Последний чёрный кот - [5]
И тут в комнату вошла рыжеволосая горничная в отутюженном платье с накрахмаленным передником. Она несла атласную подушечку изумрудного цвета. Вслед за горничной вышагивал франтоватый господин, на нём был жилет персикового цвета с перламутровыми пуговицами, брюки с идеально ровными стрелками и шейный платок из пурпурного шёлка.
Расмина бережно опустили на мягкую подушечку, и франт, который оказался — о-о! — кошачьим парикмахером, стал причёсывать его тремя разными щётками с золотыми ручками. При этом стоящий в углу граммофон с красной трубой наигрывал менуэты.
— Тебе нравится музыка? — раздался вдруг рядом голос.
— Предпочитаю мусаку[1], — буркнул я, обернулся — и увидел прелестную кошечку.
Ах, какая это была красавица! Блестящая чёрная шёрстка, тонкий хвост и сияющие синие глаза. На шейке — бархатная розовая ленточка с серебряным колокольчиком, который сверкал и переливался в лучах солнца. Не будь я влюблён в Глорию, ни за что не прошёл бы мимо.
— Ты его знаешь? — спросил я, кивнув на Расмина, который с важностью ста баронов принимал ухаживания парикмахера.
— О-ох! — простонала она. — Ну конечно же!
— Отчего ты стонешь? Съела несвежую рыбью голову, и разболелся живот?
— Вот балда! Я его люблю.
— Кого? Этого изнеженного бездельника?
— Расмин вовсе не изнеженный бездельник!
— А кто же он, скажи на милость?
— Обворожительный кот, красивый, как картинка! Увы, у меня нет шансов.
— Да? Почему?
— Я узнала, что хозяева собираются просватать за него одну ангорскую кошку. Какую-то Глорию.
— А-а, понятно... — немного растерялся я.
— Попадись мне на глаза эта Глория — знаешь, что бы я с ней сделала?
— Что?
— Я бы ей глаза выцарапала! — прошипела в ярости чёрная красотка. — Я бы ей по волоску повыдергала все её усы!
Ха-ха, именно такие любезности я мечтал оказать Расмину, да ещё опрокинуть ему на голову кастрюлю с горячей вермишелью. Однако я прекрасно понимал, что если это сделаю, тут же сбегутся люди, навалятся на меня и выдерут волосок за волоском мои собственные усы.
— Как тебя зовут? — спросил я незнакомку, к которой испытывал всё большую симпатию.
— Агата.
— А ответь-ка мне, Агата, на простой вопрос: ты где живёшь?
— В двух кварталах отсюда. В доме Лоренцо Латремура.
— Кто он такой?
— Оперный тенор. Ты наверняка его слышал.
— К счастью, нет.
Агата бросила на меня осуждающий взгляд.
— При первой возможности я выскакиваю из дому и мчусь сюда — полюбоваться на этого божественного кота!
Тем временем парикмахер развязал ленточку с бантом на шее Расмина и отдал её рыжеволосой горничной.
— Зачем он отдаёт ей ленточку? — спросил я Агату.
Она наверняка знала всё про кота своей мечты.
— Чтобы она постирала её в цветочной воде и выгладила. Расмин, между прочим, меняет ленточки каждый день. И все они из чистого японского шёлка.
— Да что ты говоришь!
— А по воскресеньям он носит ленточку из венецианского кружева.
— С ума сойти!
Агата, казалось, не замечала моей иронии.
— Потрясающий кот! — продолжала она с восторгом. — Он ест только крокеты из омара и пюре из варёных золотых рыбок.
Мне было что на это сказать, но я сдержался.
Я бросил последний взгляд на стеклянную дверь. Парикмахер спрыснул божественного кота духами из голубого хрустального флакончика (небось дорогущими), а горничная внесла на подносе свежевыглаженную лиловую ленточку. Ладно, с меня довольно.
Я распрощался с Агатой, которая с обожанием взирала на своего кумира, и направился к выходу. Погрузившись в свои мысли, я не заметил садовника, который опрыскивал розовой водой из серебряной чашки кусты роз, и наскочил на него. От неожиданности он выронил чашку, выругался и наподдал мне тяжёлым грязным сапогом. Э-эх, будь это не я, а Расмин, этот тип не то что ударить меня не посмел, но ещё и раскланивался бы передо мной угодливо! Ну да что уж тут говорить...
Покинув роскошную виллу, я принялся бесцельно бродить по улицам, улочкам и переулкам. Нам с Агатой, думал я, нужно объединиться, чтобы расстроить помолвку Глории и Расмина. В голове у меня роились планы один хитрее другого, как нейтрализовать Расмина и сделать обожаемую Глорию безраздельно моей.
И вдруг... Запах! Тот самый запах! Я его сразу узнал. Не колеблясь ни секунды, я решил следовать за этим запахом, куда бы он меня ни привёл и какие бы опасности ни встретились на пути.
Я глубоко вдохнул, чтобы удостовериться. Сомнений нет. Йод и мята! Мята и йод! Замедлив шаг, я спрятался в тени дверного проёма.
