Отряд «Холуай». Из жизни моряков-разведчиков Тихоокеанского флота - [8]
Матросы все как один заржали и начали подбадривать соперника хлопками и улюлюканьем.
— Бой, — крикнул каплей.
Я прыгнул к сопернику и не успел ничего сделать — он отпрыгнул от меня, запутался в ногах и, упав на спину, начал закрывать живот и лицо руками. Дальше продолжать смысла не было.
Никто мне ничего потом так и не сказал. А на следующий день, на топографии при хождении по азимуту по контрольным точкам на время, меня назначили старшим двух пар. Первая пара — я и старшина второй статьи Федосов, вторая пара — мои вчерашние соперники.
Почему назначили не Федоса, а меня, было и так ясно. Ну а этих двух ко мне сунули для проверки характера, что ли. Когда первая четверка убежала, мы еще стояли на месте. Я крутил карту и считал дирекционные и магнитные углы. Федос начал меня поторапливать:
— Давай, побежали, не менжуйся, первая четверка по старой электролинии побежала, нормальный ориентир, прямо до первой точки добежим…
— Не, не добежим, у меня в карточке азимут другой. Линия — она сперва по азимуту, а потом к востоку уходит. Если по ней идти, в другую сторону уйдём, сейчас чуть осталось, ориентиры на местности намечу.
— Б…я, да ты в кого такой-то, а? Первая четверка уже, наверно, на точке, а мы тут все стоим.
Я не придал его словам значения и продолжал считать. Ага, а если мы полезем на сопку, а потом резко заберем на восток, ориентир — старый тригонометрический пункт, то значительно срежем.
— За мной, — наконец скомандовал я, и мы побежали совсем в другую сторону. Вчерашние соперники мои молчали, Федос тихо матерился, шуруя за мной в сопку.
Залезли, так, где тригопункт? Несколько градусов на восток по компасу, должен быть совсем рядом. Вот он стоит, родимый, ржавеет. Теперь от него — прямо вниз. И мы покатились вниз под горку через заросли густого кустарника и вылетели прямо на сидящего на пеньке Поповских.
Каплей мирно попивал чаек из термоса и лениво распекал матроса-радиотелеграфиста, разворачивающего антенну «диполь».
— Ох ты, елки, ох ты, палки, кто-то к нам пришёл, — ненатурально возрадовался он и, отхлебнув чаю, рыкнул, — а ну-ка, как положено, представься!
— Товарищ капитан-лейтенант, подгруппа номер два прибыла на первую контрольную точку, — отрапортовал я и протянул карточку-задание для отметки.
— Нормально, вовремя уложились, доложись по связи на вторую контрольную точку и вперед. Кстати, вы первую подгруппу не встречали?
Федос улыбнулся, словно сытый котяра:
— Не, не встречали, товарищ каплейт, они по электролинии пошли, заблукали, наверно.
— Наверно, и так, по связи докладывают, что вот подойдут, да что-то не видно. А вы молчали всю дорогу, думал: вы первые выйдете, помощь попросите.
— Нее, у нас все пучком, — ответил ухмыляющийся старшина второй статьи и протянул мне головные телефоны станции, спаренные с микрофоном.
Я вышел на связь со второй точкой, зачитал контрольную группу цифр, которую мне записал на карточке командир, получил подтверждение и новый азимут.
Минуты три сидел, разбирался с картой. Меня уже никто не торопил.
