Под деревом зеленым или Меллстокский хор - [4]
- Только поаккуратней, Рейбин, а то опять зальешь весь дом! - крикнула ему со своего места миссис Дьюи. - Я бы сотню бочек открыла и не пролила столько сидра понапрасну, сколько ты проливаешь из одной. Если уж ты взялся за бочку, так и жди, что сейчас пойдет хлестать. Никакой у него сноровки нет - что по дому ни сделает, все не слава богу.
- Верно, верно, Энн, ты бы и сотню бочек мигом открыла, а то, может, и две сотни. А я за себя не поручусь. Бочка старая, дерево у затычки подгнило. Сэм Лоусон, старый мошенник, - хоть и нехорошо говорить о покойнике плохо, провел меня с этой бочкой. Рейб, говорит (бедняга звал меня просто Рейб), так вот, значит, Рейб, говорит он, эта бочка все равно что новая, да-да, не уступит новой. Это - винная бочка. Самый что ни на есть лучший портвейн держали в этой бочке, а я тебе ее отдаю за десять шиллингов, Рейб, хоть она стоит двадцать, а то и все двадцать пять; а если, говорит, набить на нее пару железных обручей, то за нее и тридцать шиллингов не жаль отдать, ежели кому надо...
- И где у тебя глаза были, когда ты отвалил десять шиллингов за прогнившую винную бочку? Вот уж святая простота - кто угодно обманет. Ну, да у вас в семье все такие разини.
- Что правда, то правда, - согласился Рейбин.
При этих словах миссис Дьюи невольно улыбнулась, но тут же согнала с лица улыбку и стала приглаживать волосы младшей дочке; возчик же вдруг словно забыл об окружающих и принялся сосредоточенно резать и наворачивать на кран еще один слой просмоленной бумаги.
- Да разве можно верить человеку, который хочет тебе что-то продать? осторожно ввернул Майкл Мейл, стараясь сгладить возникшую неловкость.
- Где там, - подхватил Джозеф Боумен тоном, выражающим готовность согласиться со всем и каждым.
- Н-да, - добавил Майкл, и его тон выражал, что вообще-то он отнюдь не склонен соглашаться со всеми, но на этот раз готов согласиться. - Знавал я одного аукциониста - и неплохой вроде был парень. И вот как-то летом иду я по главной улице Кэстербриджа и за трактиром "Королевский герб" прохожу мимо открытого окна. Заглянул внутрь, а он там стоит на своей подставке и ведет торги. Я ему кивнул, - дескать, добрый день, - и пошел дальше и думать про него забыл. И что же - на другой день выхожу я к сараю почистить башмаки, и вдруг приносят письмо, а в нем счет на перину, одеяла и подушки, что я купил на распродаже мистера Тэйлора. Оказывается, этот пройдоха успел стукнуть молотком, когда я ему кивнул по-приятельски, и все это добро ко мне отошло. Так и пришлось мне за него заплатить! Ну не мошенник, а, Рейбин?
- Мошенник из мошенников, - признали все.
- Само собой, мошенник, - помедлив, подтвердил Рейбин. - А уж сколько я с бочкой Сэма Лоусона, покойника, помучился, сколько обручей на нее набил не счесть. Вот это мой обруч, - и он показал на обруч локтем, - и этот мой, и этот, и этот, и все эти.
- Да, Сэм был парень не промах, - задумчиво сказал мистер Пенни.
- Ловок, что говорить, - подтвердил Боумен.
- Особливо насчет выпивки, - добавил возчик.
- Человек он был неплохой, только не богобоязненный, - высказался мистер Пенни.
Возчик кивнул. Кран был готов, оставалось только вытащить затычку.
- Ну, Сьюзи, - сказал он, - тащи кружку. С богом, ребятки.
Кран вошел в отверстие, и тут же струя сидра под прямым углом хлестнула из бочки на руки, колени и гетры Рейбина и в глаза и за шиворот Чарли, который, увлекшись происходящим, временно забыл свои горести и, сосредоточенно мигая, сидел на корточках возле отца.
- Ну вот, опять, - сказала миссис Дьюи.
- Пропади все пропадом - и затычка, и бочка, и Сэм Лоусон с ними вместе! Этакий сидр пропадает! - вне себя закричал возчик. - А ну, скорей палец, Майкл! Суй его сюда да держи крепче, а я пойду принесу кран побольше.
- А там ховодно в дыйке? - осведомился Чарли у Майкла, который стоял, нагнувшись, заткнув большим пальцем отверстие в бочке.
- И все-то этому ребенку надо знать! - умиленно воскликнула миссис Дьюи. - Будет теперь допытываться, холодно в бочке или нет, будто интересней этого ничего на свете нет.
