Пережитое - [183]
Первым шагом на этом пути стал замечательный фильм Абуладзе «Покаяние», где в форме притчи был заклеймен сталинизм, жуткие репрессии тридцатых годов, поругание человеческой личности, правды и красоты. В страшном образе главного героя, совмещающего в себе одновременно облик Сталина, Берии и любого другого сатрапа тех времен, режиссер и актеры прокляли созданный этими чудовищами режим, призвали всех, кто верил, сознательно или бессознательно поддерживал его, к «покаянию». В этом был глубокий смысл: ведь все мы — жертвы и соучастники пережитой трагедии, и, чтобы расстаться навсегда со страшным прошлым, нужно осознать весь его ужас, всю его преступность перед последующими поколениями. Но мало «покаяться», надо понять, почему так произошло. И неудержимый поток разоблачений в художественной и публицистической форме полился на нас со страниц толстых журналов, газет, телевидения, радио. Все страшное в нашей истории было вытащено на свет и показано таким, каково оно на самом деле: коллективизация, искусственный голод 1933 года, уничтожившие миллионы людей, и прежде всего крестьянство, индустриализация, построенная на костях этих несчастных, репрессии, ставшие неизбежными в той атмосфере лжи, в которой мы жили: ведь нужно было, чтобы все восхваляли те ужасы, что творились вокруг, и, следовательно, уничтожить всех, кто мог сказать или помыслить что-то иное. Я давно уже чувствовала эту связь между коллективизацией, между объявленным завершением строительства «фундамента социализма» и страшными репрессиями тридцатых — начала пятидесятых годов. Из архивов и ящиков столов извлекались ранее скрытые от нас романы А.Платонова, Е.Замятина, В.Гроссмана, великие художественные произведения, еще в двадцатые, а позднее в пятидесятые годы постигшие и изобразившие жестокую правду: бессмысленность вырытого нами «котлована» ценою миллионов жизней, наш «социализм» в образе страшного Чевенгура (А.Платонов), подавляющее сходство гитлеровских и сталинских лагерей (В.Гроссман), отнятую у нас свободу, завоеванную в победоносной войне.
Все авгиевы конюшни нашей истории были вычищены и содержимое их выброшено наружу, в том числе антисемитизм, депортации ни в чем не повинных народов и их страдания, ужасы сталинских лагерей. Все это вместе с бедственным положением в экономике, уже тогда очевидным, неизбежно ставило вопрос: нужен ли был этот семидесятилетний зигзаг — жестокая революция, братоубийственная гражданская война, насильственная коллективизация, неподготовленность к войне и столь жестокие неоправданные ее жертвы? От Сталина и Брежнева пытливые умы стали тянуть нить к Ленину и даже Марксу в поисках каких-то ошибок в теории. Ведь капитализм, которому двести лет пророчилась неизбежная гибель, сумел найти какие-то выходы из периодических кризисов, острых социальных противоречий, привел народы к мирному процветанию; а наш, построенный в муках «социализм», превратил нашу жизнь в казарменную уравниловку, не вылезавшую из дефицитов и исключающую возможность достойного материального и духовного существования человека. В чем же ошибка? Каждый пытался дать свои ответы, но чем дальше и глубже забирались начатые разоблачения, тем очевиднее становился полный развал той идеологии, которой мы жили все прошедшие семьдесят лет: ее жестокость и бесчеловечность, попрание ею элементарных принципов общечеловеческой морали, равнодушие к судьбам отдельного человека.
Партийные идеологи оказались безоружными перед этими страшными открытиями. И все то, что дремало в недрах нашего молчаливого общества, вся ненависть и злоба, которые накапливались в нем, не смея выразиться, выплеснулось теперь наружу; как черные пятна на теле больного заражением крови, они вылезли на поверхность и в неистовом отрицании последнего семидесятилетия ринулись в обратную крайность. На поверхность политической жизни вышли анархисты с черным флагом, монархисты, оплакивающие гибель Николая II и превращавшие его в героя, фашисты в черных одеяниях и со свастикой на рукавах, националисты — общество «Память» с призывами бороться с жидо-масонами, которые якобы втравили Россию в Октябрьскую революцию со всеми ее ужасными последствиями, и вдохновляющая его часть писателей — Бондарев, Куняев, Распутин, прямо призывавшие к еврейским погромам, превознесение всего русского в противовес «инородческому», апелляция к православной церкви как единственному спасителю народной морали и духа. Вся эта реакция взметнула вверх и захлестнула часть газет и журналов.
