Павлик Морозов - [8]
Ксения. Вот и я говорю...
Иванов. Цыц!
Кулуканов. Разрешите мне вопрос, товарищ Дымов?
Дымов. Да-да.
Кулуканов. Колхоз - это, конечно, дело очень даже хорошее. Но вот газеты-то пишут насчет добровольности, чтобы перегибов не было...
Иванов. А меня, Арсений Игнатьевич, сило'м в колхоз никто и не загоняет!
Дымов. Правильно, Федор Тихонович. Мы действуем не принуждением. Да вы сами скоро поймете, какая это силища - коллективное хозяйство! Разве на мелких наших делянках, товарищи, передовую технику применишь? А как разойдутся тракторы на колхозных землях! Какие хлеба зашумят!
Иванов. Машины да тракторы - оно вроде бы и не плохо, только не для наших мест. У нас ведь так: выедет мужик пахать, обопрется на соху, глядь - пень. Перенесет соху через пень - снова пень! Покуда полоску пройдет, рубаха до хребта прилипнет, и лошадь мокрые бока раздувает! Где же по нашим пням машинам ходить?
Трофим. Да-а...
Дымов. А мы с этих пней и начнем, Федор Тихонович! Поля раскорчуем, болота осушим! Машииы-то как раз и помогут!
Ксения (мужу). Видишь!
Дымов. Да что гадать, товарищи! Ведь есть уже тысячи колхозов и на Урале и в Сибири! Урожаи какие собирают!
Иванов. Вот такая башка у меня стала, товарищ Дымов.
Дымов (смеется). Распухла малость?
Иванов. Ох, распухла!
Дымов. Ничего, все войдет в норму. Я понимаю: к новому всегда трудно привыкать. Но другого выхода нет.
Иванов. Да, тут задумаешься...
Ксения. А тебе полезно подумать! Ну, чего уперся?
Входит Потупчик.
Потупчик. Актив собрался в избе-читальне, Николай Николаевич. Вас дожидаются.
Кулуканов. Пойдемте к народу, товарищ Дымов.
Потупчик (с внезапной, но сдержанной яростью). А что ты-то здесь делаешь, Арсений Игнатьевич?
Трофим. Ты не шуми, Потупчик, не шуми.
Потупчик. Не шуми. Кабы моя воля, я бы ему голову оторвал!
Трофим жестами старается дать Дымову понять, что Потупчик «в умственном расстройстве».
Дымов. Василий Иванович...
Потупчик. Цельный год я на него ни за что батрачил!
Кулуканов. Это еще доказать надо...
Дымов (резко). Подождите, Кулуканов. Работал он у вас?
Кулуканов. Да как вам сказать...
Ксения. Что там «сказать»? Вся деревня знает!
Иванов. Что было, то было! Ты, Арсений Игнатьевич, не отпирайся!
Дымов. Вот какие у вас середняки, Морозов!
Кулуканов. Да где записано, что батрачил? Никакого договора у нас не было!
Дымов. Довольно! Довольно, гражданин Кулуканов! Отдайте Потупчику все, что вы должны! А если не знаете, сколько отдавать, тогда мы сами посчитаем, сколько! Понятно? Вот, Морозов, а вы его еще первым агитатором за колхоз называете!
Иванов. Агитатор!..
Дымов. Ему колхоза, как своих ушей, не видать! Эх, Морозов, Морозов!
Потупчик (Кулуканову). За долгом я завтра приду. Больше людей грабить ты не будешь! Конец твоей силе!
КАРТИНА ТРЕТЬЯ
Двор Василия Потупчика на окраине деревни. Его изба действительно, как говорил Кулуканов, «ветром подбита». За углом избы виден плетень, за ним огород, а дальше могучая, близко подступающая к деревне тайга. Вечереет. На крылечке сидят учительница, Павел, Мотя, Яков, Федя.
Учительница (продолжая чтение книги). «Заревел гудок, поглотив своим черным звуком людской говор. Толпа дрогнула, сидевшие встали, на минуту все замерло, насторожилось, и много лиц побледнело.