Вот он, таинственный коротышка в кепке! Перед каким-то складом по соседству с бакалейной лавкой. Вдвоём с верзилой в растянутом свитере они затаскивали в грузовичок деревянные ящики — с дюжину, наверно. Грузовичок старый, помятый, кое-где измазанный тёмно-красной краской.
До моих ушей долетали из ящиков приглушённые звуки — словно кто-то скрёбся и сдавленно мяукал. Впрочем, может, это были мои фантазии...
Коротышка в кепке, тяжело дыша, свалил в кузов последний ящик. Достал из кармана коробочку с мятными карамельками, одну протянул человеку в растянутом свитере, а другую положил себе в рот; его короткопалые руки в ссадинах и царапинах были залеплены пластырем и перемазаны йодом. Залез на переднее сиденье и захлопнул дверцу.
![Сибирский валенок](/storage/book-covers/48/4861c9b736f766ae44785347c39a668384ff9941.jpg)
В книгу современной писательницы С. Вьюгиной вошли рассказы о детях и их домашних питомцах, о неповторимой красоте русской природы. Герои книги – сибирский кот Валенок, попугайчик Рома, хомячок Конопастик, корова Зозуля, щенок Дик и многие другие.Для среднего школьного возраста.
![Мост через овраг](/storage/book-covers/7f/7f5e2dff167bdfcba763eb93c7bfecc1e0408fdb.jpg)
Тонкие, психологические рассказы о взрослении юной души, о богатом и многообразном мире подростка — нашего современника.
![Наташкины сказки](/storage/book-covers/fb/fb026a9c1e9c9b859e29739295e534e6c66e4146.jpg)
Произведения Владимира Кобликова о детях трогают своей искренностью, очень точным и образным языком, а главное — той удивительной добротой, которой наполнены герои. Все, что написано им для детей, согрето любовью к маленькому человеку, полно стремления ввести его в мир света, добра и приключений.
![Пусть танцуют белые медведи](/storage/book-covers/b6/b669c106c4bfaab7a595acdbb0be51f77b00aa81.jpg)
Повесть известного шведского писателя Ульфа Старка «Пусть танцуют белые медведи» рассказывает об обычном подростке Лассе: он не блещет в учебе, ходит в потертых брюках, слушает Элвиса Пресли и хулиганит на улицах.Но однажды жизнь Лассе круто меняется. Он вдруг обнаруживает, что вынужден делать выбор между новым образом примерного мальчика с блестящими перспективами и прежним Лассе, похожим на своего «непутевого» и угрюмого, как медведь, отца. И он пытается примирить два противоречивых мира, найти свое место в жизни и — главное — доказать самому себе, что может сделать невозможное…
![Простодурсен. Лето и кое-что еще](/storage/book-covers/c4/c415aada6fb9ec8280a8cfd0de3c54e33cf4d3be.jpg)
Перед вами – долгожданная вторая книга о полюбившихся жителях Приречной страны. Повседневная жизнь всех шестерых – наивного Простодурсена, надёжного Ковригсена, неугомонной Октавы, непутёвого Сдобсена, вредного Пронырсена и Утёнка, умеющего отыскивать необычные вещи со смыслом, – неспешна и подробна. В этом завораживающем мире то ли сказки, то ли притчи времена года сменяют друг друга, герои ссорятся и мирятся, маются от одиночества и радуются праздникам, мечтают о неведомой загранице и воплощают мечту о золотой рыбке…
![Тоня Глиммердал](/storage/book-covers/e0/e05d72bb13a8395d554ba7fd4201a21cc1a0847d.jpg)
Посреди всеобщей безмолвной белизны чернеет точечка, которая собирается как раз сейчас нарушить тишину воплями. Черная точечка стоит наборе Зубец в начале длинного и очень крутого лыжного спуска.Точку зовут Тоня Глиммердал.У Тони грива рыжих львиных кудрей. На Пасху ей исполнится десять.«Тоня Глиммердал», новая книга норвежской писательницы Марии Парр, уже известной российскому читателю по повести «Вафельное сердце», вышла на языке оригинала в 2009 году и сразу стала лауреатом премии Браге, самой значимой литературной награды в Норвегии.
![Вафельное сердце](/storage/book-covers/ce/ce3018548dedb564544cd368093949da36d89359.jpg)
«Вафельное сердце» (2005) — дебют молодой норвежской писательницы Марии Парр, которую критики дружно называют новой Астрид Линдгрен. Книга уже вышла в Швеции, Франции, Польше, Германии и Нидерландах, где она получила премию «Серебряный грифель».В год из жизни двух маленьких жителей бухты Щепки-Матильды — девятилетнего Трилле, от лица которого ведется повествование, и его соседки и одноклассницы Лены — вмещается немыслимо много событий и приключений — забавных, трогательных, опасных… Идиллическое житье-бытье на норвежском хуторе нарушается — но не разрушается — драматическими обстоятельствами.