Песнь одиноких китов на частоте 52 Гц - [11]
– Ан! Ан!
Вот бы можно было жить только воспоминаниями. Ведь есть же, говорят, люди, которые живут, сжимая в объятьях вечный бриллиант, который они выменяли на прозвучавшие всего один раз слова. Хотелось бы мне так же уметь. Я всем сердцем хотела бы жить, украсившись днями, которые провела вместе с Аном, но я не так высоконравственна, чтобы меня можно было обменять на драгоценность. Я до противного глупа, слаба, да к тому же совершила непростительное преступление.
Я несколько раз прокричала его имя, но потом мой голос увял. Каждый раз, когда молитва, которая не могла больше достичь ничьих ушей, слетала с языка, тело словно парализовало, я не могла дышать. Вдруг до меня дошло, что я смотрю в небо и рыдаю в голос.
Не знаю, сколько я так проплакала. Когда голова уже начала раскалываться от боли, а лицо оказалось залито слезами и соплями, я услышала, как кто-то робко стучит во входную дверь. Вытерев слезы, я решила сделать вид, что меня нет дома. Через некоторое время опять раздался стук. Стучали как-то застенчиво, и, как только я поняла, кто это, тут же встала и бросилась в прихожую.
Резко открыв дверь, я как и ожидала, увидела того самого мальчика.
– Так и думала, что это ты.
Я попыталась улыбнуться, но ничего не вышло. Глядя, как я кривлю заплаканное лицо, ребенок удивленно открыл рот. Он робко начал поглаживать свой живот – видимо, беспокоился о моем шраме.
– Прости, что напугала тебя. Все в порядке. Я просто плакала. Хотя мы с тобой всегда встречаемся, когда плачу.
Я с силой потерла руками лицо и улыбнулась. Мне показалось, что я выгляжу получше, однако, видимо, ненамного. Мальчик с обеспокоенным видом указал на мой живот.
– Нет-нет, живот не болит. Как бы тебе объяснить? Мне плохо, тяжело… нет, не так. Как бы сказать-то? Страшно! Да, мне страшно.
Мне ужасно страшно.
Мальчишка, наверное, подумал, что я чего-то испугалась. Он с опаской огляделся и даже заглянул мне за спину.
– Нет-нет, не в этом дело. Мне показалось, что меня бросили, что я заблудилась и осталась одна… Непонятно, да? Извини. А почему ты вообще пришел? – спросила я, и мальчик, все еще обеспокоенно хмурясь, оттянул на себе одежду.
Сегодня он был в заношенной белой футболке – она выглядела скорее как мужское нательное белье. Он оттянул подол обеими руками и продемонстрировал мне.
– Что-что? А! Ты, наверное, про ту футболку, которую я заставила тебя снять?
Мой гость, все так же держась за подол, несколько раз кивнул.
– Сейчас, погоди.
Я зашла в дом и вынесла футболку. На лице ребенка отразилось облегчение. Когда я отдала ему вещь, на его лице на миг проступила радость, но тут же он снова нахмурился.
– Хочешь сказать, что я зря это сделала?
Футболка так воняла, что я постирала ее.
Мальчик хмуро посмотрел на аккуратно сложенную вещь. Я-то думала, что от одной стирки ничего не случится, а вдруг его будут ругать? Ох, что же я наделала…
– Прости. Влезла не в свое дело, да? – поспешно сказала я, но он помотал головой, а потом, опустив голову, собрался уходить. Я схватила его за руку.
– Ты прости, что тогда пыталась тебя заставить. Не хочешь сладкого? Купила вараби-моти в интернет-магазине, кажется, они очень вкусные.
Он неловко замотал головой.
– Не любишь сладкое? Тогда, может, чипсы? У меня вкусов пять есть!
Он опять помотал головой. На лице его было отчаяние, и я сказала:
– Извини. Честно говоря, я просто хотела, чтобы ты побыл рядом. Мне сейчас до смерти одиноко.
При этих словах у меня по щеке опять скатилась слезинка. Я чуть сильнее сжала его руку в своей.
– Хотя бы чуть-чуть. Пожалуйста.
И чего я пристала к ребенку?! Мне ужасно хотелось ощутить рядом тепло хоть какого-то живого существа.
Напряжение вдруг оставило его тело. Я шмыгнула носом и свободной рукой вытерла лицо, взглянула на него – он сделал шажок ко мне и заглянул в глаза. Его глаза, похожие на игрушки из тонкого, слабоокрашенного стекла, уставились на меня, и что-то дрогнуло в их глубине.
На эту бессловесную доброту я ответила лишь:
– Спасибо.
