Оружейник - [3]
— Оружейник, — просипел он сквозь сжатые от боли зубы.
— И какого дьявола в этой глуши забыл Оружейник? Тут складов нет и никогда не было, — таким же спокойным и размеренным голосом поинтересовался один из стоявших.
Смотрел он в сторону леса, и задавая вопрос даже не повернул головы. Глаза второго стоящего тоже цепко ощупывали окружавшую их чащобу.
— Решай быстрее, Михалыч, не ровен час нарвемся на местных. Лично мне этот хрен не особо нравится, прикопаем тушку в ложбинке и вся недолга.
— Погоди, Алекс. Ты же слышал — он Оружейник. Много нам Оружейников попадалось?
— Хмм… Ни одного на моей памяти. Оба Оружейника с нами с самого начала.
— Вот то-то и оно. Обыщи и свяжи ему руки, пойдет с нами, — тот, которого назвали Михалычем, резко распрямив ноги встал, — Если не понадобится, то вывесим его труп на границе с росомахами, будет еще одна метка. Куба, проверь пока его рюкзак.
— Зачем бить-то надо было? Да еще и по печени… — спросил Оружейник, медленно вставая на карачки.
— Лучше сразу нейтрализовать, чтобы потом самому не валяться с дыркой в животе, — ответил ему Алекс, ухватившись за воротник его ветровки, и рывком поднимая на ноги, — Ручонки растопырь и ноги расставь пошире. Оружие есть?
— Нет. Только разве что нож, но он в рюкзаке лежит.
Алекс закончил охлопывать его туловище и начал связывать запястья веревкой, заведя руки Шведа назад.
Куба вытряхнул содержимое рюкзака на траву, и поленившись даже нагнуться, разбросал кучку вещей носком грубого армейского ботинка.
— Вот это недоразумение ты ножом назвал? — он пнул ногой складной нож.
— Откуда я знаю, что вы оружием называете? Вы спросили, я ответил.
— Ладно, запихивай все обратно. Я не носильщик, свое барахло понесешь сам.
— Я не то что нести, я и собрать ничего уже не смогу, — ухмыльнулся в ответ Оружейник, — Руки-то связаны.
— Черт, Алекс, вечно ты торопишься! Не мог подождать?! — Куба с раздражением пнул пустой рюкзак.
— Зато ты у нас вечно занятой не пойми чем. Вот и понесешь вещички, хоть какая-то от тебя польза будет, — громко заржал Алекс в ответ.
— Хорош трепаться, — остановил перепалку Михалыч, — Алекс вперед, Куба замыкает. Потопали.
***
Швед крутил головой вокруг, и периодически делая удивленное лицо, мысленно ругал себя распоследними словами — сейчас густая чаща свободно пропускала их небольшой отряд сквозь себя.
— А вы кто будете, господа? — негромко спросил он минут через пять, — А то знакомство какое-то скомканное вышло.
— Охотники мы, — меланхолично отозвался Михалыч, и неожиданно поинтересовался, — А ты куда шел-то… Оружейник?
— Да вот к бункеру решил сходить, — хихикнул тот, — Да заплутал немного.
— Стоять!
Бойцы моментально застыли на месте, и Швед, сделавший пару шагов по инерции, больно стукнулся носом о лоток саперной лопатки, пристегнутой к рюкзаку Кубы.
— Какой такой бункер, мил человек? — обойдя замершего Шведа, ласково спросил Михалыч, оторвал его от своего бойца, и развернув к себе, уставился на него полным нежности взглядом.
— По архивным документам — имперский, сто второй бригады.
Охотники быстро переглянулись между собой.
— Сто вторая. Это… та самая, что ли? — удивленно протянул Куба.
— Какой еще, на хрен, архив? — командир группы схватил Шведа за горло, — Ты кому беса гонишь, гондон! Сто второй вообще никогда не было ни в каких бумагах, только слухи ходили.
— Закрытый имперский архив, не армейский… — просипел в ответ Швед, — Я за ним шесть лет охотился… Пусти, задушишь ведь…
— Так ты значит Пилигрим, а не Оружейник?
— Оружейник я, потому и заблудился. Решил сам склад найти, чтобы не делиться с пилигримами.
Михалыч оттолкнул его прямо на Алекса. Тот на рефлексе ударил берцем под сгиб ноги, и Оружейник рухнул на одно колено. Но голову не уронил, а нагло смотрел прямо в лицо взбешенному охотнику.
— Бункер вообще-то за рекой… — начал он говорить.
— Ну началось. Кто бы сомневался… — начал Куба саркастично, но Швед его перебил.
— … но по пути к нему есть обычный бункер-хранилище, армейский. Четвертого гренадерского полка.
Михалыч рывком достал из разгрузки карту, присел, и расстелив ее прямо на траве перед Оружейником, потребовал:
— Показывай. Оба.
— Э, нет, командир, так дело не пойдет. Армейский покажу, а имперский только когда к своим приведете. Не хочу вечным сторожем в разоренном вами бункере лежать, — не отрывая глаз от лица командира, он медленно встал на ноги, и дождавшись, когда тот тоже выпрямится, задал вопрос в лоб, — Ну что, Турок, согласен?
— … Черт! Откуда меня знаешь?
— Вот не поверю, что знаменитый мятежник и враг княжества Дмитрий Михайлович Головин, по кличке Турок, не знает, что его портреты развешаны на всех столбах Курежа.
Охотники тихо рассмеялись, но стволы автоматов на Шведа все же навели.
