Поместье Сорворт - [3]

Вдоль стен стояло несколько потемневших статуй; слой опавшей листвы покрывал пол. Расчистив ногой свободный участок, Бэйн обнаружил квадратную каменную плиту с выступающим бронзовым кольцом. Взявшись за кольцо, он потянул. Массивная плита подалась неожиданно легко и, когда Бэйн отпустил кольцо, с глухим стуком встала на место.

— Ради бога, не делайте этого!

Он повернулся к миссис Ларлин. Ее бледное лицо стало мертвенно-серым. Чтобы не упасть, ей пришлось опереться о стену. Бэйн поддержал ее под руку и повел к дому.

— Что с вами?

Чувство тревоги странно смешивалось с ощущением близости к этой женщине.

— Прошу вас, больше не прикасайтесь к плите. Это развалины фамильного склепа.

Боже! Бэйн совершенно забыл, что у молодой женщины только недавно умер муж. Пытаясь загладить оплошность, он пробормотал:

— Я думал… простите, мне показалось, что все тут так запущено. Эти листья сверху; мне и в голову не пришло, что…

— Нет, нет. Извините меня за резкость, — от былого волнения не осталось и следа. — Идемте, чай уже готов, капитан Бэйн.

За чайным столом в угловой комнате одной из башен миссис Ларлин была несколько холоднее, однако ее очарование и ум от этого лишь выигрывали. Впечатление от беседы омрачали горькие складки, пролегшие в уголках рта, словно какая-то невысказанная тайна притаилась под прекрасной внешностью хозяйки замка.

Незаметно прошел день. Прощаясь возле дверей, Бэйн с удивлением услышал новое приглашение:

— Если хотите, можете приходить завтра.

Заметив нерешительность гостя, хозяйка поспешно добавила:

— Если у вас есть дела…

— У меня нет никаких дел, миссис Ларлин, — ответил он, улыбкой прикрывая свое смущение. — Если быть до конца откровенным, меня несколько удивило ваше приглашение. Какой-то импульс… Я совсем не ожидал получить ответ на мое письмо.

Хозяйка пристально посмотрела на него:

— У меня нет друзей, капитан Бэйн, а здесь так одиноко. Мне страшно оставаться одной.

— Мне показалось, что вы не робкого десятка, миссис Ларлин. Не испугались пригласить незнакомого человека…

— Я боюсь не людей. — Она подошла ближе, вскинула голову. — Я боюсь мужа.

— Мужа? — Бэйн непонимающе взглянул на нее. — Я думал, что он умер.

Где-то в глубине дома скрипнула половица, ветер с силой сотряс оконный переплет.

— Вы чувствуете? — прошептала хозяйка. — Вы чувствуете? Кто-то рядом…

* * *

Каждое утро Бэйн покидал «Кингз армз» и отправлялся в гости в поместье Сорворт. В обществе Энн Ларлин он гулял по окрестностям, дышал воздухом, наслаждался природой. Однажды они поднялись на вершину холма Лорм, откуда открывался вид на-поместье. На полпути между холмом и крепостной стеной стоял огромный дуб, не покрывшийся еще листвой; его черные ветви вырисовывались подобно пальцам на фоне серой громады замка. В долине виднелись черепичные крыши домов: чуть дальше — деревенский рынок и заброшенные отвалы угольных копей.

В последние дни миссис Ларлин ни словом не обмолвилась о прощальном признании, сделанном в первый вечер. Ее настроение заметно улучшилось с той встречи, и Бэйн был доволен этим. Память о прошлом, казалось, не омрачала мыслей Энн… но так только казалось.

Стоя на вершине холма, она пристально вглядывалась в невысокую насыпь возле дуба.

— Вы… — она запнулась, — вы доверяете моим чувствам, капитан?

Бэйн удивленно пожал плечами.

— Я хочу подвергнуть ваше доверие испытанию. — Уголки ее рта прорезали две глубокие морщинки. — Вы ничего не видите возле того дуба?

Бэйн внимательно оглядел вересковую пустошь. Ни малейшего движения. Он прикрыл глаза рукой, защищаясь от солнца. На долю секунды какое-то существо выглянуло из-за кочки и снова скрылось. Бэйн вздрогнул.

— Не знаю… может быть, там собака?

— Вы не уверены в этом? — она заглянула ему в глаза. — До сих пор я сомневалась, способен ли кто-нибудь еще увидеть это. Может быть, виной этому ваше ранение, но тогда… извините, Ральф.

Она мягко коснулась его руки, желая загладить вырвавшуюся у нее фразу.

— Мы можем спуститься вниз, — продолжала она, немного помолчав. — Но мне кажется, что то, что мы видели, не совсем материально. Что-то из других сфер…

Они вернулись на землю. Бэйн молча ожидал продолжения разговора.

— Вы читали Троллопа, Ральф? — внезапно спросила она. — Возможно, вы помните, как он описывает сэра Флориана в «Брильянтах Эстаса». Сэр Флориан обладал лишь двумя недостатками: он был порочен и он умирал. Но Лиззи Эстас, выходя за него замуж, знала об этом, чего нельзя сказать о моем замужестве. Алистер при всей его болезненности даже тогда имел светские манеры.

— Вам тяжело вспоминать это, Энн. К чему ворошить прошлое, если в него невозможно вернуться? — Бэйн попытался улыбкой прикрыть смущение.

Словно не слыша его, Энн Ларлин продолжала:

— Наедине от его лоска не оставалось и тени. Он всех пытался сделать подлецами, всех без исключения… Я сопротивлялась, и это приводило его в ярость. Даже перед смертью он отказался от причастия. Запретил пускать на порог пастора Хелмски. Я видела, как он умирает. Это было ужасно — словно греховная жизнь не желала выпускать его из когтей. Задыхаясь, бранясь, он все же расставался с ней… Однажды вечером я принесла лекарства; мне показалось, что он силится что-то произнести. Когда я склонилась к постели, он отвратительно улыбнулся и прошептал: «Ты думаешь, что освободилась, Энн? Нет. Подожди год. Я снова приду…»