Видимо, остерегаясь меня из-за того, что произошло в прошлый раз, ребенок не захотел входить в дом. Поэтому я вынесла на веранду низенький столик, которым обычно пользуюсь, и мы с ним поели карри. Когда я спросила его, завтракал ли он, и сказала, что у меня есть карри, у него в животе громко заурчало. Мальчишка покраснел и заволновался, на что я быстро отреагировала:
– Я еще не завтракала, давай поедим вместе!
Еда получилась острой, из-за чего я немного беспокоилась, но мальчик ел, не отрываясь.
Солнечные лучи были еще мягкими, дул ласковый ветерок, создавая ощущение, что у нас тут пикник. Мои растрепанные чувства под дуновением ветра тоже потихоньку успокаивались. Хорошо, что он зашел.
– Вкусно? – поинтересовалась я.
Мальчик, бросив быстрый взгляд на мое опухшее от долгого плача лицо, ответил большим кивком. Он съел свою порцию очень быстро, и я предложила ему добавки, на что получила еще один смущенный кивок.
– Ешь, сколько хочешь. Я ведь одна, так что даже собиралась заморозить остатки.
Поедая свою порцию карри, я украдкой наблюдала за мальчиком. Муранака говорил, что с ним невозможно общаться, что он буйный, но у меня совершенно не создалось такого ощущения. Наоборот, он выглядел как какое-то слабое существо, зайчонок или птенчик. Он выпил воды, выставив свою тоненькую шейку, и громко выдохнул. Щеки его чуть-чуть зарумянились, и он довольно сощурился. Я уже знала, что это парень, но он все равно казался мне нежным, словно девочка.
![Задохнись моим прахом](/storage/book-covers/22/22c63d97d90f2875916641d975d10c8cd385aba7.jpg)
Во время обычной, казалось бы, экскурсии в университет, выпускница школы Лав Трейнор оказывается внутри настоящей войны двух соседних стран. Планы на дальнейшую жизнь резко меняются. Теперь ей предстоит в одиночку бороться за свою жизнь, пытаясь выбраться из проклятого города и найти своих друзей. Это история о том, как нам трудно делать выбор. И как это делают остальные. При создании обложки вдохновлялся образом предложенным в публикации на литресе.
![Адепты Владыки: Бессмертный 7](/storage/book-covers/8e/8ebbbec0ebd2daca74ec1dc206fdb9cf5b6d8c46.jpg)
Не успел разобраться с одними проблемами, как появились новые. Неизвестные попытались похитить Перлу. И пусть свершить задуманное им не удалось, это не значит, что они махнут на всё рукой и отстанут. А ведь ещё на горизонте маячит необходимость наведаться в хранилище магов, к вторжению в которое тоже надо готовиться.
![Поселок на трассе](/storage/book-covers/36/36620d20342a167afe454153af7c2955767f79cc.jpg)
Новый роман Н. Сказбуша «Поселок на трассе» — о проблемах воспитания молодежи, о сложности этой важной, не терпящей равнодушия работы. Роман динамичен, с острым сюжетом.
![Терек - река бурная](/storage/book-covers/d8/d857a4bcd3f58bb905fcf42c53d60289278b3b3c.jpg)
«…Вырвавшись из горных теснин, долго еще не может успокоиться Терек: шумно пенится на перекатах, тащит за собой многопудовые валуны. А кругом уже нет и признака гор, они лишь на горизонте — манят холодной первобытной своей красой. Где-то там, за нами, Грузия, еще дальше — Армения, а за нею — Турция и Персия, с которыми русские цари издревле воевали за Кавказ. В том месте, где Терек вырывается с гор на равнину, стоит Владикавказ и берет начало Военно-Грузинская дорога. Чтобы охранять этот святой ключ в глубины Кавказа, русские цари издавна использовали жившее возле, в ущельях северного склона хребта, красивое и гостеприимное племя осетин…».
![Темные закрытые комнаты](/storage/book-covers/67/679eb5c2aa0fba9bd461ffeeb2beeb3f3212c743.jpg)
Мохан Ракеш — классик современной литературы на языке хинди. Роман «Темные закрытые комнаты» затрагивает проблемы, стоящие перед индийской творческой интеллигенцией. Рисуя сложные судьбы своих героев, автор выводит их из «темных закрытых комнат» созерцательного отношения к жизни на путь активного служения народу.
![Другая половина мира, или Утренние беседы с Паулой](/storage/book-covers/2b/2ba07cd19a921935d07978537aff9a43a01d690d.jpg)
В центре нового романа известной немецкой писательницы — женская судьба, становление характера, твердого, энергичного, смелого и вместе с тем женственно-мягкого. Автор последовательно и достоверно показывает превращение самой обыкновенной, во многом заурядной женщины в личность, в человека, способного распорядиться собственной судьбой, будущим своим и своего ребенка.