А что же противостоит ей? Увы, столь же реакционная по сути сила возрождения сталинизма. Предыдущие семьдесят лет не прошли даром и для духовной жизни народа. В сознание большинства прочно внедрилась вера в непревзойденное совершенство созданного нами ублюдочного строя, называемого «социализмом». Как бык на красную тряпку, люди бросаются на понятия «частная собственность», «рынок», «эксплуатация», «безработица», видя в них возврат к капитализму, как будто их не эксплуатировали семьдесят лет хуже, чем капиталисты. Нежелание что-либо менять, отказаться от уравниловки в пользу частного производительного труда, готовность и дальше прозябать в нищете, чтобы только не видеть более преуспевающих людей, ненависть ко всякой инициативе, талантам, — таков менталитет большей части нашего общества. Члены его предпочитают работать поменьше, а получать от государства побольше, разбазаривая общественные фонды или просто обворовывая государство, что давно уже не считается воровством, ибо это государство, «общенародное». Их беспокоит любая новация в обществе. Они жаждут «порядка» даже в форме неосталинизма. Они закрывают глаза на все сделанные разоблачения. Они возмущаются национальным подъемом в республиках. Они хотят, чтобы все было так ясно и просто, как было при Сталине, а потом при Брежневе. Они не принимают реформ.
![Рубикон Теодора Рузвельта](/storage/book-covers/bd/bd0f3d95e8b98b22d701e557501978075ecbffaf.jpg)
Книга «Рубикон Теодора Рузвельта» — биография одного из самых ярких политиков за вся историю Соединенных Штатов. Известный натуралист и литератор, путешественник, ковбой и шериф, первый американский лауреат Нобелевской премии и 26-й президент США Теодор Рузвельт во все времена вызывал полярные оценки. Его боготворили, называли «Королем Тедди» и ненавидели как выскочку и радикала. Книга рассказывает о политических коллизиях рубежа XIX и XX веков и непростых русско-американских отношениях того времени. Книга рассчитана на широкий круг читателей. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Полпред Назир Тюрякулов](/storage/book-covers/44/440c71166afe88166ed3155a673586c4abe214e5.jpg)
Многогранная дипломатическая деятельность Назира Тюрякулова — полпреда СССР в Королевстве Саудовская Аравия в 1928–1936 годах — оставалась долгие годы малоизвестной для широкой общественности. Книга доктора политических наук Т. А. Мансурова на основе богатого историко-документального материала раскрывает многие интересные факты борьбы Советского Союза за укрепление своих позиций на Аравийском полуострове в 20-30-е годы XX столетия и яркую роль в ней советского полпреда Тюрякулова — талантливого государственного деятеля, публициста и дипломата, вся жизнь которого была посвящена благородному служению своему народу. Автор на протяжении многих лет подробно изучал деятельность Назира Тюрякулова, используя документы Архива внешней политики РФ и других центральных архивов в Москве.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![Что память сохранила. Воспоминания](/storage/book-covers/65/65ab893f4f8dc3db2eafb918352227fb2e7d7d11.jpg)
В книге воспоминаний заслуженного деятеля науки РФ, почетного профессора СПбГУ Л. И. Селезнева рассказывается о его довоенном и блокадном детстве, первой любви, дипломатической работе и службе в университете. За кратким повествованием, в котором отражены наиболее яркие страницы личной жизни, ощутимо дыхание целой страны, ее забот при Сталине, Хрущеве, Брежневе… Книга адресована широкому кругу читателей.
![Лу Саломе](/storage/book-covers/4a/4ac73f40527f9cd2a79c0d29e7302a5b5776d64a.jpg)
Книга посвящена жизни и творчеству российской соотечественницы Луизы Андреас-Саломе (Лу Саломе), выдающегося деятеля культурной жизни Европы конца 19-го и начала 20-го века — философа, писателя, эссеиста, психоаналитика, врача-психотерапевта. Лу Саломе родилась в России, в Санкт-Петербурге. Отец — русский дворянин, генерал, тайный советник. В 19 лет она поступила в Цюрихский университет, так как в России женщин в университеты не принимали. Продолжала образование в Риме. Круг её интересов широк, а работоспособность феноменальна.