Плагиат (Исповедь ненормального) - [7]
— Ерунда, они там все как пауки в банке…
В перерыве пришёл Гусев, а Берёзкина подсела к орангутангу в другой конец зала. Мы не имели понятия, кто он, но мы его ненавидели.
Потом она приблизилась и сказала ледяным тоном:
— Мальчики, держитесь за стулья. Обстоятельства резко изменились. Сейчас я уйду. И никаких истерик!
Мне показалось, это слишком. Она могла поступить так со мной и с Гусевым. Но не с Зюскевичем, которого обнадёжила и которого, возможно, по своей женской глупости, недооценивает.
— Это твой самый подлый и глупый поступок с тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года, — мстительно сказал я.
— Что?..
Я отвернулся.
Кира сверкнула глазами на Зюскевича, но он тоже отвернулся.
Через пару минут нам принесли записку из гардероба:
Продолжайте без меня, расходы оплачены.
Орангутанг оплатил все наши мыслимые расходы и чаевые.
В следующем перерыве Гусев сходил к метрдотелю и всё разнюхал. Похитителем оказался всемирно известный доктор Борг. Пластический хирург, генетик и что-то ещё и ещё — зловещий карл с тянущейся за ним бородой из званий, степеней и заслуг перед отечеством. Я не удивился, потому что злодеям, по законам кино, положено быть пластическими хирургами. Патологоанатомы, к примеру, все как один душки и симпатяги.
— Странная фамилия. Борг.
— Лев Гургенович… Грузин?
— Не то, — сказал я. — У него нет национальности. Он просто «гроб».
— Что?
— «Гроб» — перевернули.
— Кто перевернул? — всё ещё не понимал Гусев.
— Кто это пишет. Эту книгу.
— Книгу судеб?
— Угу.
Зюскевич тем временем окончательно расклеился и заплакал.
— Перестань, — сказал я, разозлённый на Берёзкину и проливая водку мимо рюмок, — не такая она красавица. Как теперь можно догадываться. Покровы таинственности сброшены. Не настолько она упруга, белолица и румяна. Всё непонятное в итоге оказывается проще пареной репы. Теперь я тоже знаю секрет вечной молодости. Он называется «пятьдесят тысяч баков для доктора Франкенштейна». Лев Гургенович, или как там его… Всё враньё, надувательство, бутафория, графика, спецэффекты. Растяжки, подтяжки, вязь, шитьё, арматура по всему телу. Дёрнешь за узелок и пппп…
Зюскевич взял свою рюмку, и она застучала по зубам.
— Нет, всё равно. Это не важно. Какая разница. Как ты говорил… Любить, унижаться и плакать? Я, я сам могу вернуть ей молодость. Но теперь не так. Всё будет не так. Пусть просит, пусть любит, пусть унижается. Пусть лижет мне задницу. Я так хочу. Понял? Вы оба поняли? А?!
— Хорошо, хорошо. Как скажешь.
5
В гардеробе Лев Гургенович помог Кире набросить на плечи шубу, они вышли из «Сталина» и залезли в чёрный BMW, заднюю дверцу которого придерживал шофёр ы запорошённой снегом форменной фуражке. Утонули в бархатных сидениях, Борг налил шампанского, звякнули бокалами. Машина оставила позади Литейный мост, выехала на Выборгское шоссе и помчалась вперёд, просвечивая и рассекая пелену снега.
— Всё в порядке?
— Да… Почти. Немного здесь… прикус.
Борг взял голову спутницы и развернул к свету.
— Открой. Шире.
Кира раскрыла рот.
— Сомкни. Челюсть вперёд. Назад.
Борг откинулся и закурил.
— Что? — сказала Кира смиренно.
— Это нормально. Будем работать с ушами и подбородком.
— Но мне казалось…
— Не надо ничего казаться. Надо было проходить на осмотр, соблюдая наши договорённости.
— Но, Лев Гургенович… вы не позвонили… я не знала…
— Хорошо, хорошо, не плачь. Не надо «Лев Гургенович». Скажи как тогда, как раньше…
Кира взяла ручищу Борга в свои руки, поднесла к мокрому лицу и поцеловала.
— Лёвушка, Лапа…
— Всё хорошо, не плачь, — он обнял Киру за плечи. — Одна небольшая корректировка, и опять будешь как новенькая.
— Мы едем на осмотр?
— Нет, я уже смотрел. Мы едем на операцию.
— Что… Сейчас?
— Нет, не сейчас, не сразу. Это займёт некоторое время, месяц. Поживёшь там, у меня.
— Но я и так должна…
— Конечно, детка, ты меня огорчила. Но я не просил денег. Я всего только хотел видеть результаты своего труда. Я только просил, чтобы ты приходила осмотреться. Зачем так сделала? Просто пообещай, что будешь слушаться.
— Да, я обещаю… — всхлипывая, Кира покрыла мокрыми поцелуями ладонь Борга.
Почти десять лет назад, летом 1994-го, Кира познакомилась с этим человеком. Сначала в её уборную внесли корзину с цветами и записку, затем появился и он сам. Он был невысок ростом и широк в кости. У него были огромные волосатые руки. От него исходила первобытная энергия грубой мужской силы. Он пригласил поужинать, и она пошла как кролик на удава.
Тогда Берёзкиной уже было тридцать четыре. Этот год был её лебединой песней на подиуме. Другого дела в этой жизни он не знала и вообще для себя не представляла. Она не умела работать, а деньги могла только тратить. Каждый этап её жизни становился более или менее удачным замужеством. К этому времени она развелась с тремя мужьями. До последнего, Зюскевича, оставалось ещё два года.
