Последние сумерки - [6]
– Ну, и что это было? Как думаешь, а? – спросил Ставр, вытряхивая из волос застрявший в них мусор. Братья, притащив в тень ведро с водой, без особенного успеха пытались привести себя в порядок.
– Что, Рьяна не знаешь? – отплевываясь кровавой слюной, прохрипел Гром. – Он, видать, еще в детстве молочка из-под бешеной коровки попробовал.
Ставр смочил в ведре две холщовые тряпки. И теперь братья по очереди обтирали друг другу спины и плечи, вымывая из ран, ссадин и укусов пыль и пот.
– А я вот думаю – это он из-за Бояны, – задумчиво предположил Ставр. – После ее смерти он совсем разумом повредился, разве не замечал?
– Точно, – кивнул Гром, морщась от боли. – Вон и змеюку-то бедную в окрошку нарубил. Мало ему было пополам ее хряснуть!
– Бояну жаль, конечно, кто ж спорит. Красивая девка была…
– Ага! Только на людей зачем же кидаться?
– Ну, ничего, сейчас ему Бер мозги быстренько вправит.
– Давно пора. Если осталось, чего вправлять! Ха-ха!!
Братья дружно расхохотались. И, облив напоследок друг друга остатками грязной воды из ведра, уселись опять на бревно.
Одинокий толстый шмель, уютно жужжа, старательно трудился вокруг одного-единственного цветка клевера, не успевшего засохнуть. Еле заметный горячий ветерок сушил капли воды на коже близнецов. Расслабившись после мощного выброса адреналина, они незаметно для себя уснули на задворках бани.
В доме Бера, там, где в лютую зиму всегда было жарко от огромной растопленной печи, теперь было более-менее прохладно. Толстые стены сруба не давали полуденному зною проникнуть внутрь.
Медведь, широко расставив ноги, сидел на полати и пил квас прямо из глиняного кувшина. Когда открылась дверь, он как раз допил последнюю каплю и смачно вытирал тыльной стороной ладони влажный румяный рот.
– Эт-то что еще за новости?! – вскинул он темные брови, увидев на пороге Рьяна, окровавленного и грязного, с опущенной головой и затравленным взглядом. – Какого лешего?! Что еще слу… Велемир?
Подтолкнув Рьяна в спину, следом за ним в покои Медведя вошел навий жрец.
– Медведь, – начал он, – я говорил тебе. Плохо, когда враги или злой рок мешают задуманному. Но когда распря и вражда отравляет жизнь внутри самого Рода – это гораздо хуже.
– Понятно, – протянул Бер, досадливо хмурясь. – Опять тебе, Рьянушка, силы молодецкие некуда девать? – ядовито спросил он. – Что молчишь? Отвечай, ты же смелый у нас, ничего не боишься!
Рьян медленно поднял лицо в кровавых потеках. Взгляд его, устремленный прямо в глаза Беру, был прям и уверен. Только некая пелена, подобная дыму пожаров, стояла стеной между ним и остальным миром, на что или на кого бы он ни смотрел. Или это были слезы, стремящиеся пролиться из воспаленных век?
– Да. Не боюсь. И никогда не боялся. Только тебе это не нужно, Бер. Не нужно моей отваги и смелости. Я для тебя просто такая же шавка, как эти двое… – он дернул головой по направлению к двери. – Тогда, помнишь, я предлагал тебе себя для поисков идола…
– Не смей говорить об этом! – предупреждающе зарычал Медведь.
– …Я готов был жизнь за тебя отдать, душу в навь отправить…
– Я сказал, не твоего ума это дело! – Медведь поднялся на ноги, опрокинув пустой кувшин.
– …а ты выбрал этого предателя!
– Молчать!!! – заорал Бер так, что с крыши дома сорвалась стая ворон, обосновавшаяся там клевать ягоды до времени созревшей черноплодки. – Вон отсюда!! Чтобы я тебя больше не видел, щенок!! Ищь, он учить меня вздумал! Все учить меня вздумали, будто у меня своей головы на плечах нет!!
