Орфей курит Мальборо - [18]

Шрифт
Интервал

Вернувшись домой, Ник долго стоял под душем, пытаясь смыть с себя жирный налет тоски. В комнате ему показалось, что из угла на него кто-то смотрит. Обернувшись, Ник увидел, что там, конечно же, никого нет, кроме уже привычных ему карикатурных персонажей. На стене уже почти год висела картина, подаренная ему знаменитым Васей Ложкиным. Они были неплохо знакомы, и как-то художник подарил ее Нику на Рош-Ашана.

Тот вообще не отмечал никаких праздников, тем более еврейских, но искренне посмеялся над своеобразным ложкинским чувством юмора. Вся картина состояла из двух жутких рож старика и мальчишки, изображенных на зловещем черном фоне. На полотне крупным косоватым Васиным почерком было написано: «ДЕДУШКА НАТАН БОРИСОВИЧ СОСЛЕПУ ПЕРЕПУТАЛ СВОЕГО ВНУКА МИШУ С СОСЕДСКИМ МАЛЬЧИКОМ ВАСЕЙ, И РАССКАЗАЛ ЕМУ СТРАШНУЮ ЕВРЕЙСКУЮ ТАЙНУ». «Эх, Ложкин, грамотей! Запятая ведь тут не нужна», – Ник почему-то только сейчас обратил внимание на явную синтаксическую ошибку.

Прямо под картиной располагалась стойка с гитарой и маленький комбик. «Забыл. Вообще забыл про все, и про тебя тоже», – пробормотал Ник и бережно взял «Орфея» в руки. Он привык к тому, что внутри него все время что-то жило и звучало – слова, ритм, реже – мотив. Он так привык к этому состоянию, что сейчас поразился своей абсолютной внутренней пустоте. Наверное, первый раз в жизни Ник не знал, что делать, держа инструмент в руках. Он понял, что эта страшная тишина поразила его с момента смерти Севана. «А сколько прошло времени? Месяц? Два?» – он сел на любимый диванчик, через силу заставил себя настроить гитару и заиграл вступление к «Wish You Were Here».

Знакомые до боли звуки «Pink Floyd» немного привели его в чувство. Ник, словно стесняясь самого себя, промурлыкал первый куплет. Затем, будто бы для проверки, спел что-то из Кобейна. Потом были «Doors», Дилан и «Slade». Наконец он почувствовал, как страшно соскучился по своему «Орфею». Пальцы снова ощутили дерево грифа и металл струны. Он прибавил громкости. Перед его глазами замелькали слайды концертов, и Ник, наконец, перешел к собственному репертуару.

Несколько часов пролетели незаметно. Неожиданно руки сами заиграли вступление к одной давно забытой песне. Он написал ее во время их недолгих отношений со Светой, но так нигде и не исполнил. Ник не хотел даже думать о том, что эта негромкая песня может причинить ему боль. Но признавать это ему не хотелось, поэтому в качестве собственного оправдания он нафантазировал, что она была в какой-то неудобной тональности. Быстро нацепив на гриф каподастр, он снова сыграл вступление и запел:

Ты была мне как ультра и как фиолет.
Ты ушла, точно свет, на песке даже след
Не остался. Ищу я тебя столько лет!
В этой книге безумный сюжет…

Ник не без труда вспомнил слова этой до странности нежной песни. Он совсем успокоился и даже налил себе чаю, чтобы промочить пересохшее горло. За окном начинался поздний зимний рассвет. «Ни фига себе, уже утро? Черт… сколько лет прошло, а ведь до сих пор: волосы, запах, родинка». Он попробовал представить себе хоть кого-нибудь из боевых рок-н-ролльных подружек, но ничего не получилось. «Ну да, одни жопы и сиськи. Это нормально, старик! – он даже произнес это вслух. – А Света – она красивая?»

Ник вдруг понял, что невыносимо хочет ее увидеть. Покурив и пролистав свою записную книжку, в которой он иногда набрасывал обрывки текстов, вдруг наткнулся на аккуратный женский почерк: «ШИЗГАРА» – и далее шел телефонный номер. Господи! Света была левшой, и специфический наклон ее букв Ник узнал сразу. Почему он раньше этого не видел?

Смятение Ника прервал звонок в дверь. Это была Нина. Она время от времени заезжала к нему вместе с маленькой кругленькой филиппинкой, которая буквально за несколько часов возвращала жилище Ника в нормальное состояние, отмывая и убирая его. Нина наполняла холодильник полуфабрикатами и домашней едой, заботливо приготовленной ее мамой в знак благодарности за помощь в лечении внука. Мамин, несмотря на инцидент на концерте и последовавшие за этим проблемы с медиками и полицией, полностью рассчитался за выступление. Ник, как и обещал, отдал Нине всю сумму, и, к ее огромной радости, Мишка уже шел на поправку после тяжелой операции. Она в подробностях начала рассказывать Нику все больничные перипетии и совершенно заболтала его. Он положил блокнот на видное место и решил позвонить позже.

Сразу после ухода Нины и незаметной, словно мадагаскарский хамелеон, уборщицы, он быстро набрал номер.

– Алло, – в трубке после долгих гудков прозвучал спокойный женский голос.

– Здравствуйте! – Ник понял, что он волнуется, как не волновался даже на сцене. – А-а… Я хотел… Скажите, я могу услышать Свету? Свету Шилову?

– Свету?

– Да-да, ее!

В трубке было тихо. Ник тоже молчал, как будто он ляпнул что-то неприличное.

– Алло… вы слышите меня?

– Да. Слышу. А вы кто?

– Я? Ник. Мы учились с ней в школе.

– А, музыкант… Я не люблю разговаривать по телефону. Приезжайте, если хотите.

– Да, конечно! А когда можно?

– В любое время.

– Тогда я приеду прямо сейчас.

– Хорошо, – собеседница продиктовала Нику адрес.


Еще от автора Вадим Саралидзе
Золотой айфон

Оказавшись внутри золотого айфона, Оля Луценко – московская девчонка, мечтающая о притягательном мире гламура, – неожиданно попадает в круговорот событий, который может изменить судьбы многих. Ее ждут смертельно опасные приключения. И снова обрести человеческий облик ей поможет только Пафос, гений даркнета, персона настолько секретная, что уже превратилась в миф. Конечно, не обойдется и без кувыркающихся чиновников и деятелей теневого криминала, героиня увидит мир по ту сторону гламура. Автор предупреждает: книга полна загадок и способствует внезапному развитию вашего чувства юмора.


Легенда о Коловрате

Бесчисленные войска Орды черной тучей закрывают Русскую землю. Сожжена дотла Рязань, на пути захватчиков – Владимирское княжество. И только Евпатий Коловрат, храбрый воин князя Юрия, бросается в заведомо неравный бой. Коловрат – пример мужества и стойкости русского воина. Он – владеющий с детства боем на двух мечах. Он – быстрее, чем стрела, выпущенная из монгольского лука. Он – один в поле воин. На пепелище, оставшемся от еще недавно цветущей Рязани, начинается напряженная и невероятная история отчаянного противостояния горстки русских воинов и огромной монгольской армии.


Рекомендуем почитать
Из сборника «Рассказы о путешествиях»

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Игра

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Bidiot-log ME + SP2

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Язва

Из сборника «Волчьи ямы», Петроград, 1915 год.


Материнство

Из сборника «Чудеса в решете», Санкт-Петербург, 1915 год.


Переживания избирателя

Ранний рассказ Ярослава Гашека.