- Товарищи! - раздался голос Павла, звучный и крепкий. Сухой, горячий туман ожег глаза матери, и она одним движением вдруг окрепшего тела встала сзади сына. Все обернулись к Павлу, окружая его, точно крупинки железа кусок магнита.
Мать смотрела в лицо ему и видела только глаза, гордые и смелые, жгучие...
- Товарищи! Мы решили открыто заявить, кто мы, мы поднимаем сегодня наше знамя, знамя разума, правды, свободы!» Вы слышите, ребята? Знамя разума, правды, свободы! А ведь пионерский галстук - это частица красного знамени!
Павел. Яшка, а ты сегодня почему опять галстук не надел?
Яков (он слегка заикается). Я?
Павел. Да, ты!
Яков. Я... это самое... стирается мой галстук.
Павел. Это ты вчера уже говорил.
Яков. Ну, так если он, это самое, не высох еще?
Учительница. А я свой галстук, ребята, до сих пор храню... Вылинял он, пообтрепался, но когда возьму его в руки, прямо сердце встрепенется, и сразу вспоминается мне двадцать четвертый год. Ленинград, клуб на Путиловском заводе... А я - тогда еще девочка с косичками - стою с ребятами на ярко-ярко освещенной сцене, а из зала на нас смотрят сотни глаз! Мы только что дали торжественное обещание, и вожатый повязывает нам красные галстуки... «Помни, Зоя, - сказал он мне тогда, - галстук - это символ связи трех поколений!» Символ неразрывной связи партии, комсомола и юных пионеров! Надо, ребята, гордиться своим галстуком!
Павел. Вот, а Яшка всегда без галстука!
Яков. Так я ж говорю, это самое... не высох он еще...
Учительница. Яша, скажи лучше - забыл. Нехорошо говорить неправду.
Яков. Ну, конечно, забыл, Зоя Александровна...
Павел. Пионер, а врешь!
Яков. Пашка, завтра надену! Вот честное пионерское под салютом!
Учительница. Выше руку поднимай, Яша, над головой.
Федя. Зоя Александровна, а почему над головой?
Учительница. Потому что общественные интересы, интересы народа пионер ставит выше личных интересов.
![Королевство кривых зеркал](/storage/book-covers/95/955040bd5a753207dbeb331844acd4423dbef8a3.jpg)
Повести-сказки Виталия Георгиевича Губарева (1912–1981) переносят читателей в мир фантастики и приключений, где герои противостоят силам зла. Благородство, мужество и находчивость помогают ребятам преодолеть все испытания и с честью выйти из труднейших ситуаций.Открывается книга интересной статьей литературоведа И. Л. Жуковой о жизни и творчестве писателя.Художники: Сергей Бордюг, Наталья Трепенок.
![Трое на острове](/storage/book-covers/5a/5a95f06d3a0bb80fb29dc4e1dd28fd6ed0bb73fb.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Королевство кривых зеркал. Трое на острове](/storage/book-covers/58/58f0407cad79a66d9f73461c9cd3ebccd529739a.jpg)
Повесть-сказка «Королевство кривых зеркал», впервые увидевшая свет в 1951 году, и написанная позже приключенческая повесть «Трое на острове» давно завоевали любовь юных читателей.Художник Т. Прибыловская.
![Повести-сказки](/storage/book-covers/3f/3fb83a436756a9eefe6466db2b562fc56f1aa52b.jpg)
Большим успехом у ребят пользуются губаревские повести-сказки. Ну конечно же, нет таких девочек и мальчиков, которые не знают Оли и Яло, Гурда и тётушки Аксал, короля Топседа и злых министров Королевства кривых зеркал Нушрока и Абажа. Из книжки они перекочевали сначала в театр, затем в кино.В сборнике, который вы держите сейчас в руках, печатается и новая повесть-сказка писателя — «В тридевятом царстве» (кстати, она уже снята в кино).Особое достоинство губаревских сказок — в их современности. Не случайно даже в исторических сказках «Преданье старины глубокой» и «Часы веков» действуют советские девочки и мальчики и как бы глазами современного человека оценивают прошлое.Художник Игорь Ушаков.Содержание:.
![Путешествие на утреннюю звезду](/storage/book-covers/c0/c0212bd97b6f07cbd5bca41570740ed70ca98f12.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.