Гости изобразили на лицах восхищение такой беспримерной любознательностью и сохраняли это выражение, пока не вернулся Рейбин. На этот раз операция была благополучно завершена. Майкл выпрямился, потянулся всем телом, расправляя затекшие спину и плечи, и в знак облегчения зажмурился так, что его лицо покрылось сплошной сетью морщин. На стол поставили кувшин с сидром, гости расселись вокруг, широко расставив ноги и задумчиво разглядывая доски стола в поисках какого-нибудь пятнышка ЕЛИ сучка, за который можно было бы зацепиться взглядом.
- Чего это отец мешкает там в сарае? - спросил возчик. - Его бы воля, так он бы всю жизнь только и делал, что старые яблони колол на дрова да играл на виолончели.
Он подошел к двери и выглянул наружу.
- Отец!
- Чего тебе? - слабо донеслось из-за угла.
- Бочку открыли - тебя ждем!
Глухие удары, доносившиеся снаружи, умолкли; мимо окна пронесли фонарь, свет которого косыми лучами скользнул по потолку комнаты, и в дверях показался глава семейства Дьюи.
![Вдали от обезумевшей толпы](/storage/book-covers/b0/b0ff5c004d66f0d3c13f441e0a170ef172437fae.jpg)
Романтическая драма, первый литературный успех английского писателя Томаса Гарди, одна из первых книг о героине с чертами феминистки — независимой хозяйке фермы, внимания которой добиваются трое: богатый джентльмен, отчаянный сержант и рассудительный фермер. Нелегкая проблема женского выбора и все «прелести» сельской жизни — в романе «Вдали от обезумевшей толпы».
![Тэсс из рода д'Эрбервиллей](/storage/book-covers/5e/5e979559ea77a5a6543b0b0c97f63f1307ebd803.jpg)
В романе Томаса Гарди (1840–1928) рассказывается о печальной судьбе девушки, наделенной красотой и тонко чувствующей душой. Проклятие, лежащее на Тэсс, обрекает ее расплачиваться за преступления некогда могущественных предков. Готовая пожертвовать собой ради близких, она протестует против грубого посягательства на человеческое достоинство и вынуждена совершить убийство.
![Взор синих глаз](/storage/book-covers/4c/4c8ee03a0728cac0cd9b01c2a38510aba68a5f6b.jpg)
Юная Эльфрида может очаровать любого взором своих синих глаз. В ее жизни появляются двое – молодой архитектор и умудренный опытом литератор. Бывшие друзья становятся соперниками, а девушке предстоит сделать мучительный выбор.
![Роковая ошибка церковных музыкантов](/storage/book-covers/a2/a2c8458e074af21487418d306022670c8ebbae04.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Возвращение на родину](/storage/book-covers/33/33c908e18b89ca57d0a42c0919713a1b4547be97.jpg)
Из вступления автора: "Дата, к которой следует отнести описанные здесь события, это десятилетие между 1840 и 1850 годами. В это время старинный курорт, названный здесь Бедмутом, сохранял еще отблески того ореола веселья и аристократизма, которым был осенен в георгианскую эпоху, и мог безраздельно пленить романтическую душу и пылкое воображение одинокой обитательницы каких-нибудь более далеких от берега и глухих местностей. Под общим именем Эгдонской пустоши, которое мы придали сумрачному краю, где разыгрывается действие романа, объединено не меньше десятка подобных же вересковых пустошей, носящих разные названия; они действительно едины по характеру и виду, хотя их первоначальное единство сейчас несколько замаскировано вторжением полос и клиньев с разным успехом возделанной земли или лесных насаждений.Приятно помечтать о том, что где-то на этом обширном пространстве, юго-западная четверть которого здесь описана, находится и та вересковая степь, по которой некогда блуждал легендарный король Уэссекса - Лир.Июль 1895 года".
![Пять веков британского поэтического портрета](/storage/book-covers/e2/e20762d0e2c730b508fc7fc6ba55c54b1891d26c.jpg)
«Пять веков британского поэтического портрета» — по существу, маленькая антология разных поэтических жанров, сопоставимых и с некоторыми жанрами портретной живописи. Переводчики — Марина Бородицкая, Мария Фаликман, Алексей Круглов, Светлана Лихачева, Валентина Сергеева, Анастасия Строкина.
![Ставка](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Жилец с чердака](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Примирение](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Рассказ впервые опубликован в 1883 году. Известный польский писатель С.Жеромский писал об этом рассказе: «Это брильянт мировой новеллистики. Прус владеет шуткой, как скульптор глиной, как художник красками!!!».
![Приключение Стася](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Грехи детства](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Повесть впервые опубликована в 1883 году в газете «Курьер варшавски». Книжное издание — 1885 год (в сборнике «Эскизы и картинки»).