Побег из Эдена - [9]
— Но ведь тебя отчислят, если не представишь проект, — нахмурился Митцу, — это для всех обязательно. Насчет Эдена — ерунда. Хочешь — посылай, хочешь — нет. Но ведь домашний проект надо обязательно в конце года показать, иначе...
— Ну и пусть, — неожиданно спокойно пожал плечами Чарли.
Максим и Митцу переглянулись, потом хором спросили:
— Что?!
Громов удивленно добавил:
— Ты хочешь, чтобы тебя отчислили?
— Да, другого пути нет... Вы же знаете, я не очень-то рвался в Накатоми. Просто отец... и дед... Они про другую школу даже слушать не захотели. «Это альма матер всех Спарклов», — Чарли передразнил напыщенный высокомерный голос своего отца. — А у меня способностей к математике, как вам известно, меньше трех процентов.
— Ты никогда не говорил, что хотел в другую школу, — тихо заметил Максим.
Ему было ужасно жаль Чарли и хотелось как-то поддержать его. Сказать что-нибудь теплое, ободряющее. Но Громов не знал таких слов, да и чувства проявлять не привык.
— Я... я хотел в Норфолк, — с трудом выдавил из себя Чарли и тут же вжал голову в плечи, покраснев до кончиков ушей.
— В Норфолк?! — Митцу прыснул от хохота. — Это ж для девчонок! Литература, история, музыка — ерунда, одним словом! Ты еще скажи, что решил стать композитором!
— Вот и папа так сказал... — едва слышно ответил Чарли, еще сильнее втянув голову в плечи.
Громов нахмурился. Слова Митцу его разозлили. Правильно говорят — хочешь узнать каков человек, взгляни на его школьного робота.
Я откинулась назад. Спина затекла. Питьевой автомат «чайкофемашина» выдал сообщение, что на сегодня моя норма питьевой воды исчерпана. В отделе остались только я да Лунная Тень. Судя по первым буквам файлов, он просматривал личные дела тех, с кем Громов учился. Компания у Макса подобралась уникальная.
Дэз Кемпински. Полное имя Дезире Кемпински. Награда за ее поимку близится к миллиарду кредитов.
Чарли Спаркл — новый президент «Спарклз Кемикал», или «император мыла», как его теперь называют. Его папочка отошел отдел нежданно-негаданно, оставив все своему сыну, которого, по слухам, не слишком-то любил... История эта до сих пор будоражит воображение сетевых репортеров и личностных аналитиков.
Так что Лунатику сидеть еще долго, а я, пожалуй, пойду. Завтра чуть свет вылетаю в Токио.
Взгляд мой остановился на новостной ленте. Красная буквенная змейка непрерывно неслась над нашими головами. «Доджеры» разгромили «Маппет Вингс» всухую... Энди Нулин плывет через Тихий океан на доске для виндсерфинга... Арена «Квейк» готовится отпраздновать свое пятидесятилетие... Макияжная матрица Белинды Редс стала на сто двадцать оттенков богаче... Председатель торгового комитета провел переговоры с бедуинами о восстановлении Суэцкого канала...
Ни слова о «Биософте»! Ни слова о Громове!
Мне вспомнилась любимая присказка шефа: «Событие не произошло, пока о нем не сказали в новостях». Ну-ну...
Я надела видеолинзы и закрепила контакты на пальцах. Вошла в Сеть.
Направо — конференц-залы. Доска тем... История за день. До двенадцати дня — только о «Биософте» и Громове. В 12:15 первый раз заговорили о чем-то еще, конкретно — о заезде «Формулы-1001», решится ли Скарлетт МакКонахен разогнать свой болид выше скорости звука, чтобы обставить наконец «Пулю» Минг? К пяти часам вечера «Биософт» обсуждали уже не больше, чем другие новости — деловые, спортивные, политические и так далее.
Я вызвала панель управления и набрала адрес Лунатика. Появившись в его приват-чате, сказала:
— Это просто невероятно! Неужели люди не понимают, что происходит?!
— Не хотят, вот и не понимают, — ответил Тень, не выходя в Сеть. Мы продолжали говорить по биофону. — Кстати, я был уверен, что наш драгоценный хайтек-улей погалдит пару часов, а потом сделает вид, будто ничего не произошло, чтобы с ума не сойти от страха. Ведь никто не знает, как жить без «Биософта». Потому и думать не хочет. Посмотри, как рейтинг президента вырос, доверие к правительству. Люди боятся. А когда они боятся — начинают обожать вожака, надеются, что он им поможет. Вот и сейчас — все будут веселиться и изо всех сил убеждать друг друга, что «лучшее в истории» правительство решит эту проблему за несколько дней. Тем более что корпорации только что обязали оплатить те «несколько выходных», что будут у людей из-за «мелких проблем» с «Биософтом». Арены переполнены, развлекательные центры тоже — люди в восторге от неожиданных каникул.
— Но как такое может быть?! Это просто сумасшествие какое-то! — воскликнула я.
— Знаешь, почему я выбрал специализацию личностного аналитика? — печально усмехнулся Лунатик. — Мне тоже всегда хотелось понять, как такое может быть.
— И что? Теперь, когда ты понимаешь, тебе легче?
— Да. Я стал фаталистом и успокоился.
— А зачем тогда вообще работаешь на «лучшее в истории» правительство?
— Во-первых, за десять тысяч кредитных единиц на сладкую жизнь, во-вторых, имею идиотическую мечту протянуть подольше, а в-третьих, у меня мания величия, верю, что могу спасти наш лучший из миров, — грустно рассмеялся Тень. — Извини, я тебя отключаю. Много работы.
