aced622c16c446cf25b.jpg)
Это роман об Апокалипсисе, о науке, — роман о вере, роман о том, кто мы есть… и о том, что ждёт всех нас в темноте. И если Вам станет страшно, значит во вкрадчивой тишине пустых улиц Вы тоже услышали приближающееся: «…с-с-с-с-с…ш-ш-ш-ш-ш…..с-с-с-с-с…» — и Вы молча переглянетесь с авторами, понимающе щуря глаза — да, теперь Вы тоже обладаете знанием. Вот только спасёт ли оно нас?