Борг привёз её в своё сказочное, по любым временам, поместье под Выборгом и повёл себя как джентльмен. Ей были предоставлены отдельные покои, почти полная свобода, катание на яхте по заливу, теннис и послеобеденная дрёма на берегу сверкающего бассейна.
Хозяин был безупречно вежлив и немногословен. Судя по обстановке, качеству вышколенной прислуги, количеству камер слежения и ухоженности сторожевых собак, Кира сделала вывод, что этот дядя очень даже не прост. И она решила не пытаться кружить ему голову своими обычными штучками. «Этот кусок мне не проглотить, — сформулировала она необычайно здравую мысль. Пусть сам даст понять, чего он хочет, а там будет видно».
Незнайка и его друзья снова с нами. Борис Карлов оказался самым нетерпеливым из читателей. Он так устал ждать продолжения, что решил написать его сам. Сохраняя заданный Носовым живой и непринужденный ритм рассказа, Борис Карлов легко вводит в повествование и новых героев, и новые реалииВ тех краях, где живут веселые коротышки, время не стояло на месте. Новые приключения происходят на Луне, после отлета спасательной экспедиции Знайки. Астроном Стекляшкин утверждает, что со стороны Луны идут какие-то очень странные обрывочные сигналы.
…1982 год.Год, поворотный для всей судьбы нашей страны.Что было бы, если в этот год история, по наивной глупости четверых парней, попавших в прошлое и забывших о великом «принципе бабочки», пошла по другому пути?Поклонники «альтернативной истории»!Не пропустите!
Незнайка и его друзья снова с нами. Борис Карлов оказался самым нетерпеливым из читателей. Он так устал ждать продолжения, что решил написать его сам. Сохраняя заданный Носовым живой и непринужденный ритм рассказа, Борис Карлов легко вводит в повествование и новых героев, и новые реалииВ тех краях, где живут веселые коротышки, время не стояло на месте. Новые приключения происходят среди роботов, компьютеров и удивительных механизмов. Наших коротышек ждут встречи с коротышками —инопланетянами и их злобными роботами.
Борис Карлов известен как автор книг о приключениях Карлуши и гномов из Песочного города.В романе-загадке «Игра в послушание...» невероятные события происходят с мальчиком Петей Огоньковым, учеником 5 «А» класса. На чердаке старой петербургской квартиры он встречается с карточным джокером, после чего одно удивительное происшествие следует за другим, а Петина жизнь совершенно меняется.
Первый рассказ. Написан в июне 1987 года, по впечатлениям от фестиваля Ленинградского рок-клуба во Дворце молодёжи. В названии обыгрывается синоним слова «судьба» — «рок».
Да! Незнайка и его друзья снова с нами. В тех краях, где живут веселые коротышки, время не стояло на месте. Новые приключения происходят среди роботов, компьютеров и удивительных механизмов. Наших коротышек ждут встречи с коротышками — инопланетянами и их злобными роботами. Вперед — за Незнайкой!
Восточная Анатолия. Место, где свято чтут традиции предков. Здесь произошло страшное – над Мерьем было совершено насилие. И что еще ужаснее – по местным законам чести девушка должна совершить самоубийство, чтобы смыть позор с семьи. Ей всего пятнадцать лет, и она хочет жить. «Бог рождает женщинами только тех, кого хочет покарать», – думает Мерьем. Ее дядя поручает своему сыну Джемалю отвезти Мерьем подальше от дома, в Стамбул, и там убить. В этой истории каждый герой столкнется с мучительным выбором: следовать традициям или здравому смыслу, покориться судьбе или до конца бороться за свое счастье.
Взглянуть на жизнь человека «нечеловеческими» глазами… Узнать, что такое «человек», и действительно ли человеческий социум идет в нужном направлении… Думаете трудно? Нет! Ведь наша жизнь — игра! Игра с юмором, иронией и безграничным интересом ко всему новому!
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Елена Девос – профессиональный журналист, поэт и литературовед. Героиня ее романа «Уроки русского», вдохновившись примером Фани Паскаль, подруги Людвига Витгенштейна, жившей в Кембридже в 30-х годах ХХ века, решила преподавать русский язык иностранцам. Но преподавать не нудно и скучно, а весело и с огоньком, чтобы в процессе преподавания передать саму русскую культуру и получше узнать тех, кто никогда не читал Достоевского в оригинале. Каждый ученик – это целая вселенная, целая жизнь, полная подъемов и падений. Безумно популярный сегодня формат fun education – когда люди за короткое время учатся новой профессии или просто новому знанию о чем-то – преподнесен автором как новая жизненная философия.
Ароматы – не просто пахучие молекулы вокруг вас, они живые и могут поведать истории, главное внимательно слушать. А я еще быстро записывала, и получилась эта книга. В ней истории, рассказанные для моего носа. Скорее всего, они не будут похожи на истории, звучащие для вас, у вас будут свои, потому что у вас другой нос, другое сердце и другая душа. Но ароматы старались, и я очень хочу поделиться с вами этими историями.
Православный священник решил открыть двери своего дома всем нуждающимся. Много лет там жили несчастные. Он любил их по мере сил и всем обеспечивал, старался всегда поступать по-евангельски. Цепь гонений не смогла разрушить этот дом и храм. Но оказалось, что разрушение таилось внутри дома. Матушка, внешне поддерживая супруга, скрыто и люто ненавидела его и всё, что он делал, а также всех кто жил в этом доме. Ненависть разъедала её душу, пока не произошёл взрыв.