— Сколько на этот раз сулят? — с любопытством поинтересовался Алекс.
— Триста тысяч. И не бумагой.
— И что, много желающих набралось деньжат по-легкому срубить?
— Да кто ж его знает. Я в городе пару дней всего был… Но, врать не буду, отребья там собралось много.
— Ну что ж, искуситель, веди нас к бункеру… — со сладенькой улыбочкой Турок притянул к себе Шведа за воротник, и прошипел тому в лицо, — Потом и разговор с тобой будет. А вот какой именно — посмотрим по результатам.
Чужой мир — чужие правила? Значит будем менять правила на свои. Еще вчера она была обычной девчонкой… А сегодня ей приходится прогибать под себя мир оборотней. Техномагический мир дрогнул перед оторвой, внепланово переселенной с Земли. Героиня, не имеющая ни малейшей магической силенки, очень быстро осваивается в незнакомом мире и начинает свой путь в элиту всемогущего Синдиката.
Как известно, существует бесконечное множество миров. И с каждой секундой всё прибывают и прибывают новые. Некоторые не проживают и мгновения, а некоторые живут веками и тысячелетиями. И только единицы существовали всегда. Это изначальные миры, миры-хабы, перекрестки посмертных дорог Древа. А есть закрытые и недоступные для жителей Древа миры. Одним из таких миров является мир Земля.Техномагические миры дрогнули перед оторвой, внепланово переселенной с Земли. Героиня, не имеющая ни малейшей магической силенки, очень быстро осваивается в незнакомом мире и начинает свой путь в элиту всемогущего Синдиката.Попадание в миры оборотней, где способ смерти определяет дальнейший путь каждого индивидуума.
Он мечтал намыть золота и стать счастливым. Но золото — это жёлтый бес, который всегда обманывает человека. Кацап не стал исключением. Став невольным свидетелем ограбления прииска с убийством начальника артели, он вынужден бежать от преследования бандитов. За ним потянулся шлейф несчастий, жизнь постоянно висела на волосок от смерти. В колонии, куда судьба забросила вольнонаёмным мастером, урки приговорили его на ножи. От неминуемой смерти спасла Родина, отправив на войну в далёкую Монголию. В боях на реке Халхин-Гол он чудом остался жив.
Жизнь подростков отличается: кто-то дружит со своими родителями, кто-то воюет, у кого-то их и вовсе нет, кто-то общительный, кто-то тихоня. Это период, когда человек уже не ребенок, но и не взрослый, период сотворения личности, и у каждого этот переход происходит по-разному: мягко или болезненно. Фахри – подросток с проблемами: в семье, школе, окружении. Но у него есть то, что присуще не всем его – понимание того, что нужно что-то менять, так больше продолжаться не может. Он идет на отчаянный шаг – попросить помощи у взрослого, и не просто у взрослого, а у школьного психолога.
Детство – целый мир, который мы несем в своем сердце через всю жизнь. И в который никогда не сможем вернуться. Там, в волшебной вселенной Детства, небо и трава были совсем другого цвета. Там мама была такой молодой и счастливой, а бабушка пекла ароматные пироги и рассказывала удивительные сказки. Там каждая радость и каждая печаль были раз и навсегда, потому что – впервые. И глаза были широко открыты каждую секунду, с восторгом глядели вокруг. И душа была открыта нараспашку, и каждый новый знакомый – сразу друг.
Дример — устройство, позволяющее видеть осознанные сны, объединившее в себе функционал VR-гаджетов и компьютерных сетей. В условиях энергетического кризиса, корпоратократии и гуманистического регресса, миллиарды людей откажутся от традиционных снов в пользу утопической дримреальности… Но виртуальные оазисы заполонят чудища, боди-хоррор и прочая неконтролируемая скверна, сводящая юзеров с ума. Маркус, Виктор и Алекс оказываются вовлечены в череду загадочных событий, связанных с т. н. аномалией — психокинетическим багом дримреальности.
В Центре Исследования Аномалий, в одной из комнат, никогда не горит свет. Профессор Вяземский знает, что скрывается за ее дверями. И знает, как мало времени осталось у человечества. Удастся ли ему найти способ остановить аномалии, прежде чем они поглотят планету? И как быть, если спасти мир можно только переступив законы человечности?
После неудавшегося Апокалипсиса и изгнания в Ад Сатана забирает с собою Кроули, дабы примерно его наказать — так, как это умеют делать в Аду, — а Азирафаэль не собирается с этим мириться и повышает голос на Господа. Рейтинг за травмы и медицинские манипуляции. Примечание 1: частичное AU относительно финала событий на авиабазе. Примечание 2: частичное AU относительно настоящих причин некоторых канонных событий. Примечание 3: Господь, Она же Всевышний, в этой Вселенной женского рода, а Смерть — мужского.
Обычные рабочие будни, рядовая командировка. Когда тебя пытаются убить все подряд — и враги, и соратники, и контрразведчики, и таинственные сектанты, которым надо вообще не пойми что. Когда твой личный враг отравляет тебе жизнь, а вокруг плетутся непонятные интриги, где ты не более чем пешка на игровой доске. Ну да, командировка… только в ад! Держись, Оружейник!
Еще до обеда я мог умереть три раза. Для начала меня чуть не пришибло упавшим деревом, потом до моей задницы едва не добрался Равуда — дело швах, когда тебя хочет лишить жизни собственный командир. И только потом в очереди на убийство моей персоны очутились хитрые и недобрые враги. Если бы не болезнь дочери, разве полез бы я в эту мясорубку?