Отчаянно сверкнув глазами, Рьян открыл рот, чтобы ответить. Велемир первым сообразил, что этот ответ будет стоить молодому оборотню жизни.
– Подожди, Бер! – крикнул он, не давая Рьяну начать говорить. – Подожди, Медведь, тут надо разобраться! Парень переживает после смерти Бояны, ты же знаешь…
Но глава лютичей уже пришел в охотничий азарт. Подойдя к Рьяну, он запустил широкопалую лапу в его спутанные волосы и запрокинул его голову назад, сверля своими черными глазами-бусинами.
– Еще раз откроешь свою глупую пасть, чтобы меня учить – пойдешь на корм воронам, как предатель… – пророкотал он.
– Я не пре… – попробовал произнести Рьян, но Медведь так дернул его за волосы, что слезы, горячие и жалящие, все-таки пролились из глаз волка-лютича.
– А если еще хоть раз я услышу, что ты сеешь смуту среди моих людей… – продолжал он, не замечая состояния Рьяна или, скорее, наслаждаясь им. – Тогда будешь…
– Не услышишь, не услышишь, я лично тебе обещаю… – Велемир поспешно подошел к ним и положил руку на напрягшееся потное плечо Бера, пытаясь его успокоить, – обещаю проследить за ним…
Пальцы Медведя медленно разжались. В руке у него осталась прядь угольно-седых кудрявых волос. Он брезгливо вытер ладонь о штаны.
– Ты больше не услышишь о нем, Бер, обещаю, – с облегчением сказал Велемир. – Я прослежу за ним…
– Я сам прослежу за собой!! – вскричал Рьян, одним прыжком отскакивая к двери и открывая ее у себя за спиной. – А ты, колдун, – он с ненавистью повернулся к опешившему от такого Велемиру. – Ты не смей своим поганым языком произносить имя Бояны!! Никогда!
С этими словами он покинул комнату, так громко хлопнув тяжелой дубовой дверью, что вороны, только что вернувшиеся на крышу, снова с карканьем сорвались в сторону леса.
![Притяжение страха](/storage/book-covers/62/62dfad7904754c4539d2c68ef66e81a02359bf68.jpg)
Потеряв жениха, ты встретишь самое прекрасное существо на земле, которое окажется… вампиром. Согласившись пойти на рок-фестиваль, спасешь от опасных «готов» юношу со смертельной дозой героина в кармане. Отказавшись от любви, станешь желанной сразу для двух мужчин! Решив предаться злу, ты сделаешься ангелом, а бессмертный умрет счастливым, вкусив твоей крови…Юлия не знала, что она — один из «забытых» ангелов, существ, посланных на землю в человеческом облике с единственной миссией. Но как понять, в чем она заключается? Может, в этом помогут башни знаменитого собора? Или доноры вампиров? Фиолетово-черный красавец с серебряными волосами или юноша-наркоман, оказавшийся потомком гениального архитектора?В любом случае, чтобы это выяснить, нужно сначала отправиться одной в таинственную готическую Барселону.
![Поцелуй зверя](/storage/book-covers/42/424fa643bf90f8efd693d24618023797824c713d.jpg)
Юля — ангел. Но имеет ли она право им быть? Ведь двое, любивших ее, — вампир и юный потомок великого Гауди, погибли из-за этой любви.В любом случае, чтобы вновь взлететь, нужно сначала отправиться на поиски древнего идола и оказаться в сердце зимнего русского леса, в логове «лютичей» — оборотней. 29 февраля, раз в четыре года, наступает Кощеев день, и каждый обретает истинную сущность. Любовь оборотня вернет тебя из другого мира, а жрец, встреченный на обряде, объявит тебя единственным существом, способным уничтожить зло.