На этот раз шли дольше, но пришли все равно первые. На вечернем разборе занятий меня не похвалили, но назначили в пару с Федосовым. Старшина довольно хлопнул меня по плечу. На следующих занятиях мы работали уже со старшиной в паре. Мои недруги больше никакого интереса ко мне не проявляли. Одному из них пришла посылка, и, на мое удивление, меня одарили пачкой весьма вкусного печенья и небольшим кусочком сырокопченой колбасы. Ну что же, надеюсь, инцидент исчерпан. Впоследствии мы очень крепко сдружились и как-то раз попали все втроём под такую раздачу от старшего призыва, что «мама не горюй». Отбиваться не имело смысла, ибо попали по собственной глупости и от щенячьего любопытства, тут уж винить надо самих себя. В общем, мы продолжали слаживаться и заниматься. Плотным потоком пошли занятия по воздушно-десантной подготовке, и мы днями напролёт занимались укладкой куполов и висели в стапелях на воздушно-десантном городке, отрабатывая наземные элементы и действия парашютиста в воздухе и при приземлении. Одна из групп нашей части куда-то исчезла, как мне по большому секрету поведал Федос, группа ушла на БэДэ, (боевое дежурство). Куда и зачем — известно только большому флотскому начальству. Как я выяснил в процессе службы, не все роты в нашем разведпункте были одинаковые. Моя первая и вторая рота были спецназовскими, а третья рота была рота минеров-подводников. Ребята там служили очень серьезные, ни одного молодого — все «старые». Подготовка у них была намного сложнее: больше водолазных спусков, каких-то специальных дисциплин, минно-подрывного дела, так здесь называлась инженерная подготовка. Матросы третьей роты всегда держались чуть особняком, группы были постоянно задействованы на какие-то учения и дежурства. В роте минёров служило очень много матросов и старшин-сверхсрочников. Этакие матерые усатые дядьки — такой перешагнет тебя и не заметит, сам себе на уме. Ох, и опасные они, эти матросы из третьей роты. Есть еще связисты и обеспеченцы — всякие там водители, кислородщики, экипажи катеров и учебного судна. Эти вообще не поймешь, чем занимаются. Наконец-то мы выехали на прыжки.
![Спецуха](/storage/book-covers/20/20f2549823491c2bdef1573b20e355949e477301.jpg)
«Об Андрее Загорцеве можно сказать следующее. Во-первых, он — полковник спецназа. Награжден орденом Мужества, орденом „За военные заслуги“ и многими другими боевыми наградами. Известно, что он недавно вернулся из Сирии, и у него часто бывают ночные полеты, отчего он пишет прозу урывками. Тем не менее, его романы ничуть не уступают, а по некоторым параметрам даже превосходят всемирно известный сатирический бестселлер Дж. Хеллера „Уловка-22“ об американской армии. Никто еще не писал о современной российской армии с таким убийственным юмором, так правдиво и точно! Едкий сарказм, великолепный слог, масса словечек и выражений, которые фанаты Загорцева давно растащили на цитаты… Итак, однажды, когда ничто не предвещало ничего особенного, в воинскую часть пришел приказ о начале специальных масштабных учений.
![Предатели](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Пошлость в рядах военной разведки](/storage/book-covers/79/7919ee446b42c8c90dfcc839f375827b1508af35.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Город](/storage/book-covers/54/546f54f119d20d94dffcaa883c78baf6f7f4aac7.jpg)
Город стоял давно. Мимо неторопливо текли года, иногда взрываясь кровавыми всплесками. Но город залечивал раны и продолжал жить своей неторопливой провинциальной жизнью. Люди смеялись и плакали, любили и ненавидели, работали и отдыхали. Люди ЖИЛИ!! Но однажды люди взяли в руки оружие. Взяли, и уже долго не выпустили его из рук. И города не стало. Осталось только его имя -ГРОЗНЫЙ.
![Водки летчикам не давать!](/storage/book-covers/47/47fe4ef19e4bba8daee38efc1244974eae18c754.jpg)
Прав Твардовский — утюжат бронетранспортеры горные дороги Чечни, идут в опасный рейд разведчики, вылетают на боевое задание «вертушки» — и, кроме оружия, с бойцами еще забористые истории, солдатские шутки с озорным, веселым, соленым словцом.
![Рота морпехов](/storage/book-covers/53/534ea519117784e36fd5942d0fd70607e41e42ea.jpg)
Рота морских пехотинцев капитана Булыги, укрепленная взводом спецназовцев, преследует большой отряд чеченских боевиков. Подразделение выходит к горной лощине, где чеченцы разбили лагерь. Боевиков вчетверо больше, чем морпехов, но наши заняли выгодные позиции и надежно заблокировали единственную дорогу из лощины. Завязывается бой. Бандиты несут серьезные потери, но долго удерживать их Булыга не в силах, к тому же на исходе боеприпасы… Еще немного, и боевики прорвутся! Однако капитан находит смелый и неординарный выход из сложившегося положения…
![Полпред Назир Тюрякулов](/storage/book-covers/44/440c71166afe88166ed3155a673586c4abe214e5.jpg)
Многогранная дипломатическая деятельность Назира Тюрякулова — полпреда СССР в Королевстве Саудовская Аравия в 1928–1936 годах — оставалась долгие годы малоизвестной для широкой общественности. Книга доктора политических наук Т. А. Мансурова на основе богатого историко-документального материала раскрывает многие интересные факты борьбы Советского Союза за укрепление своих позиций на Аравийском полуострове в 20-30-е годы XX столетия и яркую роль в ней советского полпреда Тюрякулова — талантливого государственного деятеля, публициста и дипломата, вся жизнь которого была посвящена благородному служению своему народу. Автор на протяжении многих лет подробно изучал деятельность Назира Тюрякулова, используя документы Архива внешней политики РФ и других центральных архивов в Москве.