Кое-что о Дэз Кемпински
Самолет бюро, старенький облезлый карлик, имел только одно достоинство — потреблял крайне мало топлива. Судя по полустертым надписям на стенах, его конфисковали после войны где-то на европейском севере.
![Библия-Миллениум. Книга 1](/storage/book-covers/8a/8a2a7b04866b0ab239e6eadab7da43c72a50a34b.jpg)
Мифы Ветхого завета оживут сегодня…Милая юродивая по имени Ева — ваша соседка по лестничной клетке. Фамарь, изменяющая своему мужу с его отцом, — ваша бывшая одноклассница. Умирающий от спида Самсон — ваш начальник по прежней работе. Юдифь, которая только что отсекла голову своему мужу, — ваша случайная попутчица в метро. А эта странная женщина во дворе, что вот уже десять лет не выпускает из своих рук урну с прахом, — Руфь. Годы идут, но она, как и прежде, любит своего Хилеона.Мир изменился, но люди все те же.
![Я не один такой один](/storage/book-covers/d7/d720a3b558e6236dbc909e9ea1fa1754729d8e36.jpg)
Эта книга об одиночестве.Об одиночестве, которое рождается между мужчиной и женщиной, живет в семье и умирает в сексе. Умирает, чтобы воскреснуть…Герои Лилии Ким ищут спасения от одиночества. Мать разлученная с ребенком, утешается сексуальными оргиями. Проститутка выходит на панель, борясь с нестерпимой скукой. Успешный предприниматель прячется от жены в стиле Cosmo, слоняясь по питерским борделям. А друзья занимаются любовью, потому что у них нет любви.У каждого свой Ад и своя Голгофа. Именно поэтому не думайте, что вы такой один.
![По живому. Сука-любовь](/storage/book-covers/0a/0a51b2446f94b03e6a08b5a87a3dea29af74f51a.jpg)
Мужчина любит в женщине свое удовольствие. Женщина любит в мужчине свое чувство… и иногда только его.Полина делает одну пластическую операцию за другой… ради мужчины. Никакая жертва не кажется ей чрезмерной — ни собственное тело, ни любовь детей, ни жизнь мужа. Лера год за годом томится в липкой паутине, сотканной из унижения, оскорблений и боли. Ее любовь — надрывная, всепоглощающая, заостренная до предела-слепой Фатум. Любовь, которая убивает…«Основано на реальных событиях»… И даже если это не так, эту ремарку необходимо сделать, ведь настолько алогичной и невероятной может быть только настоящая жизнь.
![Аня Каренина](/storage/book-covers/f9/f919ed81b77687dcb77afe8c854dce8b318823fa.jpg)
Они не разучились мечтать! Но лучше бы и не мечтали…Школьница Аня хочет стать поп-идолом круче Бритни. Ломовая лошадь Долли — грезит о смерти мужа и всех его родственников. Футбольный фанат Стива — о доходах спортивных звезд. Каренин, занимающийся сутенерством, — о признании своих научных трудов. Моделька Кити — об олигархах, а плэйбой Левин — о глобальной мести всем женщинам Земли. Ну, а Вронский… Вронский — об абсолютной сексуальной свободе…«Нравственная пустота, предательство собственных детей, морфинизм…» — так Лев Толстой говорил о своем романе «Анна Каренина».«Аня Каренина», как и у Льва Николаевича, — «социальный роман».
![Смирнов. Русский террор](/storage/book-covers/2b/2b3c9fde05eb4a3bdae75b21e97a3ee493bfed27.jpg)
История — не холодная глыба. История — вечно бодрствующий вулкан, готовый в любую секунду обрушиться на зыбкий мир обывателя и хрупкий порядок государственного устройства. И этот вулкан, эта клокочущая огненная лава — не кто-нибудь, а мы. Мы с вами. Людская масса. Индивиды, мучимые желаниями и страстями, искушаемые, мечтающие, жаждущие, слабые и величественные одновременно. Мы делаем историю, каждый из нас. Мы — ее движение, ее грандиозность и ее пафос. Мы и то, что в нас.О любви, о ненависти, о том, куда приводит русская мечта.Самый современный из исторических романов — «Русский террор»!
![Война за Биософт](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Нужно спасти мир, чтобы стать врагом номер один.Вместо почестей Макс Громов обвинен в сговоре с Джокером и намеренном уничтожении Сети. Но теперь он самый богатый человек в хайтек-пространстве: ему принадлежит биософт — технология будущего. Ее возможности потрясают воображение, а результат внедрения — биллионы кредитов и неограниченная власть.Громов рискует повторить трагическую судьбу Роберта Аткинса. Только правда о загадочной смерти создателя Сети спасет жизнь юного гения.
![Атака Джокера](/storage/book-covers/33/334cf45a1bd28c4ce6154f8f29cb5171b40fe7cf.jpg)
У Сети появился единоличный хозяин – цифровой призрак, контролирующий всю техносферу планеты. Его имя – Джокер.Он бы мог править хайтек-цивилизацией, но он намерен ее уничтожить.Джокер предлагает людям свободу от рабства. Громов просто хочет сохранить им жизнь. Схватка по ту сторону реальности…Но сначала Максу надо выжить самому. Потому что по эту сторону реальности – большая охота, захват в заложники, погоня как за преступником…Только бы добраться до Эдена живым и обвести вокруг пальца доктора Синклера!Внимание! До Апокалипсиса всего десять дней!