![Победоносцев. Русский Торквемада](/storage/book-covers/95/9579452c07f49a99e02db054d82c3c1f7b8b7ca2.jpg)
Константин Петрович Победоносцев — один из самых влиятельных чиновников в российской истории. Наставник двух царей и автор многих высочайших манифестов четверть века определял церковную политику и преследовал инаковерие, авторитетно высказывался о методах воспитания и способах ведения войны, давал рекомендации по поддержанию курса рубля и композиции художественных произведений. Занимая высокие посты, он ненавидел бюрократическую систему. Победоносцев имел мрачную репутацию душителя свободы, при этом к нему шел поток обращений не только единомышленников, но и оппонентов, убежденных в его бескорыстности и беспристрастии.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![Что память сохранила. Воспоминания](/storage/book-covers/65/65ab893f4f8dc3db2eafb918352227fb2e7d7d11.jpg)
В книге воспоминаний заслуженного деятеля науки РФ, почетного профессора СПбГУ Л. И. Селезнева рассказывается о его довоенном и блокадном детстве, первой любви, дипломатической работе и службе в университете. За кратким повествованием, в котором отражены наиболее яркие страницы личной жизни, ощутимо дыхание целой страны, ее забот при Сталине, Хрущеве, Брежневе… Книга адресована широкому кругу читателей.
![Лу Саломе](/storage/book-covers/4a/4ac73f40527f9cd2a79c0d29e7302a5b5776d64a.jpg)
Книга посвящена жизни и творчеству российской соотечественницы Луизы Андреас-Саломе (Лу Саломе), выдающегося деятеля культурной жизни Европы конца 19-го и начала 20-го века — философа, писателя, эссеиста, психоаналитика, врача-психотерапевта. Лу Саломе родилась в России, в Санкт-Петербурге. Отец — русский дворянин, генерал, тайный советник. В 19 лет она поступила в Цюрихский университет, так как в России женщин в университеты не принимали. Продолжала образование в Риме. Круг её интересов широк, а работоспособность феноменальна.
![Позывной – Кобра. Записки «каскадера»](/storage/book-covers/c1/c1befad08748d6b15940b447f88d924a3bde5e0c.jpg)
Подполковник Эркебек Абдулаев с 1982 года по 1990 год служил разведчиком специального назначения в группе «Вымпел» КГБ СССР. В спецназе Лубянки таких называли «каскадерами». Они изучали иностранное оружие и минно-взрывное дело. Много бегали по ночному лесу, ломая тонкую корку льда и проваливаясь в ямы с водой по пояс. Принимали на слух морзянку и работали на ключе. Лазали по скалам и прыгали с парашютом. Учились метать в цель ножи и топоры, драться одновременно с шестью партнерами. Их натаскивали замечательные педагоги-практики, имевшие опыт боевой работы во многих странах.
![Девятая рота. Факультет специальной разведки Рязанского училища ВДВ](/storage/book-covers/96/9602f9fdcdf0f528103bf51771f6d579490559ba.jpg)
В августе 1968 года в Рязанском училище ВДВ было сформировано два батальона курсантов (по 4 роты в каждом) и отдельная рота курсантов частей спецназначения (9-я рота). Основная задача последней – подготовка командиров групп для частей и соединений спецназа ГРУ.Девятая рота, пожалуй, единственная, ушедшая в легенду целым подразделением, а не конкретным списочным составом. Прошло уже больше тридцати лет с тех пор, как она перестала существовать, но слава о ней не угасает, а скорее, наоборот, растет.Андрей Бронников был курсантом легендарной 9-й роты в 1976–1980 годах.